— Кто-нибудь из вас объяснит, что происходит? — проблеял ошарашенный Вермишель, про которого опять все забыли.

Лилиан тяжело вздохнула и пробормотала:

— Даже не знаю, с чего начать, месье Шель…

— Начните сначала, мадемуазель, — попросил Вермишель, все еще ошарашенно поглядывая на нас.

— Тогда, думаю, следует начать с нашей встречи в пекарне, — сказала Лилиан, вопросительно глядя на меня.

Я кивнул и устроился поудобнее на стуле, потому что рассказ будет очень длинным.

Когда Лилиан закончила, Вермишель озадаченно моргнул и пристально всмотрелся в меня.

— А на вид девушка как девушка, — пробормотал он. — Правда, немного странного поведения и драться умеет…

— Это потому что на самом деле я мужик, — с широкой улыбкой объявил я. Как же приятно было раскрыть свое истинное «я» и перестать притворяться!

Положив локти на спинку стула, я вытянул одну ногу, а вторую подтянул к себе, опершись пяткой о сиденье. Однако тут же получил от Лилиан по коленке.

— Что? — не понял я.

— Сядь нормально, не дискредитируй тело моей подруги! — прошипела она.

Одарив ее взглядом бэд-боя, я дерзко произнес:

— Детка, после совершения каминг-аута люди перестают притворяться. Я уже не скрываю, что мужик, так что имею право сидеть так, как хочу.

Лилиан молча сверлила меня взглядом, который за секунду выжег из меня всю дерзость.

— Хорошо, я сяду нормально, — пробормотал я, выпрямившись и опустив ногу на пол. Еще и подол поправил.

Мило улыбнувшись мне, Лилиан перевела взгляд на Вермишеля.

— Месье Шель, действовать будем так…

Она принялась обрисовывать свой план, который, в общем-то, был похож на мой, только приманкой выступала Лилиан, так как она была чародейкой и могла, если что, постоять за себя. Мы же с Вермишелем должны были прятаться неподалеку и выскочить в нужный момент. Вернее, выскочить должен был Вермишель со своими полицейскими, моя же роль заключалась в том, что я просто сидел в укрытии.

— Ну что, как вам план? — спросила Лилиан, закончив. Причем спрашивала она у Вермишеля — на меня даже не смотрела.

— Зашибися! — перебил я открывшего рот Вермишеля. — А моя роль в этом плане так вообще огонь! Почему я должен, как какая-то слабая бабенка, сидеть все время в укрытии?

— Потому что, Костя, на данный момент ты и есть слабая бабенка, — чеканя каждое слово, сказала Лилиан.

В возмущении я открыл рот, но так и не нашел, что сказать. Потому что, в сущности, так оно и было. Я — слабая бабенка, у которой даже магии нет. И обуви…

— Костя, — ласково позвала Лилиан, взяв меня за руку. — Я просто хочу обойтись без жертв, понимаешь? Это возможно, если действовать грамотно. Если за дело возьмутся профессионалы.

Вермишель закивал, как китайский болванчик. Я бросил на него недоверчивый взгляд.

— Это он-то профессионал?

— По нему, может, и не скажешь, но месье Шель выдающийся инспектор, — поведала Лилиан. — Он поймал много убийц, половина из которых обладала магией. Уверена, все вместе мы сможем поймать и Золушку с ее демоном. Только давай будем действовать умно, хорошо? Без всяких спонтанных поступков и бесполезного геройства. Да, ты уже один раз умер в своем мире, но судьба подарила тебе второй шанс на жизнь, и ты не должен так просто от него отказываться. Я же не вынесу, если потеряю тебя.

— Ох, — выдохнул я, понимая, что таю от ее слов. — Хорошо, сделаем так, как ты хочешь.

Лилиан широко улыбнулась и звонко чмокнула меня в щеку. Ну а я понял, что уже ни в чем не смогу отказать этой девушке.

— Пожалуй, я пойду готовить своих ребят к операции, — пробормотал Вермишель, поднявшись со своего кресла. Выйдя из-за стола, он бросил взгляд на мои босые ступни и добавил: — А еще надо бы найти тебе обувь.

— Две тысячи баксов за хорошие ботинки! — воскликнул я, подскочив на месте. Тык при этом подлетел и упал на подол Лилиан.

Вермишель с сочувствием посмотрел на питомца, который со слезами на глазах потирал свою пятую точку и обиженно смотрел на меня.

— Костя, осторожнее, — упрекнула меня Лилиан и начала жалеть мохнатого засранца.

— Да он придуривается! — возмущенно произнес я. — Ты просто плохо его знаешь. Эта та еще королева драмы!

Тык ласково потерся о ладонь Лилиан и украдкой показал мне язык.

Вот же мохнатый засранец!

— Я ушел, — буркнул Вермишель, берясь за ручку двери.

— Погодь! — Я поспешил за ним. Буквально вытолкнул инспектора из его кабинета, закрыл за собой дверь и тихо поинтересовался: — У тебя есть клетка для попугаев?

Лицо Вермишеля вытянулось.

— Для попугаев?

— Ну или для канареек. Пофиг, для каких птичек. Главное, чтобы Тык поместился.

— У меня есть клетки для мелких бесов. Заговоренные, чтобы эти дьяволята не смогли перегрызть прутья. — Вермишель сощурил свои неприятные глазки и спросил: — А зачем тебе?

— Не хочу рисковать Тыком, — сказал я едва слышно. — Он обязательно увяжется за мной, и, если с ним что-то случится… Черт, я бы и Лилиан в такую клетку запрятал, но это, увы, невозможно.

Вермишель кивнул с пониманием дела.

— У нас есть заговорённые камеры для магов и чародеев.

— И как мы ее туда…

Не успел я договорить, как раскрылась дверь в кабинет Вермишеля и появилась Лилиан с дремлющим на руках Тыком. Очень недовольная Лилиан.

— Даже. Не. Думайте, — тихо, но твердо произнесла она.

Мы с Вермишелем шумно сглотнули и синхронно кивнули.

— А вот насчет него я согласна. — Лилиан кивнула на Тыка. — Найдите клетку, месье Шель.

— Найду, мадемуазель. — Вермишель склонился в грациозном поклоне.

— Вот же прохвост, — буркнул я, вернувшись в кабинет вместе с Лилиан. — Знает же, что ты занята, а все равно клинья подбивает.

— Он просто вежливый, — сказала Лилиан, ласково качая Тыка на руках, словно это был ее малыш.

Я же невольно залюбовался ею, представив, как бы ей пошло быть матерью. Следом мое воображение нарисовало, какие бы у нас могли быть дети, если бы у меня все еще было мое тело.

— Почему не сказала Вермишелю о том, что ты пропавшая принцесса? — спросил я, прогоняя из головы несбыточные мечты.

— Всему свое время, — загадочно ответила Лилиан.

Я не стал расспрашивать, что она имеет в виду. Плюхнувшись в кресло Вермишеля, я принялся рассматривать лежащие на столе бумаги. Все они, в основном, касались всяких разных дел: краж, вооруженных нападений, ограблений и убийств.

Я тихо присвистнул, рассматривая бумаги. Вермишель, оказывается, был в диком завале. Не хотел бы я оказаться на его месте, придавленный всеми этими делами. Наверняка еще и копейки получает, ночуя на работе. Госслужба — дело неблагодарное в любом мире.

Вермишель вернулся примерно через полчаса с клеткой, ботинками на шнуровке и Пьером. Тык все еще спал. Мы с Лилиан осторожно переложили его в клетку и отдали Пьеру, который должен был позаботиться о красном дьяволенке.

— Корми его по часам. Он сам не свой, когда голоден, — напутствовал я паренька.

— А чем его кормить? — озадачился Пьер, кося взгляд на сладко спящего Тыка.

— Чем хочешь, он всеядный. Главное, чтобы просто что-то ел.

Пьер кивнул и вышел из кабинета. Я проводил своего питомца тоскливым взглядом и вздохнул. Сердце заныло при мысли, что, возможно, я его больше никогда не увижу.

— Все будет хорошо, — Лилиан положила ладонь мне на плечо.

Я кивнул, сдерживая подступающие слезы. Чертовы женские эмоции...

— Собственно, мы готовы, — объявил Вермишель. — А вы?

Натянув добротные кожаные ботинки, я поднялся, потоптался на месте, проверяя их удобство, и бросил взгляд на Лилиан. Та уверенно кивнула и взяла меня за руку.

— Мы готовы! — заявил я, крепче сжав ладонь Лилиан.

Глупо было полагать, что мы поймаем Золушку сразу же, как стемнеет. Еще глупее было думать, что мы заманим ее в ловушку с первого раза. Как говорил великий комбинатор Остап Бендер, скоро только кошки родятся. На деле же у нас все вышло ой как нескоро.