— Перестань приплетать мою чертову жену, — говорит он. — Она здесь ни при чём. Это было другое.

— Чем другим? — спрашиваю я.

— Тем, что я заботился о ней. — Он с грохотом ставит бокал на стол. — Ты едва знаешь эту девчонку. А теперь ты взял и привязал себя к ней на всю жизнь. Ты хоть думал об этом?

— Я знаю достаточно. У неё была тяжелая судьба, и она заслуживает шанса. Я ни о чём не жалею.

Кроу смотрит на меня, ошарашено. Я почти уверен, что тут может быть только один вывод. Он сейчас скажет мне тащиться в подвал, чтобы сломать мне ногу или отрезать палец, что-нибудь столь же жуткое в качестве наказания, которое я заслужил. Но вместо этого он просто вздыхает.

— Давай проясним одну вещь, — говорит он. — Я не становлюсь мягкотелым. Но я видел, как ты боролся, чтобы доказать свою состоятельность этому синдикату с того самого дня, как ты спотыкаясь вошёл в него. И если я могу что-то сказать об этой бомбе, которую ты только что сбросил на меня, так это то, что, думаю, тебе наконец это удалось.

Его слова застают меня врасплох, так же как и смех, вырвавшийся из его груди.

— У тебя должны быть действительно стальные яйца, чтобы прийти сюда сегодня вечером и заявить свою позицию. Ты прошёл долгий путь с того мальчишки, которого я встретил впервые. И этим я горжусь, Конор. Но давай не делать из этого привычку, а?

— У меня нет намерений, снова ослушаться тебя, Кроу. Даю тебе слово.

— Отлично, — отвечает он. — Потому что теперь у меня есть другое задание, которое подвергнет это проверке.

— Какое?

— Вы с Айви должны держать это в тайне какое-то время. Месяц или около того. Пусть парни увидят вас вместе, привыкнут к мысли, что вы пара, прежде чем вы объявите большую новость, что ты связал свою жизнь с этой девушкой. Иначе это вызовет вопросы и создаст прецедент, когда другие парни начнут жениться на ком попало, когда ситуация того потребует.

— Об этом никто не узнает, — заверяю я его.

Кроу кивает.

— Не думай, что раз ты надел ей кольцо на палец, всё кончено. Она под защитой, пока она того стоит. Теперь твоя задача, держать её в узде, сейчас и навсегда. Я жду, что ты сделаешь из этого настоящий брак. Подари ей жизнь, за которую она была бы готова умереть, стань мужем, которым она будет гордиться. А со временем, сделай ей ребёнка.

Образ Айви с животом, в котором растет мой ребенок, всплывает в голове, и мой член неожиданно наливается тяжестью от этой мысли.

Кроу ухмыляется, словно точно знает, о чем я думаю, и указывает на дверь:

— А теперь проваливай к черту из моего кабинета. У меня полно дел.

Меня стошнило в конце, как и предсказывал Рипер.

Дело было не в безэмоциональном взгляде Элби или в зияющей дыре там, где раньше был язык. Это случилось после того, как Рипер избавился от тела: я оглядел комнату и увидел, что кровь была повсюду. И без дела по отпиливанию конечностей и пыток, которые отвлекали меня, я почувствовал и её запах. Металлический привкус стал таким густым на губах, что его можно было ощутить на вкус.

— Давай приведём тебя немного в порядок, — говорит Кроу. — Сейчас организуем тебе приватный танец, прежде чем вернешься вниз.

— Спасибо, — бормочу я. — Но у меня есть девушка.

Он странно смотрит на меня, почти так, будто не верит.

— Ну, её же здесь сейчас нет, верно? И ты не выглядишь так, будто сильно беспокоишься о том, что она будет скорбеть о твоей утрате.

Его слова больно бьют по мне, но я не удосуживаюсь упомянуть, что моя девушка умерла от передозировки в прошлом месяце, сразу после того, как закончила трахаться со своим дилером.

— Я бы предпочел просто закончить с этим, — говорю я. — Если вы не против.

Прежде чем Кроу успевает ответить, внизу лестницы появляется Рори в сопровождении пожилого мужчины. Лицо Кроу каменеет, когда он замечает этого человека, но он склоняет голову в знак уважения.

— Найл.

— Лахлан.

Наступает долгая пауза, пока все трое мужчин смотрят друг на друга, а затем Найл переводит внимание на меня.

— Это тот самый парень? — спрашивает он Рори.

— Ага, он самый, — отвечает Рори. — Это юный парень.

Кулаки Кроу сжимаются, он делает глубокий выдох.

— Парень заключил сделку. Он знал, на что идет, молод он или нет.

— Это правда? — Найл смотрит на меня. Он пожилой человек, и по тому, как они ждут, когда он заговорит, я догадываюсь, что именно он здесь главный.

И теперь Кроу сверлит меня взглядом, словно наполовину ожидая, что я окажусь змеей. Что сдам его или изменю свои показания.

— Это правда, — говорю я. — Он дал мне то, о чем я просил, и я готов выполнить свою часть сделки.

Найл не отвечает сразу, и все они молчат, пока он, по-видимому, обдумывает ситуацию в голове.

— Как тебя зовут, паренек?

— Конор О’Каллахан, — отвечаю я.

— О’Каллахан, — тихо повторяет Найл.

— Ирландец до мозга костей, — с гордостью говорит Рори.

Кроу качает головой.

— Ирландец или нет, мы заключили сделку. Парень принял её.

— Довольно. — Найл засовывает руки в карманы пальто и поворачивается к Кроу.

— Скажи мне, почему ты решил, что это лучший способ всё уладить, Лахлан.

Кроу вздыхает, и впервые с тех пор, как я его встретил, его фасад дает трещину, совсем чуть-чуть.

— Дело не в том, что мне не нравится парень. У меня нет ничего против него. Но у меня нет времени брать его под свою опеку, Найл. Ты знаешь, как сейчас напряженно из-за армян, которые подбираются ближе.

— Ага, — пожимает плечами Найл. — Знаю.

Затем он смотрит на Рори.

— Кроу прав. У него нет времени брать его под свою опеку. Значит, это сделаешь ты.

Рори на секунду запинается, а Кроу ухмыляется.

— Проблема решена.

Найл смотрит на меня и пожимает плечами.

— Проблема решена.

По дороге домой Конор снова молчит. Он не упоминает, что произошло между ним и Кроу после того, как я вышла из кабинета, но он не выглядит обеспокоенным. Он погружен в свои мысли, но его плечи расслаблены, и время от времени он поворачивается, чтобы посмотреть на меня, позволяя мне на мгновение заглянуть в его глаза. Он гораздо спокойнее, чем я сейчас. Я пытаюсь держаться непринужденно, как он, но не перестаю думать об Арчере, отчаянно нуждаясь в заверении, что всё будет хорошо.

— Должно быть, ты устала, — говорит Конор, когда мы заходим в дверь. — Можешь снова спать в кровати. Я лягу на диван.

— Хорошо. — Я киваю, но мне не хочется выходить из комнаты, и я не могу точно понять почему. Я должна быть благодарна за то, что он уважает мои границы. Но, если честно, я была бы не против, если бы он спал рядом. Я была бы более чем не против, потому что знаю, рядом с ним я буду в безопасности. После всего, что произошло сегодня, я эмоционально выжата, и в кои-то веки мне хочется, чтобы кто-то другой взял на себя тяжелую ношу. Мне хочется, чтобы парень, который рискнул своей жизнью, спасая мою, спал рядом и сказал, что всё будет в порядке. Разве это так плохо?