Хоть и стреляли отвратительно — вон, по палатке прилетело.

Палатка была в группе у Эльзы. Но вот поместимся ли мы там втроём? Пока не хотелось думать. В любом случае, надо было закончить обследование до заката солнца и совсем уж смертельных температур, либо искать место для ночлега.

— Мы можем взять вот этот сектор, рядом с центром, — предложила Даша. — Как раз около заброшенной турбазы. Там есть утеплённые места, насколько помню.

— Да, помнишь же, как было на практике! — добавила Эльза.

— Хорошо мы там повеселились, да уж, — как-то подозрительно хмыкнула Даша.

Деталей я расспрашивать не стал — мало ли какие там глупости не были в молодости.

Итак, мы решили двигаться туда, заодно проинспектировать близлежащие сегменты лабиринта. Мы упаковались на три глайдер-байка. Я с Дашей на одном, Эльза с одним нашим уцелевшим сервом — явно была не особо довольна такой паре, но что поделать. И два серва Эльзы — на третьем, с остатками нашего оборудования

Ещё один серв на глайдербайке присоединился к нашей группе через полчаса, доложив об обследовании нижней границы лабиринта. Третья группа исследовала пещеры в предгорьях, по западной границе.

Дроны наблюдения и орбитальные системы тем временем проводили сканирование местности и подсвечивали на карте подозрительные места. Наш маршрут шёл зигзагом — не только из-за меток, но и из-за архитектуры стен.

Лабиринт был разбит на правильные квадраты, по пять клеток каждый. Внутренние стены между этих клеток были высотой в десять метров, толщиной в три — как раз, чтобы держать один глайдербайк на нормальной скорости. Только вот местами ледово-бетонно-каменный композит истончился, и мы проваливались вниз на метров пять. Где-то снежные дюны доходили до самого верха стен. В общем, весёлое развлечение вышло, конечно.

Но не очень.

Благо хоть Даша за спиной создавала ощущение комфорта и тепла. Да и вообще, весна чувствовалась! Сефирот выглянул из-за туч, осадки прекратились, на базальтовом полу то там, то здесь цвёл паутинками местный лишайник, а вслед за ним пробуждалась местная странная фауна. Но долго ли Сефирот так греть будет? Надо успеть управиться до вечера.

Первые метки оказались следами жизнедеятельности местной фауны. Ещё три логова бабаев, одно — с тварюгой, которое мы решили не тревожить, два — не то покинутые, не то — пустые. Место их пиршества, где они разодрали какую-то здоровенную сколопендру. Затем — колония ледяных кротов, небольшая пещера, изгрызенная вдоль и поперёк.

Никаких признаков жизнедеятельности людей там не было.

А вот следующая метка загорелась на карте ярко-красным светом. Глайдер. Большой. Утеплённый, большой проходимости.

Судя по видео с дронов, он стоял на большом перекрёстке, около полуразрушенной бетонной башни — были здесь такие строения, с интервалом в пару километров натыканные, непонятного назначения. В основном их снаружи облепляли какие-то мелкие пушистые твари с рудиментарными перепончатыми крыльями, похожие на увеличенную в десяток раз тлю. А внутри ничего не было, разве что у одной такой мы видели логово местного хищника.

Глайдер этот, судя по документам, был арендован преподавателем географии с «Полиса-2». Что он забыл здесь, в тысяче километров, вблизи «Полиса-3»? Что-то очень нечистое происходит, понял я. Мы тут же, на подлёте, на ходу, разработали план по окружению глайдера.

Подошли быстрым броском с трёх сторон, блокируя пути отхода. Сервы спрыгнули с глайдеров, подошли ближе, десяток дронов завис сверзу, транслируя происходящее нам через коммуникаторы.

— Именем закона! — крикнула Даша через громкоговоритель глайдербайка, едва не оглушив меня на правое ухо. — Немедленно откройте ваши профили и продемонстрируйте документы по передвижению!

Реакции не последовало.

— Всё ясно, — хмыкнул я.

Всё как по учебникам. Парень же проникся романтикой мерзких методов политической борьбы времён Пантеона? Примерно по такой схеме террористы заставляют арендовать транспортное средство на чужое имя, а затем или выкидывают арендатора, или удерживают в качестве заложника.

А ещё масс-детектор и тепловизоры на дронах показывали, что внутри машины находятся два человека.

— Выжидаем пару минут и идём на захват? — предложила Даша.

— Там может быть взрывчатка, — подсказала Эльза. — Полный глайдер взрывчатки.

— А ещё может быть спрятанный квадробластер. Но если что-то выглядит как глайдер и по всем масс-детекторам определяется как глайдер с двумя людьми — то скорее всего это он и есть.

— Отправим одноногого, — решила Даша.

Так и сделали. Ещё два предупреждения — без толку. И наш одноногий серв, бодрыми прыжками вдоль ледяной стены оказался у машины.

— Последнее предупреждение! Откройте канал связи или продемонстируйте свои профили Внутреннего Экрана! — это уже я сказал.

Так уж бывает в полицейских историях, как не крути — мужской голос, при всём уважении, звучит весомее. Хотя бы просто потому, что грубее и жёстче по тембру.

Не получив ответа, серв разрядил встроенный в кисть мультитул в ручку пассажирской двери глайдера. А затем дёрнул дверь на себя…

— Ой, простите, — тут же, чуть ли не синхронно, сказали мы трое, как только клубы пара внутри герментичной машины рассеялись.

Мужчина средних лет и очень крупная, темнокожая и томная молодая девушка, вероятно, студентка, внутри глайдера находились в недвусмысленной, весьма интересной и даже, я бы сказал, затейливой ситуации.

Дверь тут же закрылась — и хорошо, ещё не хватало потом платить за обморожение гражданских.

— Извините! простите! — послышался из салона сдавленный голос вперемешку с кашлем. — Романтика! Чувство опасности! Как только вы пошли на захват — мы не смогли остановиться…

— Туристы, блин, — хмыкнул я. — Не могли выбрать место вдалеке от полицейской операции.

Вскоре, через минут десять мы пересеклись ещё с одной группой ищеек — той самой, что остановила и досматривала глайдер-автобус с экскурсией. Их главный — бодрый следак лет шестидесяти, явно потрёпанный и бывалый — доложил Даше по всей форме.

— Там не было ничего подозрительного, — сказал он. — Старшеклассники, победители исторических олимпиад, и двое сопровождающих.

— Точно хорошо досмотрели? — спросила Даша.

— Точно.

— И багажные отсеки?

— И багажные отсеки, — кивнул он.

— Ваши планы?

— Обследуем дальний, недостроенный северный сегмент лабиринта. Там много занесённых снегом гор строительного мусора, очень удобно сделать укрытие. В шестидесятом году там около двух недель обосновалась банда Гурова.

— Следователь, а что на счёт заброшенной туристической базы в центре лабиринта? — спросил я.

Он с пониманием кивнул.

— Там есть датчики, и постоянно дежурят два наших серва. Никакой подозрительной активности не было. Три группы туристов приезжали и уезжали. Какой-то преподаватель географии подозрительный, говорят… Но по биометрии не сходится.

— Не сходится, — кивнул я.

— Вам вызвать эвакуационные глайдеры? — спросил следователь. — Вижу, что вы попали за время стоянки на хищника.

Даша взглянула на меня и покачала головой.

— Не стоит, — ответила ему. — Мы пока что сами. У нас есть одна палатка, заночуем на базе. Лучше организуйте подвоз провизии дронами и эвакуируйте сломанные глайдербайки, недалеко от третьих врат.

— Ясно, — кивнул следователь и взглянул на меня. — Ещё указания?

— Продолжайте наблюдение, — отозвался я. — Мы с вами свяжемся. Всего хорошего.

После мы помчали к центру лабиринта, той самой заброшенной туристичекой базе, построенной спустя тысячелетие после того, как сам лабиринт был заброшен. И очень вовремя — я уже снова, несмотря на тёплую Дашу за спиной, начал замерзать.

А тут ещё пришла сводка об изменении прогноза погоды. Усиление ветра, осадки, вот это всё.

— Я что-то не понял твои планы, командир группы захвата? — спросил я Дашу, когда мы подъезжали.

— Пообедать. Обследовать заброшку всю. Затем встать лагерем внутри. Только где-то очень незаметно.