И вот я сидела на кухне в тихой квартире. Позвонила маме. Позвонила на работу и сказала, что мне достаточно нескольких дней, чтобы прийти в форму. Да, торчать дома я не собиралась. И только хотела врубить телевизор и улечься на диване, как услышала настойчивую трель дверного звонка.
Сердце замерло на несколько секунд. И да, я отчаянно надеялась увидеть… Дамира. Но на пороге стояла взволнованная и растрёпанная Юля.
— Ланка, ну ты с ума сошла? — с букетом тюльпанов и тортиком в руках она вихрем ворвалась в квартиру. — Ну почему не позвонила-то? Ничего не сказала… Да если бы я дядю Пашу на остановке не встретила… Рассказывай, давай, что случилось.
Она вовсю хозяйничала на кухне. Цветы уже стояли в вазе, чашки и тарелки на столе, в чайнике закипала вода. И как это получалось у моей подруги, быть сразу везде и одновременно, для меня оставалось загадкой.
— Ну что ты стоишь? Нога болит, а она стоит. Садись, давай.
— Тебе же это всё на работе подарили, да? Так зачем ты?.. Неси домой.
— Отнесу. Вот по кусочку съедим и отнесу, — она дождалась пока я устроюсь на стуле, заварила чай и села напротив. — Ну, не тяни, что случилось?
— Ай, ничего серьёзного. Поскользнулась и села в лужу.
Я попыталась отмахнуться, но куда там, как будто я не знала Юльку. Но было то, о чём не хотелось рассказывать даже лучшей, нет, единственной подруге. Что Дамир, мой добрый доктор-спаситель, и был тот самый джигит и единоличный владелец вишенки.
— А лоб чего заклеен? О сосульку ударилась?
— Не, — я отхлебнула чай, запивая им торт, — сосулька сама мне на голову свалилась. Представляешь, как точно? Ещё бы парочка миллиметров и всё.
— Значит, ты в травму попала, да? Туда на скорой, а обратно? Ланка, ну я бы могла примчаться за тобой и забрать. И ночью одна… а если бы что случилось? Если бы плохо стало? Травма головы — это не шуточки тебе! Это… вот будешь в старости под себя ходить, вспомнишь тогда.
— Всё не так страшно, правда. Думаешь, меня бы отпустили, если бы… Мне ещё и больничный выписали.
— Мама твоя когда приезжает?
— Возможно вечером, а может и завтра утром.
— Ну, значит я с тобой остаюсь. Где там все твои назначения? Попрактикуюсь на тебе, вдруг, когда и пригодится.
Неиссякаемый источник энергии бурлил внутри Юльки всегда. Она никогда не могла усидеть на месте. Вот и сейчас сама взяла пакет с лекарствами. Сама читала то, что написал Дамир, и умудрялась комментировать не только свои действия.
— Подчерк красивый, на удивление ровный и разборчивый. Так, это противовоспалительные. Это гель, втирать и дать полностью впитаться. Рана на голове… только менять пластырь. Обезболивающие… А это что? — как в руках подруги оказался голубой стикер я не представляла. Вроде же убрала его в сумку. — Чей это номер?
— Это, — я вздохнула, придется сказать правду. Нет, часть правды. — Номер врача. Он сказал звонить, если что.
— Он? Нет, ну ты посмотри на неё! — Юля всплеснула руками. — Шпионка недоделанная! Это же самое главное! Хочу знать всё: кто он, сколько ему лет и какая перспектива в развитии ваших отношений.
Я поперхнулась чаем. Этот Суворов в юбке не только Альпы перешёл, но всю Европу завоевать успел. Если я была просто неугомонной и ершистой, то Юля невероятно напористой. Где угодно, вот только не там, где нужно. Моему брату о своих чувствах она так ничего и не сказала, и говорить не собиралась.
— Перспективы нет никакой. Потому что… потому что он… врач, вот. А я его пациентка.
— Ой, подумаешь. Сколько книг написано и фильмов снято вот про такие отношения, а? А в войну так вообще… Он красивый?
— Ну, да. Да. Тебе его описать?
— Ещё спрашивает, — Юлька обиженно фыркнула.
— Высокий, темные вьющиеся волосы. Нос прямой. Глаза зелёно-карие, вот и всё. Ему немного за тридцать или около того.
— Хм, разница в возрасте, — Юля вздохнула. Она была твёрдо уверена, что нормальные отношения можно построить только со своим ровесником. Ну плюс-минус пять лет разницы. Причем «плюс» в его сторону. — Ещё факты?
— Он считает меня невыносимой. Точнее мой характер.
— И хрен с ним, — щедрой рукой, не раздумывая, Юля отрезала нам еще по куску торта. — Знаешь, нет, он нам не подходит. Он врач.
— И что?
— И то. Ты же Вику, мою двоюродную сестру, знаешь? Так вот, она медсестрой работает в больнице. Они так, — Юля наклонилась ко мне, как будто сообщала крайне секретную информацию, — они, эти докторишки, трахают там всё, что движется, ага. Вика и сама с дежурным врачом в ночную смену отрывалась. Так что…
«Если я не в отношениях, это не значит, что у меня нет секса».
Вот, стало быть, как? Ну и, ну и пожалуйста, не больно то и хотелось. Просто обидно, вот и всё. Хотя с чего бы? Никакого повода он мне не давал. И намёков не делал. А то, что я там надумала в своём воображении, это только моя беда. Но торт, почему-то, перестал быть вкусным.
А день продолжал радовать сюрпризами. Дверь в квартиру распахнулась и на пороге, бросая дорожный баул в сторону, появился мой дорогой и любимый братец.
— Ну офигенный сегодня денёк! Дэн, они тут обе две!
Не успела я вскочить с места и на одной ноге допрыгать до Ярослава, как в кухню, вращая хвостом и едва не сбив меня с ног, ворвался Гром. Подросший пёс наделал столько шума, не переставая радостно лаять и прыгать вокруг нас, что совершенно не было слышно, о чём говорили Ярик и Денис.
— Гром, ко мне. Сидеть, мальчик.
Пёс ещё несколько секунд беспокойно смотрел то на нас с Юлькой, то на хозяина, но в конце концов решил, что с Денисом лучше не спорить. И смиренно сел у его ног.
— Девчонки, одевайтесь. У нас сюрприз.
Сюрприз. Странно и интересно. Наверное грандиозный, потому что эти двое даже не захотели сменить военную форму на гражданскую. Хотя обычно делали именно так.
— Сюрприз? И что за сюрприз? Какой? — Юля уже застёгивала молнию на высоких сапогах. — И почему он на улице?
— Потому что, — Ярослав усмехнулся. — Миланка, а ты чего стоишь? Давай быстрее.
— Быстрее я не могу. И вообще никак не могу. Вы потом мне расскажете. У меня вот, — я вытянула ногу, демонстрируя синий бандаж.
— Не, ну ты глянь! Что, мартышка, растеряла свои навыки? Или лианы рядом не было? Не за что было уцепиться? Мы подождём, одевайся.
Я поджала губы, думая, во что обуться? Вспомнила, как утром я влезала в свои ботильоны на высокой платформе, стараясь не стонать от дискомфорта и глупо улыбаться. И как не выдержал Дамир, присел и помог, так аккуратно поддерживая стопу и обувая меня. И ворчал, что эти чёртовы каблуки стоило бы выбросить, что все беды из-за них. И как я тогда сдержалась не знаю. Господи, снова я вспомнила его. И представила хмурый взгляд…
— Там же не очень холодно? И не мокро? Если я в спортивных тапках пойду? Мы же не долго?
— Не, нормально, если что, мы тебя с Дэнчиком на руках перенесём.
Я оделась. Но когда достала свой костыль, все трое уставились на меня, не скрывая тревогу и удивление.
— Ланка, точно всё нормально?
— Ага, или будет. Ой, да перестаньте вы, это всего лишь небольшое растяжение.
Мне и самой хотелось в это верить. Как и в то, что голова кружилась от радости, от приезда брата и Дениса. А не от того, что я устала.
Со ступенек подъезда меня, подхватив под руки, спустили, и привели на парковку возле дома. Где среди прочих машин стоял серебристый Chevrolet Traverse с транзитными номерами.
— Ну вот, любуйтесь, — Ярослав широким жестом указал на машину. — Нравится?
— Это твоя? — первой от шока отошла Юлька.
— Ага, но Денис вписан в страховку.
— Вот, — подруга повернулась ко мне, — вот, говорила я тебе, что мечты сбываются! И все, что мы там нагадали… Классно!
Она завизжала от радости и кинулась на шею, угадайте к кому? К Денису. А я проковыляла к брату:
— Большой. Я думала, ты выберешь что-то более спортивное.
— Хотел. Но подумал, что мы тут все вчетвером разместимся с комфортом. Да и маме с дядей Пашой по даче все равно помогать придётся, так что… Ну? Ты что скажешь? Тебе нравится?
