– Юра, а ты вообще почему на мне женился?

– Потому что ты мне подходила: тихая, слова лишнего не скажешь. И с отдельной квартирой в центре. Я мог без проблем переехать и не видеть, как мать сюсюкает постоянно над Степкой! Словно он ей сын, а я так, в гости пришел!

Обнаженная правда Юркиных слов камнем упала в пустоту палаты. Видно, сильно он разозлился, что утратил над собой контроль и высказал то, что думает в действительности. Намеренно такого не придумаешь.

– Вот как. Значит, ты женился на квартире. А теперь, не смотря на все свои обиды, помогаешь матери оттяпать у ребенка деньги для своего брата. Отлично! Просто отлично! Значит так, – во мне тоже уже бурлила злость, – забирай свои розы, – я швырнула дорогой букет в мужа, – и проваливай! А я подаю на развод!

На секунду муж опешил. Но быстро очень опомнился:

– На развод? – Он рычал, как бешенный зверь. – А хрен тебе, сука! Я тебя так разведу, что щенка своего не увидишь вовек! И не надейся на своего адвокатишку! Он тебе не поможет! Степка уже поговорил с нужными людьми! Так что можешь уже сейчас прощаться со своим сынулей! Мама его воспитает как следует! Ремень отцовский еще не выкинула!

У меня глаза застлала какая-то багровая пелена. Димку – ремнем??? Да черта с два! Разъярившись, я перекривляла мужа.

– А хрен тебе, козел! Димку ты не получишь!

Зря я это ляпнула. Это стало моей большой ошибкой. Потому что взбешенный до потери человеческого обличья муж, вцепился мне в плечи и с рычанием сильно встряхнул. А я сидела на кровати под стенкой. Под чей-то яростный крик моя голова с глухим стуком встретилась с твердой поверхностью. И я снова нырнула в темноту.

Глава 8-1

– Юля, ты выпила лекарства? Скоро посадка, тебе в самолете может стать плохо.

Я оторвала взгляд от серой осенней панорамы за окном аэропорта. Деревья все облетели, золото осени полиняло и потускнело. И на передний план вышла серая предзимовая действительность. Когда в пейзаже сто оттенков одно и того же цвета. Как в известном фильме, только намного больше.

– Выпила, не волнуйся.

Артур квохтал надо мною, как наседка. Не ожидала я такого от в принципе постороннего мужчины. Не думала, что строгий и сдержанный адвокат на такое способен.

Артур открыл двери в мою палату в тот самый момент, когда муж приложил меня головой о стену. Я этого не видела, мне Димка по большому секрету рассказал, что адвокат за грудки оттащил мужа от меня, позвал медперсонал, вызвал охрану. Я вспомнила лицо сына, когда он рассказывал, как адвокат разозлился на Юрку. Кажется, Артур стал безоговорочным кумиром моего сына. Димка не понимал, почему тот, кого он всю свою сознательную жизнь называл папой, вдруг ни с того, ни с сего стал бить маму. А я, честно говоря, вообще не знала, что ребенку по этому поводу говорить.

Пока меня приводили в чувство, определяли степень полученных мною новых повреждений и назначали лечение, Артур, на правах моего юриста, сдал Юрку правоохранительным органам. Врачебное заключение о повторной травме от рук мужа исчезло в бездонном портфеле юриста с тем, чтобы позднее присоединиться к пакету документов на развод.

– Дима, – Артур строго посмотрел на моего сына, – ты уже вполне взрослый мужчина, а твоей маме плохо. Будь добр, присматривай за ней. Не оставляй ее одну, если я куда-то отошел.

Димка солидно кивал в такт словам адвоката. Я еле сдерживала улыбку. Сын явно подражал манерам господина Валлиуллина. Но я не собиралась возражать. Он мальчик, ему такой пример только будет полезен. Плохо одно. Если Димка слишком сильно привяжется к юристу, то потом будут сложности. Валлиуллин вечно в нашей с Димкой жизни присутствовать не будет.

– Юля…

Каюсь, я не выдержала:

– Артур, я в порядке! Не волнуйся, пожалуйста.

Мужчина вздохнул:

– Не могу. У меня отец вот так умер. После сотрясения мозга слишком рано встал на ноги, и организм не выдержал. Инсульт. И папы не стало.

Короткие рубленые фразы подсказали, насколько болезненной является эта тема для юриста. Сердце сжалось. Вот такие мы, женщины. По своей сути и природе не можем не пожалеть, если кому-то рядом плохо.

Я осторожно погладила его по руке, желая утешить:

– Прости. Я не знала. Мне очень жаль.

Валлиуллин скупо улыбнулся:

– Ничего. Переживу. Хотя, нам с мамой его очень не хватает. Он был нашим центром, стержнем, связующим звеном. Практиковал до последнего. Но всегда находил время и мне помочь советом, и маме уделить внимание.

– Давно его не стало?

Я чувствовала себя очень неловко. Но что еще сказать не знала.

– Не очень. Три года. Я уже как-то смирился с тем, что его не стало. А вот маме до сих пор его сильно не хватает. Не может она одна. Зовет меня переезжать к ней. А я… – Валлиуллин криво усмехнулся. – Я уже слишком привык жить независимо от родителей. Не могу себя заставить.

Я неловко пожала плечами. Что тут скажешь? Утрату человека, с которым прожил всю жизнь, ничем не восполнить, ничем не заменить.

– Я, собственно, почему об этом заговорил. Мама в курсе вашей проблемы. Извините, так вышло, что мне пришлось поделиться. Но я не говорил никаких подробностей. Так, в общих чертах.

Ну да, скорее всего мать зазывала сына в гости, а ему пришлось рассказать почему он не может приехать.

– Так вот, мама предложила, чтобы вы пожили пока у нее.

Если бы я сейчас не сидела, то точно бы упала.

– С чего бы? – Я была настолько ошарашена, что даже обычную свою вежливость растеряла. – Она меня совсем не знает. Да и при разводе…

– Ну если по пунктам, то, во-первых, мама способна спокойно присмотреть за вашим сыном, пока вы будете на работе. И ей будет веселее. Во-вторых, вам все равно нужно снимать жилье до завершения суда, а это может растянуться на не один месяц. Так почему не снять комнату у вдовы адвоката? Заключите договор аренды, и никто вам слова не посмеет сказать. В-третьих, учитывая обнаружившийся буйный нрав вашего бывшего супруга, вам лучше жить с квартирной хозяйкой, чем одной с ребенком. И мальчик будет присмотрен, и случись что, будет кому правоохранительные органы уведомить.

– Но…

У меня не было слов.

– И не волнуйтесь, я там давно уже не живу. Это все знают. Так что никто ни в чем вас не посмеет упрекнуть. Соглашайтесь, – Артур обаятельно улыбнулся, – сможете спокойно и не торопясь искать себе нормальную работу. А не хвататься за первое попавшееся предложение только потому, что вам нужно кормить сына и платить за аренду жилья

У меня щеки заалели так, что коже стало больно. И неловко до слез, и предложение настолько щедрое, что только последняя дура от такого откажется.

– Да, мам, – Димка жизнерадостно подпрыгнул на месте, – соглашайся! Там классно! И во дворе есть горки!

– А ты откуда знаешь? – Я только моргнула ошеломленно. Слов не было.

Димка округлил глаза:

– Упс!

– Нет, друг мой, это трижды «Упс!». Что ж ты меня так подставляешь? – Валлиуллин засмеялся. Сейчас твоя мама мне голову открутит за несанкционированные походы по гостям. И не станет у вас адвоката.

Димка рассмеялся:

– Неа, мам хорошая! Она не будет крутить голову. – Подумал немного, и добавил: – Но сладкого лишит точно!

Я в полном онемении наблюдала за этим балаганом. И когда это Димка успел познакомиться с матерью Валлиуллина?

– Юля, соглашайся. Для вас с Димой это лучший выход.

Соглашаться не хотелось. Умом я понимала, что квартирохозяйка и свекровь – это кардинально разные вещи. Но сердце почему-то воспринимало это одинаково.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Мамуль, соглашайся! – Димка вцепился мне в руку, умильно заглядывая в глаза: – Валентина Петровна та-а-а-акие вкуснющие пирожки печет! Пальчики оближешь!

– Юля, вы простите, пожалуйста, но мама мне помогала с едой и вообще. Мальчика же всухомятку не оставишь. – Артур серьезно и просительно посмотрел на меня.