Вначале был Свет. Два солнца - золотое и серебряное - плясали на лазурном небе Элириума вечный, неспешный танец. Их дуальность рождала гармонию, а гармония рождала магию. Она не была колдовством, доступным избранным; она была самой тканью бытия, воздухом, которым дышали, землей, по которой ступали. Великие города парили в облаках, повинуясь воле Строителей - народа, чье призвание заключалось не в возведении стен, а в плетении нитей самой реальности. Они возводили мосты между мирами, а их песни могли усмирять бури и заставлять цвести кристальные пустыни.

Элириум был симфонией света и силы. И, как всякая симфония, он должен был рано или поздно завершиться.

Пришли Пожиратели. Не из тьмы между звезд, а из пустоты между мирами. Они были не плотью и не духом, а воплощенным голодом, антитезисом магии, абсолютным Ничто, жаждущим стать Нечто. Они пожирали не плоть и не кости - они пожирали саму суть, волшебство, что делало Элириум живым. Свет двух солнц померк, не в силах прогнать тень, павшую изнутри. Сияющие города, лишенные магической подпорки, начали рушиться, обрушиваясь с небес в серые, безжизненные равнины.

Строители, эти гордые архитекторы реальности, оказались бессильны. Одни призывали к бегству, к поиску нового пристанища. Другие - к войне, к последнему, отчаянному бою, способному лишь отсрочить неизбежный конец.

Но нашлась одна - принцесса Лиана, величайшая из Строителей своего поколения. Она предложила не бегство и не войну. Она предложила жертву. Не слепую и яростную, а холодную и расчетливую. Если магию нельзя спасти, рассудила она, то ее можно законсервировать. Если Пожирателей нельзя уничтожить, их можно запереть. Она не стала создавать очередной хрупкий мост. Она создала Печать.

Ценой собственной жизни она запечатала умирающий Элириум, превратив его в саркофаг, в вечный мавзолей для своего народа. Она похоронила свой мир, чтобы остановить распространение заразы, чтобы спасти бесчисленные другие вселенные от той же участи. Она стала Вечной Хранительницей, первым и последним сторожем собственной гробницы.

А ее верный страж, Ариман, чья клятва защищать ее была сплетена с его собственной душой, не смог последовать за ней в небытие. Его верность и его гнев оказались сильнее смерти. Он добровольно обрек себя на участь, худшую, чем забвение, - на вечное существование на грани миров. Он стал Тенью, последним Хранителем у врат забытой реальности, живым напоминанием о той цене, что заплатили за спасение других.

Но ничто не вечно - даже самые прочные печати. Магия, как вода, всегда находит себе дорогу. Она не могла исчезнуть - она могла лишь изменить форму, найти новый сосуд. Спустя триста лет эхо великой силы Элириума, его отчаянный крик о помощи, ищет выход. Оно просачивается в ближайший мир, мир людей, лишенный магии и веры, через единственное, что еще связывает его с погибшей родиной, - через кровь.

Кровь потомков Лианы.

И где-то там, в мире, где чудеса свели к нулю на банковском счете, а великие тайны прячутся в пыльных офисных архивах, живет ничем не примечательная девушка. Девушка, которая привыкла быть невидимой, которая считает свою жизнь чередой неудач и провалов. Она еще не знает, что в ее жилах течет кровь Строителей. Она не подозревает, что ее «невидимость» - это величайший дар, дремавший в ожидании своего часа.

Часы пробили. Тень у врат зашевелилась. И магия, наконец, нашла свою наследницу.

Мир рухнул сегодня утром с тихим щелчком закрывшейся двери в кабинете начальника. Меня уволили. Официальная формулировка - сухая, безликая «оптимизация штата», но в воздухе витала непрозрачная и горькая правда: я снова опоздала, и на этот раз мое вечное непопадание в ритм этого отлаженного механизма стало последней каплей. Начальник, тот самый, что вечно путал мое имя с именем какой-то несуществующей Эммы, на этот раз снова не попытался его вспомнить. Его взгляд скользнул по мне, как по пыльной папке на дальней полке, и он произнес: «Эмма, вы нас подводите». Меня зовут Алиса, но в тот момент это не имело ни малейшего значения; я опять была просто ошибкой.

Я сидела в своей крошечной студии, где за окном бесконечно текли серые струи дождя, и вглядывалась в экран телефона, в уведомление от банка, которое светилось алым, предупреждая о просрочке по ипотеке. Цифры сливались в одно угрожающее пятно; до полного краха оставался всего месяц, всего тридцать дней, после которых у меня не останется не только работы, но и крова над головой. На краю стола, заваленного счетами и черновиками резюме, лежала открытка от тети Ирины - яркий, нелепый всплеск цвета с курортного побережья. «Алиса, когда ты уже найдешь нормальную работу и остепенишься?» - было выведено на обороте ее размашистым почерком. Эти слова висели в воздухе тяжелым грузом, словно приговор: моя жизнь, мои тридцать лет - это сплошное, заурядное разочарование.

В отчаянии, почти машинально, я открыла ноутбук; его холодный свет был единственным источником света в темной комнате. Может быть, где-то там, в другом городе, а может, и в другой стране, для меня найдется место, лазейка, шанс. Я наудачу вбила в поиск «работа», и браузер выдал мне бесконечный список стандартных вакансий для экономистов с моим посредственным опытом. И среди этого однообразия мой взгляд зацепился за нечто иное, выпадающее из всех рамок, словно случайный символ из чужого алфавита.

«Требуется жена. Он - не человек. Вас это устраивает? Поместье Блэквуд. Конфиденциальность гарантирована. Вознаграждение - решение ваших материальных проблем».

Я фыркнула, горько и скептически; чья-то странная шутка, розыгрыш для слишком доверчивых. Жена? Кому нужна жена из интернета? Поместье Блэквуд? Мы же не в Англии. Но моя рука, будто помимо воли, сама потянулась к клавиатуре. Что я, в сущности, могла потерять? Работу, которую только что лишилась? Квартиру, которую вот-вот отнимут? Эту несостоявшуюся, бесцветную жизнь, что текла сквозь пальцы? Отчаяние - плохой советчик, но в тот момент оно было единственным, кто что-то предлагал.

«Да. Меня это устраивает. Мне нечего терять» - отправила я в бездну и с силой захлопнула крышку ноутбука, как будто пытаясь запереть там собственную глупость.

Прошла минута, может, две, и тишину комнаты прорезала вибрация телефона. СМС от банка. Я ожидала увидеть там очередную рекламу, но вместо этого на экране горели слова: «Зачисление: 10 000 000 рублей». Я онемела; мир сузился до этого светящегося экрана, до этих невообразимых цифр. Кровь отхлынула от лица, а пальцы похолодели. Прежде чем я успела хоть как-то осмыслить происходящее, пришло второе сообщение, с незнакомого номера, сообщающее о времени вылета и рейсе. «Вас встретят. Ариман вас ждёт.»

Ариман…Кем же он был?

Я сидела, вцепившись в столешницу, не в силах пошевелиться, не в силах издать звук. Это должна была быть шутка, нелепая, абсурдная, но на моем счету лежали реальные, живые деньги, сумма, способная в миг растворить все мои проблемы. Я подошла к зеркалу, в котором отражалась бледная, испуганная девушка с темными растрепанными волосами и слишком большими карими глазами, полными недоверия. Во мне не было ничего примечательного, ничего, что стоило бы таких денег - просто серая, заурядная жизнь. И кто-то только что заплатил за нее 10 миллионов.

Во что же я ввязалась?

Дрожащими пальцами я набрала пароль от личного кабинета своего банка и ткнула «Закрыть кредит досрочно». И, о, чудо – мне тут же прилетела смс «Ваш кредит погашен». Я не верила, нет, не может быть. Не может быть…

Набравшись смелости, которой у меня в общем-то и не было, я набрала номер тети Ирины.

- Я уезжаю в другой город. Завтра. Мне предложили работу, - мой голос прозвучал хрипло и неестественно громко.

- Работу? - ее тон был, как всегда, скептическим, пропитанным вечным неодобрением. - Какая еще работа? Алиса, опять какие-то твои фантазии? Тебе бы давно остепениться, выйти замуж, детей завести, а не по миру шататься в поисках ветра.