— Занятно? — Лань Чжэ фыркнула. — Она воняет псиной, Цзян Тан. Как все они. Им бы в их мире, за Великой Стеной, и сидеть, а не сюда ползать, смущать людей да сеять раздор.

Меня это задело. Во-первых, потому что они обсуждали меня, словно меня не было, а во-вторых, я уже заимела зуб на глупую женщину.

И как истинная глупая женщина, упивающаяся своим положением, она решила ко мне подойти и проверить веревки.

— А чем, интересно, мы там питаться будем? — выдавила язвительно я. — Скалами? Лунным светом? Или, может, праведным гневом некоторых воительниц? — я бросила взгляд на Лань Чжэ. — Мир демонов не отделен красивой ширмой. Границы размыты. И да, нам тоже нужно есть. Трава, злаки, мясо… иногда, простите за откровенность, энергия, которую вы, люди, так щедро излучаете в виде страха, гнева или… о, например, слепой ненависти. Очень питательно.

Я громко клацнула челюстью, а Лань Чжэ в испуге отпрыгнула от меня.

Осознав свою ошибку и мою театральную игру, она вспыхнула, как факел.

— Я вырву тебе этот ядовитый язык!

Но уже было поздно, ее страх немного развеселил Цзян Тана. Да и между мной и воительницей втрял Вэнь Чжэнь.

— Лань Чжэ, хватит, — сказал он тихо. — Смирись, хулицзин пока с нами. Не давай эмоциям управлять тобой. Это ее оружие.

Лань Чжэ замерла, вся дрожа от невысказанной ярости. Она посмотрела на него, и в ее глазах мелькнула непереносимая обида. Она резко развернулась и ушла в темноту, за пределы круга света от костра.

Потом Вэнь Чжэнь медленно повернулся ко мне.

— Следующий выпад в ее сторону, — произнес он невозмутимо, — и печать "Безмолвного Корня" станет печатью "Немой Глухоты". Понятно?

Я надулась и поклонилась. Верю, что он исполнит обещание.

Вэнь Чжэнь чуть ослабил мои веревки, а после уселся напротив.

— Итак, — начал он, и его голос, лишенный теперь всякой угрозы, прозвучал почти деловито. — Ты говоришь, что знаешь, как снять проклятие. Первый вопрос: ты знаешь, кто именно его наложил?

Я почувствовала, как все взгляды устремились на меня. Суань Кун перестал созерцать огонь. Цзян Тан притормозил процесс чистки своего изящного кинжала.

Я потянула время, делая вид, что пытаюсь поудобнее устроиться на жесткой земле, хотя веревки все равно продолжали впиваться в бока.

— Знаю ли я точно, кто именно наложил "Цепь глубокой ночи" на тебя, господин Вэнь Чжэнь? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал задумчиво, а не испуганно. — Нет, не знаю. Точнее, я не знаю этого точно.

— Это что за игра слов? — рявкнул Суань Кун, и в его тихом голосе впервые прозвучало раздражение.

— Никакая, — парировала я. — Я не знаю имени или облика. Но я точно знаю, кто это знает точно.

— Подожди, подожди, красавица, — поднял руку Цзян Тан. — Что за чепуха? Ты не знаешь точно, но точно знаешь, кто точно знает? Я уже запутался, кто тут что знает, а что не знает.

— Это не головоломка, Цзян Тан, — сухо заметил Вэнь Чжэнь, но в уголке его глаза дрогнула едва уловимая складка. Не улыбка, но что-то близкое к усталому пониманию абсурда ситуации. — Продолжай, демоница.

— Я не демоница, — вспылила я. — Меня зовут Линь Юэ.

— Линь Юэ? — удивился Суань Кун.

— Есть вопросы? Имя не подходит? — повернулась к нему.

— Оставь ее, — прервал Вэнь Чжэнь. — Линь Юэ, продолжай.

Мое имя в его устах прозвучало странно. Вроде сама попросила, но коробит.

— Смотри, господин, — вздохнула я, будто делая одолжение. — Подобные проклятия высшего порядка — это не просто порча. Это печать, личная метка. У нее есть автор. Только автор или существо, схожее по силе, может его снять. В твоем случае это кто-то из Мо.

— Мо? Верховных демонов?

— Верно, — кивнула я. — К счастью, их не так много, не более десяти, а трое подобным и не промышляют, им неинтересны распри людей. Мы можем отыскать тех, кто мог наложить на тебя проклятие, проникнув в царство демонов. В самом крайнем случае, когда все пути исчерпаны, можно обратиться напрямую к владыке. К тому, кто правит той сферой, из которой черпалась сила для проклятия.

— К Владыке Демонов, — безжизненно произнес Суань Кун.

Стало очень тихо, словно сама природа испугалась. Впрочем, заробела и я.

— К Владыке западного неба, — я старалась говорить ровно, хотя внутри все сжалось в ледяной комок. Сама мысль о нем заставляла дрожать. — Цзюнь Луо. Он обладает знанием. Но я бы не советовала идти к нему.

— Почему? — спросил Вэнь Чжэнь. — Разве не легче обратиться к тому, кто точно знает? — поддел меня мужчина.

— Потому что от него не уходят с простым "спасибо" и поклоном, — прошипела я. — Он не станет помогать просто так. Цена будет несоизмерима. Он может потребовать то, что ты не готов отдать. Или увидеть в тебе интересный объект для коллекции. Обратиться к нему — это как ткнуть палкой в гнездо шершней, надеясь, что один из них тебе поможет, а остальные просто полюбуются. Но… — я сделала паузу, глядя на его непроницаемое лицо. — так или иначе, тебе придется спуститься в Диюй.

— Достаточно убедительно, — внезапно вмешался Суань Кун. — Но это не меняет сути, Чжэнь. Она — демон. Она предлагает тебе идти в самое сердце тьмы. Это чистое безумие. Логичнее и безопаснее выполнить свою миссию здесь и сейчас. Лань Чжэ права. — Он посмотрел прямо на Вэнь Чжэня. — Убью ее, господин. Один четкий удар. И мы покончим с этой нечистью и ее опасными сказками.

Мое сердце екнуло, но я не позволила страху прорваться наружу. Вместо этого я засмеялась. Звук получился сухим и колючим.

— Убивай, праведник. Сложи мое тело здесь, у костра. А потом ищи дорогу в Диюй сам. Попробуй расспросить лесных духов. Может, один из них сжалится над тобой и укажет путь. Или попроси у местных божков, вдруг они любят охотников на демонов? Только учти, — я наклонилась вперед, насколько позволяли веревки, — чтобы пройти Врата, тебе нужен проводник из нашего мира. Демон или дух, который согласится быть твоим… заложником. Поручителем перед стражами порога. Как думаешь, много ли найдется желающих среди моего народа помочь парню, который только что зарезал одну из нас и теперь жаждет побеседовать с нашим Владыкой? Ах, и забыла, дух должен быть по званию не меньше чем Яо или Мо. Много ли хулицзин вы поймали?

Я видела, как мои слова бьют в цель. Суань Кун сжал кулаки, но не нашелся, что ответить. Логика, даже исходящая от "нечисти", была неумолима.

— Она права, — неожиданно сказал Цзян Тан.— Это как прийти в чужую деревню с окровавленным топором и просить совета у старейшин. Не самая дипломатичная тактика.

Вэнь Чжэнь молчал, оценивая. Его взгляд метался между моим лицом, полным вызова, и суровым лицом Суань Куна. Он взвешивал риски. Риск довериться демону против риска потерять свою верную команду.

Я бы команду не выбрала. Если они не поддерживают предводителя, то какая они команда?

— Допустим, мы принимаем твои условия, — отрешенно высказался генерал. — Что первое? Куда идти?

— Мне нужна карта.

— Карта? — изумились мужчины.

— А вы думали, мы в Диюй силой мысли попадаем?

Что-то мне подсказывало, а их реакции подтверждали мою догадку, что так они и думали.

Передо мной достаточно быстро оказалась карта империи, и я уверенно ткнула пальцем в верную точку. Я не собиралась им врать или водить за нос. Хотят попасть в Диюй, отговаривать не буду.

— Значит, — выдохнул Вэнь Чжэнь, прокладывая пусть рукой, — завтра отправимся в Цюяньси.

Дальнейшие их рассуждения меня не интересовали. Они обсудили план, а потом забеспокоились, куда же пропала Лань Чжэ.

— Мы поищем ее и отведем коней на водопой, — скомандовал Вэнь Чжэнь. — Присмотри за Линь Юэ.

Он ушел, а я и Цзян Тан остались наедине.

Мужчина неожиданно оказался очень близко. Пламя костра отбрасывало танцующие тени на его правильное, красивое лицо. Он устроился поудобнее, подложив под себя седло, и смотрел на меня с нескрываемым, откровенным любопытством. Не как на монстра, не как на добычу, как на… интересную женщину.