— Справлюсь как-нибудь. Хоть нервы мои от детского визга отдохнут!

— Тогда мы прямо сегодня переберемся, к обеду!

— Решено, — Артем взглянул на часы и направился к двери. — Уехал я, — донесся его довольный голос. В тишине с сухим щелчком закрылся замок.

Я приложила заледеневшие ладони к пылавшему лицу. Дождалась, пока перестанет тяжело ухать сердце, и набрала номер мамы…

… Крошечная хрущевка встретила меня с детьми запахом фирменного маминого пирога с капустой и теплом уюта родительского дома.

Вот где было малышам раздолье! Они то с топотом носились по маленьким комнаткам, изображая табун диких мустангов, то тарахтели, представляя себя гоночными машинами на автокроссе.

После обеда утомившиеся мальчишки «отрубились» на бабушкиной кровати, крепко прижавшись друг к другу.

А мы с мамой уединились на кухне.

— Может, ты и права, — вздохнула мама, когда я поделилась с ней, что решила дать Артему отдохнуть от семейной жизни. — Это в нас, женщинах, терпение природой заложено, а мужики, они другие совсем.

— Я тоже так подумала, — оживилась я, чувствуя мамину поддержку. — Артюша целый день в коллективе, устает от людей. Да и должность ответственная. А дома — детки озоруют, тихо у них никак не получается. Да и наедине с ним почти не бываем, — я стыдливо отвела глаза. — Ночью еле до кровати доползаю и валюсь кулем.

— Конечно, — с пониманием кивнула мама. — Ты за день так измотаешься, что не до ласк с мужем, а потом, при детях не больно-то и понежничаешь.

В ответ я только печально вздохнула.

Мама, на мгновенье задумавшись, вдруг подняла на меня загоревшийся взгляд.

— Варюш, знаешь что… А давай-ка после ужина я тебя домой отпущу. До утра!

Почувствовала, как зажгло смущением щеки.

— Да ты что, мам! Как я на тебя мальчиков оставлю? А вдруг ночью меня звать начнут?

— Не начнут, — сразу отмела хлипкое возражение мама. — Они не грудные. Скажу, мама папу ушла проведать, утром придет. Хватит им такого объяснения, точно тебе говорю! А как проводишь Артюшу на работу, так и вернешься к нам сюда.

— Ты думаешь, не заплачут? — с сомнением уточнила я.

— Уверена!

Мама быстро вышла из комнаты и вернулась с солидной бумажной купюрой.

— Вот! У нас тут рядом салон красоты открыли. Стрижку модную сделаешь, маникюр… Успеешь до вечера. Собирайся!

Упрямо отвела мамину руку.

— У меня есть. На салон хватит и еще останется.

— Откуда?! Ты же с теми деньгами, что тебе муж на хозяйство дает, концы с концами не сводишь!

Я, помявшись, рассказала о звонке Филиппа Алексеевича, о его трогательной заботе о малышах и щедрой денежной помощи.

Мама расплакалась.

— Дай бог ему доброго здоровья, Варенька! — прошептала она, вытирая слезы. — И долгих лет жизни. Хоть кому-то ты небезразлична на этом свете, кроме меня и Кирюши с Дениской…

… Я стояла во дворе нашего с Артемом дома и с любопытством смотрела на вспыхивающие то тут, то там окна.

Скорее всего, муж еще не вернулся с работы. Но ничего, я пока сготовлю что-нибудь вкусненького. Как раз успею к его приходу.

С ума сойти, я уже и не помнила, когда мы с Артемом общались наедине за красиво накрытым столом!

Пусть у нас сегодня будет праздник! Чтобы глаза в глаза, как раньше… У меня даже где-то свечи декоративные сохранились…

Возможно, Артем посмотрит на меня другими глазами…

На мне классная кофточка, «забытая» года три назад в шкафу у мамы, но вновь модного в этом году фасона. Красиво промелированные волосы, салонная стрижка с укладкой. Неброский, но качественный маникюр. И я даже разрешила мастерам поколдовать над своим лицом…

Что сказать, я сегодня чувствовала себя по-настоящему привлекательной!

Наконец, вычислила окна кухни нашей квартиры. Охнула от неожиданности — они светились!

Значит, Артем дома! От предвкушения встречи часто забилось сердце.

Неужели мечты сбываются, и мы проведем с мужем вечер вдвоем?! Глаза в глаза, взявшись за руки… При мягком и загадочном мерцании свечей…

Я рвано выдохнула, как перед прыжком в воду, и заспешила к двери подъезда.

Отдышавшись на лестничной площадке, тихо зашла в квартиру.

Свет в прихожей не горел. Замерла, прислушиваясь. Тишина. Интересно, где же Артем? Обычно телевизор включен на всю громкость!

Отчетливо пахло женскими духами.

Сердце тревожно подскочило в груди.

Последние пять лет мне было точно не до духов. Не помнила, когда пользовалась ими последний раз!

Быстро скинула туфли и бесшумно пробежала по темному коридору. Свернула к спальне и остановилась…

Из чуть приоткрытой двери доносились приглушенные женские стоны, сдавленный шепот, еще какие-то странные звуки…

У меня перехватило дыхание. Муж явно там не один! Но с кем?!

Ногой резко толкнула дверь. От увиденного ужаса кровь бросилась мне в лицо.

Чужая женщина в нашей с Артемом супружеской постели!

— Ника?! — в узнавании чуть шевельнулись мои губы.

Руки мужа бесстыдно гуляли по обнаженному телу любовницы, из его горла вырывалось похотливое хриплое дыхание.

Я до крови прикусила нижнюю губу, чтобы не закричать, не завыть от захлестнувшей меня боли и ярости.

Красотка бесстыдно выгибалась под ласками Артема, кусая в приступе страсти полные губы, с которых слетали стоны удовольствия.

— Артем! — с надрывом выкрикнула я. — Как ты посмел? Подонок!

Меня колотила нервная дрожь.

Муж даже не подумал прикрыться. Взглянул сквозь меня равнодушно.

— Ты пришла не вовремя. Сама виновата!

Меня затрясло.

— Я — виновата?! Я — твоя жена, мать твоих детей, виновата?! — мой голос хрипло срывался. — В чем?! В том, что ты притащил в нашу постель распутную коллегу?

— Я не просил тебя возвращаться. Предупреждать надо! — муж бросил на меня полный досады злой взгляд. — Ты сказала, что ушла с детьми на неделю.

От наглости Артема потемнело в глазах.

— Ты… Ты что себе позволяешь?

— Что я себе позволяю? — муж скривил рот в мерзкой ухмылке. — Что ты заслужила, то я себе и позволяю! Ты в кого превратилась? Ты же амеба, инфузория туфелька, поняла? Бесполое существо, вот ты кто! Ты уже давно не женщина, а так… барахло!

Шагнула к кровати, чтобы влепить мужу пощечину, но тут услышала смех. Злой, надменный, полный превосходства женский смех.

Я вздрогнула, рука безвольно опустилась.

Эта мразь, эта распутная гадина Вероника смеялась надо мной!

Я нашла в себе силы взглянуть на нее.

Любовница Артема стояла возле кровати абсолютно нагая. Казалось, что она специально выставляла совершенное, ухоженное тело, чтобы я не сомневалась в ее превосходстве надо мной.

Гибкая, длинноногая, с ниспадающей блестящей волной пшеничных волос…

— Мне жалко тебя, женушка-золушка, — ехидно улыбнулась Ника. — Что, променяла свое женское счастье на кастрюли и памперсы? Вот и кусай себе локти. Или забыла, что мужья любят глазами? А что в тебе глазами-то любить? Моль блеклая! Правда, ты сегодня еще ничего… На ночь любви, наверное, надеялась? А тут тебе такой облом! — Вероника заливисто рассмеялась.

На меня словно вылили ушат холодной воды.

— Оденься, имей стыд, — с ледяным спокойствием попросила нахалку. — И выметайся. Чтобы духу твоего здесь не было! А с мужем своим я разберусь.

Вероника демонстративно медленно обернулась покрывалом.

— Нет у тебя больше мужа, — надменно вздернула подбородок «коллега». — Мы с Артемом вместе уже давно. Поэтому не строй иллюзий и дай ему развод без скандалов.

— Ты… ты что себе позволяешь?! — задохнулась я от возмущения. — Шалава ты подзаборная… Пошла вон из квартиры…

В надежде, что Вероника просто злит меня, бросила умоляющий взгляд на Артема.

Он лениво надевал рубашку, как будто наш разговор с Вероникой его не касался.

— Все решено, Варь, неужели еще не осознала? Сохрани хотя бы остатки гордости, веди себя прилично, — процедил сквозь зубы Артем. — Мы с Вероникой вместе, она не соврала. Хотел подготовить тебя, чтобы как-то помягче сообщить о разводе. Но уж получилось как получилось… без подготовки!