— Не заговаривай мне зубы, это всё ещё секрет, за который тебя прикопают, не почесавшись!

— Никого поблизости нет, и я первым делом позаботился о приватности в крепости. Никто посторонний нас не услышит, — терпеливо продолжал успокаивать девушку я.

В конце концов, я гораздо более параноидальный, чем она сама, и не стал бы говорить о секретах, если бы сомневался в себе.

— Затащил меня, значит, в безлюдное место, чтобы опорочить? — ехидно спросила Хонока. — Имей совесть. Тебе принцессы не хватает, кобель? Не думай, что я не заметила, как она на меня зыркает, когда думает, что я не вижу.

— Я младше тебя на пять лет минимум. Тебе не стыдно? — ответил вопросом на вопрос я, не поведя бровью. — Срочный выпуск новостей. Красноволосая демоница совращает малолетних детей в самом замке даймё. Куда катятся моральные ценности страны Снега?

Девушка попыталась дать мне подзатыльник, но чуть не поскользнулась и передумала, раздражённо цокнув языком. — По тебе и не скажешь. Слишком по-взрослому говоришь. Странный ты, Хаку. …Постой, постой, у меня что, есть родственники?! — спросила девушка с внезапно зажёгшимся огнём в глазах.

— Долго же до тебя доходило, — покачал я головой со смешком. — Родственник. Один, по крайней мере в Конохе. Ему должно быть около десяти лет.

Хонока застыла, но потом догадалась, разочарованно застонав.

— …Точно, ты же сказал, что джичуурики были из Узумаки. Значит, второй погиб при запечатывании? Облом. …Но это выставляет Хокаге не в лучшем свете, да?

— Именно. Словно единственные Узумаки, которых он может вытерпеть, это критично важные для деревни Джинчуурики Девятихвостого, потому что сдержать зверя могут только твои соклановцы.

— Тогда почему меня пытались убить, а не, а не… Нутыпонял… — замялась девушка.

— Кто знает? — пожал я плечами. — Думаю, агенты Корня просто не опознали тебя, как члена клана. Не все красноволосые люди это Узумаки, знаешь ли. А может, они просто следовали абсолютному приказу. В таком случае они бы не смогли принять автономное решение изменить параметры миссии и отклониться от своей главной цели. Всё может быть. Кстати, мы почти пришли.

Я остановился перед решёткой, и снял печать с прутьев, служившую моей подстраховкой. К счастью, она мне не потребовалась. Черноволосый, излишне бледный мальчик с мёртвыми глазами сидел на кровати, молча наблюдая за нами. На его груди висел девайс, точными электрическими импульсами мешавший телу формировать чакру.

— Ты уверен, что он на нас не накинется? — опасливо спросила Хонока, выглядывая у меня из-за плеча.

— Сейчас он не сильно опасней шустрого ребёнка, — ответил я, подойдя к Саю. — Ты сама способна скрутить его в бараний рог.

— …Мне лестно, что ты такого высокого мнения обо мне, но я прошла лишь базовую подготовку у родителей. Меня даже генином назвать можно лишь с натяжкой, — сказала девушка, слегка порозовев и отведя взгляд.

— Его чакра полностью нейтрализована, так что тебе хватит и этого минимума. Сейчас этот мальчик совершенно…

Маленькая металлическая игла вылетела изо рта Сая, но я поймал её ленивым движением руки. Даже если бы я позволил ей долететь, она бы не причинила мне вреда, слишком слаб оказался плевок без усиления чакрой.

— …Безопасен, — с улыбкой подытожил я, заиграв иглой пальцами.

— …У нас с тобой разные понимания данного слова, — скептически заметила Хонока, отойдя на шаг.

— Брось, он бы и поцарапать тебя не смог, — отмахнулся я, присев на корточки перед мальчиком. — Ну что. Поговорим?

Сай не ответил, продолжая смотреть на меня пустым взглядом, но я заметил, как дёрнулись его мышцы. Данзо не смог полностью выбить из него эмоции к моменту его встречи с Наруто, когда им было по шестнадцать. Сейчас мальчику должно быть десять-одиннадцать лет. Даже его названный брат вряд ли успел умереть.

— Что ты вообще от него хочешь? И зачем тебе здесь нужна я? — спросила девушка, пристально следя за Саем, будто мысленно готовясь к скримеру в фильме ужасов и мальчик вот-вот сорвётся и с криком набросится на неё.

— У нас не вышло подобрать трупы его сокомандников, к сожалению, иначе я бы занимался допросом один, — ответил я, играя в гляделки с мелким шиноби. — Мне нужна твоя экспертиза в фуиндзюцу, чтобы помочь разобраться с возможными сюрпризами.

Судя по вызывающе поднятой бровью Хоноки, она сомневалась в моих словах. Правильно делала. Кроме озвученной мной причины, её присутствие немного, но ослабляло настороженность Сая. Слишком уж она была далека от шиноби до мозга костей, вроде нас. Наедине со мной он бы держался на пике напряжения, но поведение девушки выбивало его из колеи, разрушая ожидания. Будь он постарше, и такой трюк не подействовал бы, но, увы для него и его начальника, этого хватило, чтобы вывести мальчика из равновесия.

— Если ты согласишься рассказать мне то, что я хочу, я позабочусь о тебе и твоём друге, — мягко сказал я Саю. Тот держался молодцом, держа свои реакции в узде, но мой улучшенный слух сумел уловить участившееся сердцебиение, а нюх почуял запах адреналина.

— Друге? — спросила Хонока недоумённо.

— Видишь ли, в Корне есть одна интересная традиция. Шиноби тренируют в парах, разными методами взращивая узы дружбы. После нескольких лет их сталкивают в смертельном бою, чтобы убить в выжившем эмоции и привязанности, сделать их податливей для грубых манипуляций и пропаганды. На выходе получаются мясные марионетки, способные на ограниченную самостоятельную деятельность, но глубоко зависимые и лояльные к своему командиру.

По мере того, как я говорил, пот начал выделяться из пор кожи мальчика, а стук сердца учащался.

— Какой ужас, — откомментировала девушка, передёрнувшись всем телом. — И что, он тоже?..

— Нет. Он слишком молод, и слишком ярко реагирует. Значит, его «друг» ещё жив. Не правда ли?

Сай побледнел, хотя, казалось бы, куда ещё.

Зря он волновался. Теперь, когда он очутился в моих сетях, я собирался позаботиться о нём, как о своём новом неожиданном друге.

Единственное, что меня смущало, это то, что нам с Хонокой нужно будет заставлять широко открывать рот и доставать язык маленького мальчика.

Да простит меня Рикудо, если он подглядывал в тот момент.

Хонока охала и ахала, обходя и рассматривая стенд с бронёй чакры.

— Слушай, слушай, а на чём она работает? Здесь же нет никаких печатей, верно? — спросила она у меня с горящими глазами.

Мы наконец-то выбрались в мастерскую, где компоненты брони собирали в финальный продукт, чтобы оценить её потенциал для нашего первого проекта. Кузнец, отвечавший за финальный процесс, оказался низеньким мужичком с длинной чёрной бородой, отдалённо напоминавший дварфа. Смотря на его угрюмое выражение лица, я так и представлял, как он с пеной у рта рассказывает, чего у эльфов нет.

— В броню встроен миниатюрный генератор и аккумуляторная батарея, — ответил вместо меня мужчина. Его голос был гулким, но ворчливым. — Для полноценного эффекта носитель должен владеть достаточными объёмами чакры, иначе барьер будет работать на чистом электричестве. Как мне говорили, это опускает его ценность для вашей братии на дно.

— Броня высасывает чакру?! — удивлённо воскликнула девушка, на что мужчина насупился.

— За кого вы меня держите?! Пассивно излучаемая чакра собирается и смешивается с электричеством в определённых пропорциях! Никто вашу драгоценную чакру насильно не забирает!

— То есть, чтобы эффект пришёл в силу, броню сначала нужно какое-то время поносить? — уточнил я с интересом.

— Так точно, — кивнул кузнец, сложив руки на груди. — Чтобы заполнить батарею под завязку, рекомендуется не снимать комплект неделю, исключая сон. Для повторных зарядок время сокращается в два раза, но только для того же самого человека, что носил её прежде. Новому пользователю придётся заново проходить через недельную притирку.

— Любопытно. То есть, чисто по эффекту, броню выгоднее делать персонально под определённых людей?