— Ах ты предатель! — возопила девочка, разинув рот от негодования. — Кто мне втирал, что не хочет играть?!

— Я такого не говорил. Я просто промолчал. Не моя вина, что ты меня неправильно поняла, — пожал плечами мальчик, по ходу дела лепя очередной снаряд. — К тому же, я просто хотел посмотреть на твою реакцию… Помидорка.

Щёки Карин залились гневным пунцом, из ушей чуть не пошёл пар, а руки сжались в кулачки. Она уже приготовилась было ответь, морально унизив соперника, но тут ей за шиворот навалили снега.

— Остынь, горячая штучка, — ехидно сказала Хонока над ней, отряхивая варежки. — “Тот, кто достаёт меч из ножен, должен быть готов, что и умрёт от него”.

— Заткнись, старая карга! От того, что ты цитируешь что-то умное, сама умнее не становишься! — заявила Карин, высунув язык старшей родственнице.

— С-старая кар—?! Малявка, ты сегодня прямо смелая, я погляжу! — оскалилась Хонока, засучив рукава, отчего девочка попятилась назад. — Посмотрим, как ты запоёшь из-под метрового слоя снега…

Их разговор прервали два снежка, смачно влетевших им в голову.

Синхронно повернувшись к Саю, они увидели, что парень был невиновен, так как и сам получил неожиданный подарок, и теперь недоумённо моргал.

Троица начала оглядываться в поисках нового противника, и тут же заметили одиноко стоявшего…

Снеговика.

Он улыбался своим угольным ртом неестественно, слишком широко. Глаза-пуговки будто смотрели им в душу, а нос-морковка угрожающе подрагивал.

Вытянув руку-лапу по направлению к ним, он выстрелил очередью из снежных шариков.

— Ложись! В укрытие!

Тишина стояла над заснеженной прерией, известной, как “Крепостной двор Даймё”. Лишь ветер свистел в ветвях редких сосен. Но это затишье было обманчивым. Затишьем перед бурей.

Могучая Троица, или ЧоуСаннин (название находилось на стадии утверждения) наблюдала из наспех вырытого окопа за ужасным чудовищем, с садистским весельем охотящимся за невинными жертвами.

Он оставлял их мокрыми и продрогшими, но со жгучим желанием возмездия.

Операция началась внезапно. Вынырнув из сугроба, чернильный пёс помчался галопом на снежного монстра. Снеговик не растерялся, и ответил пулемётной очередью с обоих рук. Пёс не сумел добежать до цели, развеявшись на полпути бессильными кляксами.

Но он был лишь отвлекающим манёвром.

Из-под земли вырвались цепи, охватившие лапы снеговика, и зажглись потусторонним огнём. Монстр безмолвно задёргался, в панике пытаясь вывернуться из плена, но всё было тщетно.

Наконец, Карин подскочила к нему, с воинственным воплем выдернула морковь, и сняла ею голову с плеч продолжавшему широко улыбаться чудовищу.

— Мы… Мы победили?.. — неверящим голосом спросила Хонока, подойдя к поверженному врагу.

— Да… Но какой ценой? — горько прошептала насквозь промокшая Карин.

— Не хочу прерывать ваши стенания, но похоже, что вы рано расслабились, — вставил Сай, куда-то кивая головой, полной снега в волосах.

Медленно повернувшись, обе Узумаки застыли, увидев представшую картину.

Десятки таких же снеговиков стояли шеренгой у входа в крепость. Впереди стоял их предводитель, которого отличали генеральское ведро на голове, тёплый, уютно выглядящий шарф, и оружие в лапе.

Снеговик властно поднял метлу, словно скипетр, и ударил о землю, что послужило сигналом.

Волна снежных воинов строем маршировала на встречу ЧоуСаннинам.

— Ты не переборщил? — обеспокоенно спросила меня Цунаде, смотря из окна за творящимся внизу хаосом. — Как бы они не простыли все сразу… Конечно, организм шиноби крепок, и болезнь лишь косвенно зависит от мороза, но…

— Ты и Шизуне рядом, почему бы не пошалить? — пожал я плечами, стоя рядом. Управление таким количеством конструктов не представляло для меня труда уже давно, а в стране Снега разница и подавно не чувствовалась. С помощью Исобу при желании я мог создавать многотысячные армии, пусть их эффективность останется под вопросом. Но визуальный контакт помогал точности действий и реакции отклика. — К тому же, я послал им подмогу.

— Хм?

— Рога и Фубуки. Свободные зайцы из отряда Коюки. Кажется, Шизуне тоже порывалась присоединиться, — перечислил я.

— Хех. Шизуне привязалась к ним. Материнский инстинкт взыграл, как думаешь? — протянула девушка, с улыбкой наблюдая за линией фронта Снежных Войн и последними борцами за тепло и сухость.

— Только не говори, что сама ничего не чувствуешь, — покачал я головой. — Мне даже не пришлось просить тебя помочь Карин с уроками.

— Забавная, но милая девчушка, — со вздохом признала Цунаде. — Неуловимо похожа характером на Кушину-чан в её возрасте… Такое же сочетание бравады и хрупкости. Как, смотря в такие искренние глаза, можно сказать “нет”? А Хонока девушка приличная, даром, что Узумаки.

— Хочешь сказать, что все Узумаки — неприличные? — спросил я, приподняв бровь.

— Ха! Ты бы видел бабушку Мито, когда та думала, что никто посторонний не видит! — засмеялась девушка, погружаясь в воспоминания. — По слухам, большинство Узумаки были по природе шебутными. Никому из них не сиделось на попе ровно, дай только что-нибудь учинить. …Я была рада узнать, что они не вымерли с концами, — тихо добавила Цунаде. — Но будь осторожен, Хаку, прошу. Их вырезали далеко не спроста. То, что вы здесь делаете… Глубокое изучение фуиндзюцу, грандиозные проекты, охватывающие площадь страны… Если кто-то узнает, что ты собираешь красноволосых, если их концентрация в одном месте будет продолжать расти…

— Я понимаю, о чём ты, — кивнул я. Внизу, во дворе крепости, Генерал Снегоров вступил в неравную дуэль с Рогой и Шизуне, которые неожиданно гармонично сражались в паре. Поискав взглядом, я обнаружил знакомую пару ног, торчащую из сугроба. Похоже, Хонока пала в неравном бою. — Проблема в том, что конфликт неизбежен, так или иначе. Пусть и не в той форме, о которой ты, скорее всего, думаешь. В наших силах лишь подготовиться достаточно, чтобы ни у кого раньше времени не зачесались руки. Узушиогакуре проиграли тогда, когда недооценили жадность и наглость завистников. Когда отпустили внешнюю политику на самотёк. Скажи, Цуна, ты же уже была в сознательном возрасте, когда Узушио сравняли с землёй, верно?

— Мм. Мне было девятнадцать-двадцать, если не изменяет память. К чему ты ведёшь?

— Узушио находилось в крепком союзе с Конохой, разве нет? — спросил я. — Мито ведь не просто так выдали за Хашираму. Я не в курсе, какова была суть союза, но как так получилось, что Лист проморгал союз Трёх Великих, нацеленный на уничтожение и разграбление дорогих друзей?

— …Я понимаю, к чему ты клонишь, — ответила Цунаде, поморщившись. — И как бы мне не было неприятно это признавать, такой ход был бы в духе стариков. Не ввязываться, подставляясь под удар объединённых сил, а дождаться, пока те не перегрызутся между собой за добычу, разрушив опасный союз. Тем более, что бешенных Узумаки опасались не только напавшие Скрытые Деревни. Однако, лично я ничего о таких рассуждениях не слышала, даром, что учитель часто посвящал нас в не самые лицеприятные детали командования. Возможно, он просто не хотел ввязывать нас в свои грехи, кто знает? Среди шиноби долгое время шли разговоры о возможной мести, но Мировые Войны тогда бушевали особенно сильно и впритык друг к другу. Узушио стало просто очередной жертвой постоянных конфликтов, ещё одной причиной продолжать убивать.

— Недостаточно сильны, союзы недостаточно крепки, — подытожил я. — Они не должны были забывать об опасности внешнего мира. Поэтому я и собираю силу и союзников.

— И поэтому хочешь связать свой путь с Конохой? — спросила Цунаде. — Не только из-за Кушины-чан и её печатей?

— Её сын, Узумаки Наруто. И его односторонний соперник, Учиха Саске. Я думаю, мы подружимся, — улыбнулся я как можно загадочней. — Я буду помогать им. Выручать в трудную минуту. Подставлю плечо и утру слезу. Как знать, может, даже воскрешу одному мать…И помогу другому с местью. Этого хватит, чтобы полностью окупить всю авантюру с Листом. Инвестиция с гарантированным успехом.