— И чего тогда три года до этого у ведьм не получилось зайти в пещеру? — издевательски уточнил Деймонд.

— Ой, все! — крикнула Робин, пихнула плечами Феликса и Колда, чтобы очистить путь, и первая пошла во тьму.

Звуки улицы постепенно стихали. Света становилось все меньше. Казалось, они по собственной воле заходят в глотку огромного зверья, что вот-вот их сожрет.

Они монотонно шагали. Включили фонари, ведь дневной свет окончательно иссяк. Нервозность нарастала, а Харпер крутила в голове мысль, что после Парижа обещала себе больше никогда не спускаться под землю… Отвага и слабоумие? Отсутствие мозгов? Или мужа любит так сильно, что готова пойти за ним куда угодно?

Феликс и Колд завели разговор о пятом свитке. Харпер навострила уши, чуть замедлила шаг, ведь они с Деймондом ушли вперед, как вдруг все резко стихло. Она повернулась, устала вздохнула, ведь другого и не ждала: обманки не сработали. Пещера сама отсекла ненужных посетителей. Там, где только что был проход, оказалась каменная стена.

— Мы догадывались, что так будет, — сказал Деймонд.

Харпер положила руку на холодный камень, свела брови вместе — а выйти-то как? Тряхнула головой — об этом она подумает, когда в руках будет свиток. Может, свиток и есть ключ к открытию прохода? Или кровь избранных… но проверят они это чуть позже.

— Так правильнее, — сказала Харпер. Оставила красную метку краской на стене, где до этого был проход. — У них скоро дети родятся. У Робин уже сын есть. Не за чем им рисковать.

— Идем? — Деймонд протянул руку, и Харпер с готовностью вложила в нее свою ладонь, слабо улыбнулась. — Вместе?

— Вместе, — ответила она. — Я иду туда, куда идешь ты. Я вижу то, что видишь ты. Я знаю, что не буду собой без защиты твоих нежных объятий, оберегающих от зла…

— … вложи свою руку в мою, и мы выстоим, — закончил Деймонд и улыбнулся. Это клятву Харпер написала для их свадьбы.

Пещера менялась. Появились повороты, но они продолжали идти прямо, держа в голове карту, иногда оставляли метки краской, чтобы точно не заплутать на обратном пути.

Появилась тяга к свитку, уже знакомая, сильная и непостижимая. Харпер знала, куда нужно идти. Чувствовала каждой частичкой древнюю магию, которая звала к себе.

Каменные стены все больше напоминали подземелья. Словно не природа создала пещеру, а человек сам выкопал ее и обложил камнями стены и потолок.

Фонари резко погасли. Харпер запаниковала, ударила себя по лбу. Испугалась еще сильнее, осознавая, что фонари-то были зачарованы магией, а значит, сломаться не могут. Спасала от полного падения в бездну безумия только теплая рука мужа.

— Я рядом, — сказал он. — Сейчас что-нибудь придумаем…

Думать не пришлось. Зажглись факелы и свечи на стенах. Яркий огонь вспыхнул, раскидывая искры, осветил путь вперед, игнорируя ненужные ответвления.

Их ждут.

Очевидно.

Харпер сняла налобный фонарь, положила на пол. Может, не самое умное решение, но какой в нем прок? Все равно не работает.

— Я должен признаться, — сказал Деймонд.

— Ты взял с собой три свитка? И даже кольца? — уточнила Харпер. Деймонд вскинул брови, но потом фыркнул.

— Феликс рассказал?

— Догадалась. Так да?

— Мы с Феликсом решили, что мы с тобой сразу у озера попробуем собрать все свитки. Скорее всего мы сумеем открыть портал к пятому: само озеро — мощный источник магии, да и сила свитков сумеет нас перенести. Особенно, если будем действовать быстро.

— Логично. Ладно, я не против. Очень не хочу Офелию втягивать в это все.

Мозг рисовал картинки из фильмов ужасов, подсказывая, что их может ждать впереди. Шаг за шагом они продолжали путь. Пока все было спокойно. Тихо, зловеще, огонь сам загорается — все прекрасно!

Они продолжали постепенно спускаться вниз. Где-то был склон, где-то — крутые ступеньки. А час спустя они дошли до озера Утраченных слез. Прошли сквозь узкую арку, спустились по ступенькам и вышли в круглую пещеру.

— Кто-нибудь бывал здесь раньше? — тихо спросила Харпер, боясь испортить мистическую атмосферу.

— Очень давно. Потом пещера никого не пускала к озеру. Но о нем остались легенды и рассказы.

Небольшое озеро было обрамлено камнем, а вокруг сверкал песчаный берег. Вода светилась изнутри нежно-зеленым, в некоторых местах отдавала голубым. Над ней стелился туман. Высокие колонны стремились к каменному потолку, украшенные лепниной в виде черепов, обвитые лианами и колючками с шипами. А в центре позади озера стояла статуя девушки в длинной накидке поверх платья. В руках — раскрытая книга.

Харпер обогнула озеро, чтобы получше рассмотреть девушку. Вдруг, узнает? Но нет. Ее она видела впервые. Миловидная, глаза закрыты, пухлые щеки. А позади нее нашелся спуск, который вел в еще одну пещеру. Так же круглую, сплошь заваленную черепами.

— Магию мертвых не чувствую, — сказала Харпер, когда к ней подошел Деймонд. — И свиток больше не чувствую, кстати.

— Я тоже. Вероятно, он где-то здесь. Все равно тупик.

Харпер повернулась, чтобы еще раз посмотреть на статую. Резко отшатнулась, ведь увидела мертвую девушку, что с печалью разглядывала… себя. Сходство было поразительным, даже в полутьме отлично видно, что именно с нее лепили статую. Озеро откидывало на полупрозрачную цветные блики, а огонь, горящий в факелах, плясал в ее ярких, будто бы живых глазах.

— Мертвая, — шепнула Харпер, дергая Деймонда за рукав. Тот повернулся, никого не увидел, вызывая разочарование. Она-то надеялась, что виновата не ее новая магия, а сила этого места! — Э-м… привет? Мы тут свиток ищем.

Девушка впилась в Харпер взглядом. Коварно улыбнулась. Рыжие кудряшки подпрыгивали в такт ее резких движений, длинное серое платье волочилось по песку, а босые ноги уверенно шагали к избранным.

— Как долго пришлось вас ждать! — взвизгнула девушка, безумные глаза бегали с Харпер на Деймонда, улыбка то начинала сиять, то гасла. Не понятно, кто этот отпечаток, но очевидно, что девушка привязана к этому месту. Скорее всего, очень давно. — Опаздываете, уважаемые.

Девушка осознала, что Деймонд ее не видит, ведь непонимающе крутил головой и ждал объяснений от застывшей Харпер. Она резко схватила Харпер за руку, та закричала, хотела отойти, но не сумела, с такой силой ногти впились в ее запястье.

— Чтобы он увидел, — пояснила девушка, дернула на себя руку Харпер и полоснула ногтем по ее ладони. — Его порезать не могу. Соедини порезы — он увидит.

Харпер поморщилась от боли, подула на рану, из которой сочилась кровь. Объяснила паникующему Деймонду, что происходит. Нехотя, но тот согласился сделать то, что велела мертвая. Особенно, когда ощутил холод от ее дыхания, ведь та кружила вокруг, а потом и вовсе начала дуть ему в ухо, хихикая.

Сколько же она тут сидит? Совсем одна⁈

Харпер оставила порез на ладони Деймонда, взяла его за руку, сомневаясь, что поступает верно. Вдруг, мертвая отравила ее своей магией? А Харпер наивно поверила ей и теперь передает яд еще и мужу?

— Кто ты? — грозно спросил Деймонд, наконец видя мертвую. Та успела сесть на основание статуи, закинула ногу на ногу, озорно разглядывая пришедших в ее владения.

— Догадайся, тогда раскрою свой секрет, — заговорщически сказала девушка.

— Где свиток? — не сдавался Деймонд, но Харпер чуть сильнее сжала его ладонь, привлекая внимание. — Она мертвая, Харпер. И явно сумасшедшая.

— Ох! — игриво схватилась за сердце девушка, разыгрывая, что ее оскорбили. — Как некрасиво указывать девушке на то, что она мертва, молодой человек!

— Она не специально сошла с ума! — шикнула Харпер на Деймонда, повернулась к нему. — Она заперта здесь, понимаешь? Тысячи лет она сидит здесь, совсем одна. Ее здесь заперли специально! Что ей оставалось? Сойти с ума от одиночества и невозможности пойти дальше!

— Мертвых нужно отпускать, — серьезно заявила мертвая. Вспорхнула и закружила вокруг избранных. Иногда касалась их плеч, даря холод, покрывая тонкой корочкой льда. — Так она всегда говорила. А потом еще и имя мое украла…