Мой взгляд скользит по ней, и не нужно много времени, чтобы понять, что Кроу в ней нашёл. Она абсолютно великолепна. Темные волосы и симпатичное лицо, лишь пара её лучших черт, и я не могу найти в ней ничего, чем бы она не могла гордиться. Она подтянутая и сильная, такой формы можно добиться только в спортзале, и я восхищаюсь ею за это.

— Ты выглядишь потрясающе, — уверяю я её. — Хотела бы я быть в такой отличной форме.

Она пожимает плечами и похлопывает себя по животу.

— У меня слабость к «Данкинс», и я расплачиваюсь за это. Но оно того определенно стоит.

В комнате снова воцаряется тишина, и я начинаю снова погружаться в свои мысли, пока Мак не прерывает меня.

— Ладно, я просто должна это сказать, — выпаливает она. — По-моему, это так чертовски мило, как Конор помешан на тебе. Я никогда не видела его таким.

— О? — пищу я. — Правда?

Она с энтузиазмом кивает и пододвигается ко мне на диване, активно жестикулируя, пока говорит:

— Он иногда такой ворчливый динозавр, но невозможно не любить этого парня. Я так счастлива, что он наконец нашёл кого-то, кто заставляет его вести себя, как полный пещерный человек.

— Я бы так не сказала. — Я обхватываю себя руками. — Он со мной не по доброй воле.

— Ой, да ладно тебе. — Мак смеется. — Кроу рассказал мне о вашей ситуации. Конор не женился бы на тебе, если бы не испытывал к тебе огромных чувств.

Она кажется настолько уверенной, что мне не хочется спорить, но я уже не знаю, во что верить.

Мак хлопает меня по руке.

— Милая, он не был бы сейчас там, внизу в подвале, избивая того парня за то, что он к тебе прикоснулся, если бы ему было всё равно. Может, это выглядит варварством, но это его способ показать, что ты ему небезразлична. Он будет тебя защищать. И он уж точно не позволит никому тебя унижать.

Я выдыхаю и усмехаюсь.

— Это действительно какой-то другой мир, да?

— Я знаю, это тяжело, — говорит она. — Жить такой жизнью, то ещё безумие, поверь мне, я понимаю. Когда я только вошла в этот круг, мне казалось, что я ненавижу каждого из этих мафиози. Но нужно время, чтобы увидеть, что это лучшие братья, о которых можно только мечтать. И у вас с Конором тоже всё станет проще.

— Надеюсь на это.

— Как-нибудь тебе придется прийти потусоваться со мной и девочками. Поверь, мы обожаем своих мужей, но это не значит, что они не сводят нас с ума половину времени.

— Было бы здорово, — говорю я, и я действительно так думаю.

— Хорошо. — Мак подмигивает мне с заговорщическим видом. — Теперь, когда с этим разобрались, можем перейти к важному.

— К чему, например? — спрашиваю я.

Она подходит к столу Кроу и с лукавой улыбкой поводит коробкой из «Данкинс».

— К тому, какие пончики твои любимые?

— Хватит с тебя, приятель?

Слик выдавливает из себя что-то похожее на утвердительный ответ, но это ничего не меняет. Он сломался в первые же пять минут, как только увидел комнату пыток Рипера. Когда дошло до дела, он начал ныть как бесхребетный трус.

Шум стал только громче, когда я сломал ему руку. На этом можно было остановиться. Кроу дал мне четкие инструкции, но я не могу позволить этому так легко сойти ему с рук. Я должен преподать урок. Ему или любой другой твари, которая решит, что может прикасаться к моему.

Я не чувствую удовлетворения, от хруста костей, пока по очереди пересчитываю пальцы на его левой руке. Меня бесит, что я даже не могу сказать ему, в чем заключается истинное преступление. Кроу связал меня по рукам и ногам требованием молчать о статусе Айви в моей жизни и в этом клубе, и это чертовски выводит меня из себя. Уверен, он бы не стал так поступать, если бы речь шла о Мак. С той минуты, как он заявил на неё права, не было никаких секретов для тех, кто мог бы подумать о заигрываниях с ней.

Как бы там ни было, Айви жива, а это лучше, чем альтернатива. Я должен быть благодарен, но неизвестность нашего будущего колет меня, как раскаленный нож. Она не может выполнить даже самую простую мою просьбу, а это правило номер один для жены мафиози. Я не знаю, как, чёрт возьми, собираюсь хранить наш брак в тайне, когда хочется пристрелить каждого ублюдка, который бросает взгляд в её сторону.

Мне нужно выпустить пар, поэтому я выбиваю из Слика всю дурь голыми руками. Я уродую его лицо и бью по почкам так, что он будет ссать кровью целую неделю, и именно в этот момент Ронан решает прервать меня.

— Что? — я хмурюсь, глядя на него.

Он бегло бросает взгляд на Слика.

— Думаю, с парня хватит. Он больше не будет приставать к твоей даме.

— Ты бы проявил такое же сочувствие, если бы это была твоя жена?

Брови Ронана сходятся на переносице, потому что я только что облажался, а он слишком умен, чтобы не заметить этого. Я мог бы с таким же успехом вручить ему приглашение на свадьбу. Шестеренки в его голове завертелись, он уже всё понял, но ничего не скажет. Ронан как никто другой понимает, какое безумие женщина может поселить в мужчине.

— Возвращайся наверх к Айви, — предлагает он. — Иди домой и остынь.

Я бросаю взгляд на жалкий мешок с дерьмом, свернувшийся на полу, его лицо превратилось в кровавое месиво, а рука распухла так, что если повезёт, он не сможет пользоваться ею месяц. Удовлетворенный тем, что он будет вспоминать обо мне каждый раз, когда попытается поесть ложкой, я покидаю комнату и поднимаюсь наверх, чтобы забрать Айви. Кроу сидит в офисе за столом, копаясь в телефоне, пока Мак и Айви тихо разговаривают на диване.

— Всё уладил? — Кроу поднимает на меня взгляд.

Я киваю.

— Я забираю Айви домой.

— Да, думаю, это хорошая идея.

Обратная дорога проходит в тишине. Айви всё время смотрит на меня, но я не могу взглянуть на неё сейчас. Не хочу срываться на неё, пока я в таком скверном настроении, но она должна понять, когда я прошу её что-то сделать, так оно и должно быть.

Когда мы добираемся до дома и освобождаем Рори от обязанностей няньки, он замечает, что что-то не так, но он не из тех, кто станет лезть ко мне с расспросами. Быстро отчитавшись за вечер, он исчезает за входной дверью.

Айви стоит в гостиной, её руки неловко висят вдоль тела. Я бросаю быстрый взгляд на неё и качаю головой.

— Ты в порядке?

— Всё хорошо, — отвечает она сухо.

— Отлично. Тогда тебе стоит привести себя в порядок и поспать.

Она сверлит меня взглядом.

— Это из-за того, что он дотронулся до меня?

Я не хочу вести этот разговор прямо сейчас и даю ей это понять.

— У меня есть дела. Вернусь позже.

— Просто скажи мне. — Она скрещивает руки на груди, как это делают женщины, когда они злы. — Ты думаешь, я сама его спровоцировала или что-то в этом роде?

— Конечно, я так не думаю, чёрт возьми! — отрезаю я.

— Тогда почему ты злишься на меня?

— Потому что ты не можешь выполнить даже простую, чёрт побери, просьбу! — Я провожу рукой по лицу. — Если бы ты просто сделала то, о чём я просил, всё было бы в порядке.

— Ты не можешь серьезно в это верить. — Вена на её шее пульсирует от сдерживаемого гнева. — Ты привел меня на свидание в то самое место, где я раздевалась перед всеми! О чем ты вообще думал?

— Я думал о том, что мне нравится проводить там свободное время и ты могла бы пойти со мной.

Она насмехается надо мной язвительным смешком.

— Тебе хоть раз приходило в голову, что, может, я не хотела? Что с самого начала у меня не было права голоса и я просто плыву по течению?

Если её целью было ранить меня этими словами, то она справилась на отлично. Этот разговор катится в никуда, но я не могу позволить ему просто так закончиться.