— Это к какому «Вампиру»?

— Латинянская машинка, с помощью которой они разобрали Тефтельку. Но там камни они потом еще лет пятьдесят оттаскивали… на Марс, все же это руда для топливного завода. А если будут просто камни, то их куда-то таскать уже невыгодно. Но если их таскать на Цереру и там их вместо вынутого льда сыпать…

— Но ведь все равно четыре месяца рейса практически в невесомости…

— Валентина, вы на танкерах с экипажем ходите потому что операторы должны за энергостанциями следить. А эти энергостанцииработают в астономном редиме по девять лет, то есть от заправки до заправки к ним вообще никто не прикасается. И если такой танкер переделать в робота, то пусть рейс хоть полгода длится, всем плевать будет. А так как получится со «снежков» воды таскать гораздо больше чем с Цереры… ведь можно будет доить только те, что в рабочих секторах для танкеров окажутся, то затея выглядит уже очень интересно. А тогда узнаю насчет того, когда энергостанции можно будет выкупить…

— Ира, нам еще предстоит придумать, как просто за писанный танкер расплатиться.

— А чего тут думать-то?

— Тона титанового дома стоит почти пятьдесят рублей…

— Ну да, а мы уже получили втрое больше за доставку руды с Эскималя. А на год сколько уже рейсов латиняне заказали?

— Но ты хотела еще и тем, кто тебе денег на энергостанции дал, их вернуть…

— Вот поставлю их на «Рыбку» — и сразу начну возвращать. Нурия, ты из нас тут единственный навигатор, так что подумай, как в бортовой вычислитель танкера впихнуть программы автономной навигации. С учетом системы противометеоритных маневров и прочего всего, ну, ты знаешь.

— Еще не знаю, это мы только через год изучать станем.

— Порасспрашивай старшеклассников, ну, тех, которые это уже учили. Ну думаю, что они тебе откажутся помочь.

— Ну, не знаю, я же больше только с вами дружу, а с ними только в школе встречаюсь…

— А тете с ними и встречаться особо не нужно, размести объявление в информатории школьном, и народ к тебе сам потянется. Даже преподаватели потянутся… так, давайте-ка мы уже к нам пойдем, там сядем в тишине и покое и составим все объявления.

— А тут вы обхявления дать не можете?

— Валентина, мы — можем, но после тутошних объявлений нас там засмеют и правильно сделают. Нам сначала самим все просчитать нужно, чтобы объявлять о новой программе, имея уже готовые расчеты и веские обоснования. Лариса Викторовна, огромное спасибо, все было очень вкусно! И можно нам на завтра еще раз то же самое заказать, только уже семь… восемь порций? К двум часам, ч доставкой… спасибо!

— В три глотки лопать будешь? — ехидно поинтересовалась Светлана.

— Нет, буду Славку еще кормить. Славка приборную часть лучше всех рассчитать сможет…

— А старшекурсников?

— У Славки живой опыт: он с дедом два рейса на «Серафиме» прошел, а когда сам ручками да глазками все ощутил, как-то проще рассчитывать получается…

— Ладно, согласна, получается пять человек.

— Уже шесть: Нурия, отца тоже позови, он, если сам не знает, знает у кого спросить, как эти энергостанции можно будет к танкеру пристыковать. Еще я постараюсь двигателиста из танкерного флота какого-нибудь пригласить, этим, думаю, лучше Валентине Николаевне заняться: нужно понимать, как двигатель от танкера на четверти мощности работать сможет, нам же никто других не даст.

— Семеро.

— А еще я отдельно Валерия Степановича попрошу нам помочь…

— Он де вообще не про корабли!

— Да, но он специалист по добыче воды их астероидов, а нам нужно будет для начала просчитать, сколько таких танкеров-камневозов потребуется, чтобы начинать «снежки» потрошить без риска загадить весь пояс астероидов камнями.

— А в информатории все это уточнить?

— Чтобы получить правильные ответы, нужно задать правильные вопросы. А я сама правильно запросы к информаторию составить не смогу, мы пока только вроде как поняли, о чем спрашивать, а вот как спрашивать — это знают специалисты. Ну что, пошли уже? Если мы завтра начнем всерьез считать, нам нужно уже сегодня программу обсуждения полностью составить. И да, заранее предупреждаю: если завтра мы узнаем, что все это — полная чушь, то давайте носы вешать не будем. Потому что, как кто-то умный говорил, отрицательный результат — это тоже результат.

— Не будем носы вешать, — засмеялась Нурия. — Только я не совсем поняла: куда у вас принято их вешать и за что цеплять? Ведь если за ноздри, то, наверное, это будет больно…

Обсуждение предложения Нурии в школе заняло неделю, и камнем преткновения оказалось то, что двигатели танкеров очень плохо работали на пониженной мощности. Неэффективно работали, и об этом Валентина Николаевна курсантам почти сразу сказала, вот только когда все в детали вникли, выяснилось, что она сказала далеко не все. На танкере-то на некоторые мелочи и внимания не обращали, там — с двумя энергетическими установками по триста шестьдесят мегаватт — и десять процентов тяги проблем особых не создавали, но для этих десяти процентов требовалось уже минимум двести семьдесят мегаватт, так как очень много энергии в таком режиме потребляла камера ионизации рабочего тела. То есть потребление ионизатора вообще почти не зависело от установленной тяги двигателя, а когда избытка мощностей на корабле нет, то оказывается, что «старый двигатель не годится». Ну а новых никто, конечно, для восстанавливаемого практически из утиля корабля делать не будет.

Славка тут же предложил на обновленный корабль ставить не по два, а по четыре установки от атмосферников, и на первый взгляд это можно было осуществить относительно просто. Ведь энергостанция на атмосфернике размешалась в контейнере размерами чуть больше трех метров в диаметре и семнадцать метров длиной, а отсек энергостанции танкера представлял собой «цистерну» диаметром более семи метров и длиной в сорок два. Однако на атмосфернике энергостанция была интегрирована в самолет и вся система охлаждения размешалась уже в планере, а в виде «отдельной электростанции» энергетический модуль помешался в бочку диаметром в четыре с лишним метра и длиной в двадцать два — то есть две энергостанции в «цистерну» танкера не помешались ни вдоль, ни поперек.

Впрочем, для того, чтобы хотя бы одну энергостанцию с атмосферника поместить в «цистерну» танкера, корпус модуля в любом случае требовалось изрядно доработать внутри, чтобы все «крепежные» детали под размер реактора подогнать, и Славка — как инициатор новой идеи — просчитал все нужные для ее воплощения изменения и с довольным видом результаты своих расчетов всем продемонстрировал:

— Нам же в любом случае нужно будет все потроха модуля энергостанции переделывать, и если мы в процессе ее модернизации еще и удлиним на три с половиной метра, то в него прекрасно впишутся два энергоблока-восьмидесятника.

— Это прекрасно, а во что обойдется такая переделка? — с легкой грустью в голосе поинтересовалась Нурия, которую «общим решением» выбрали «ответственной за проект».

— Ну, просто переделка всех креплений под один блок обойдется примерно в триста сорок тысяч, а если модуль удлинять и крепления ставить сразу под два… я только примерно посчитал, но получается, что в миллион мы в любом случае укладываемся.

— Две энергостанции на буксир, получается, что только доработка железа влетит в пару миллионов. Боюсь, что народ нас с такими запросами просто не поймет. А если к этому добавить и стоимость собственно энергетических модулей, ведь нам их никто дарить-то не будет… Жаль, хорошая была идея.

— Почему «была», — возмутилась Светлана, — хорошая идея, нам нужно только придумать, где для ее осуществления деньги найти.

— Ну да, ты устроишь еще один концерт, и народ со всей Империи просто наперегонки тебе начнет денежку присылать!

— Слав, а почему корпус энергостанции-то так увеличивать надо? На атмосфернике-то она куда как меньше места занимает, — решила уточнить Ира.