— Знаешь, что делать? — спросил он, когда они подошли ко входу.

— Знаю. Спасибо.

Деймонд зашел внутрь храма, из которого выбегали мертвые, чтобы склонить головы перед Кейлусом, надеясь на его снисхождение.

Скамейки повалили, из-за чего до полукруглого подъема, в недрах которого таился алтарь, пришлось петлять. Валялись бутылки, осколки витражных окон хрустели под ботинками.

Деймонд добрался до нужного места. Сомневаясь, вылил кровь Мирославы на пол, но не ошибся. Камни пришли в движение, как и в прошлый раз, поднялся алтарь, на котором мерцал свиток.

— Иду к тебе, веснушка, — прошептал Деймонд, хватая свиток. Окропил печать своей кровью, чтобы вскрыть, и тут же собрался с силами, готовясь к переходу. — Харпер Ванклифф!

Его подхватил ветер. Мгновение — и он упал на знакомую кухню.

Харпер упала на колени, прикусила язык от боли, как осознала, что в своей квартире. А перед ней Дэн, что яростно расстегивал брюки. Непонимание, ужас, паника — ей приводилось все, что было дальше⁈ Нет!

— Отсосешь и будешь свободна, — заявил Дэн, тыкая член в ее губы. Харпер оторопела. Не согласна она, чтобы вся жизнь с Деймондом была просто видением! Даже если в конце она… она…

Харпер вспомнила боль в груди. Деймонда, что плакал над ней, умоляя не умирать. Вспомнила и как его пронзили мечом…

Мирославу… Алекса… Свитки и… и… ЛАБИРИНТ!

Кажется, у нее появился второй шанс.

Харпер резко вскочила и повалила Дэна на пол. Поворот рукой, и откликнулся кинжал — точно не видение! Она приставила сталь к шее бывшего, тот тут же вскинул руки, показывая, что сдается.

— Зачем ты следишь за мной для Кейлуса? А? Отвечай!

Дэн задрожал, заплакал. Все такой же жалкий, как и был при жизни.

— Алина… Алина, ты спятила…

— Собирай вещи и проваливай. Увижу еще раз — убью. Поверь, теперь я смогу.

— Алина…

— Харпер. Ванклифф, — процедила она, царапая шею Дэна. — Я ненавижу тебя, жалкий кусок дерьма.

Она встала. Дэн вскочил, отпрянул от нее, дрожа и хныкая. И как он следил за ней для Кейлуса? Как умудрялся травить ее? С такой холодной расчетливостью? Черт его знает…

На кухне раздался грохот, и она скорее понеслась туда, зная, кого найдет. Не думая, упала рядом с Деймондом, приподняла его кофту — в этот раз рана куда страшнее, чем в прошлый раз. Но она справится.

Почти четыре года назад она была напугана, в отчаянии, не понимала, зачем существует, а порой даже всерьез думала, что было бы лучше, если она умерла. Сейчас она твердо понимала, кто она, для чего живет и кого любит и намерена защищать. А любит она теперь и саму себя, поэтому больше никому не позволит себя обижать и унижать, каждому даст сдачи и заберет свое, даже если ради этого придется снова зашить отвратительную рану на боку мужа.

— Деймонд! — требовательно сказала она, и он сумел сесть. Задрал ее футболку и расслабился, ведь на ней раны не было. — Деймонд, пожалуйста…

— Это я, — просипел он. — Я все помню.

Деймонд с силой прижал ее к себе. Пачкал кровью, делал себе больно, но не выпускал. Лишь гладил по волосам, продолжая шептать, как сильно любит. Дрожал, весь покрылся потом, бледный и уставший, но все равно не слушал ее ворчание, продолжал обнимать из последних силой, словно верил, что потерял ее… сколько для него прошло времени? Для нее — пара минут. Неужели, ему пришлось дольше мучиться от незнания жива она или нет?

— Почему у тебя рана, а у меня — нет? — бормотала Харпер, помогая Деймонду подняться на ноги. — Ничего не понимаю. Ты весь в ушибах! Кофта рваная!

— Главное, что ты жива.

— Жива ли?

— Жива, — твердо заявил Деймонд, падая на диван. В этот раз Харпер не волновало, что он запачкает его кровью. Плевать на мебель, мир, Дэна, что хлюпал носом в углу. Плевать на всех! Лишь бы Деймонд не умер.

— Надо зашить, потом разберемся, где мы. — Харпер вытащила иголку и нитки из шкатулки. Скорее размотала катушку и сложила нить в несколько раз. — Дэн, принеси спирт и полотенца. Воду.

— Это лабиринт, — пробормотал Дэн. — Я должен… объяснить.

— Спирт и полотенца! — заорала Харпер, теряя терпение. — И вода! Мигом! А то глаз выколю!

Дэн потер нос, свел брови вместе, оглядывая комнату. Харпер пришла шальная мысль, что бывший-то — настоящий! Вытащенный с острова Очищения… но сейчас не время для рассуждений.

Она села на пол рядом с бледным Деймондом, оглядела масштаб бедствия, ведь он успел снять кофту. Капельки пота текли по его лицу, тело напряженно. Помимо раны он был в царапинах и ушибах. Где его носило, а⁈

— Ты дрожишь, — заявила Харпер, ободряюще сжала его руку. Почему-то она не боялась. Вся злость схлынула, осталась лишь холодная решимость пройти все, что подготовила жизнь, чтобы заслужить свое долго и счастливо. — Зашью, и станет легче.

— Помню, — ответил он. — Старого шрама нет.

— Сейчас новый сделаем, — слабо улыбнулась она, вконец запутавшись в происходящем.

Вернулся Дэн, и Харпер выхватила полотенце. Протерла рану, полила спиртом и принялась шить. Деймонд стиснул зубы, но не издавал звуков, всеми силами показывая, что ему не очень-то и больно.

В этот раз она действовала увереннее, ведь в этот раз ей надо спасти жизнь не странного незнакомца, взявшегося из ниоткуда, а мужа. Продевала иглу, вытаскивала, игнорировала кровь, делала узел. Отрезала нить. Заново. И так по кругу, пока рана не была полностью сшита. Только тогда она заметила, как дрожали руки и с какой силой колотилось сердце. Ладно, может она совсем капельку боится.

— Я еще бинт принес. — Дэн несмело протянул находку. Скукожился под удивленным взглядом Харпер. — Я не знал, что ты умеешь раны зашивать.

— Жизнь научила, — ответила она, выхватила бинт и помогла Деймонду отсесть на край дивана, чтобы забинтовать его. — Как ты?

— Бывало хуже, — ответил он, поморщился. — Помнишь же, что я быстро восстанавливаюсь. Но должен признать, что в прошлый раз наглотался зелий Феликса, пока ты не видела.

— Я догадалась, — ответила Харпер, делая узел. Поцеловала мужа в плечо. — Чуть позже, когда поняла, что творят его зелья. Впечатление хотел произвести?

— Еще как. Ты свои ноги видела? А глаза? Веснушка, у тебя потрясающие глаза. Самые красивые в мире.

Харпер улыбнулась, немного расслабляясь. Где бы они не оказались, живы или мертвы, сейчас они вместе, а Деймонду становится лучше. А потом она и вовсе вскинула брови, вспоминая, что на кухню свалился не только Деймонд, но и тот же набор, что в прошлый раз — свиток и небольшая сумка, которая завалилась под тумбу. И именно ее тогда Деймонд втихаря вытащил, чтобы напиться зелий.

— Сейчас принесу, — сказала она и умчала на поиски, начиная немного связывать ниточки нового сюжета. Кажется, они откатились к моменту вскрытия первого свитка. Значит, и мир вокруг такой, каким был в тот день. Вещи, люди — все на той ступеньке, когда Деймонд вскрыл первый свиток, выпустил много магии в мир, чтобы начать игру двух мертвых идиотов.

Что же. Это хорошая новость. Плохая новость в том, что у Харпер есть теория, что это никакой не лабиринт, а ее реальность на острове Очищения. И она… реально мертва.

— Ты не умерла, — заявил Дэн, что следовал за Харпер. Она распласталась на полу и шарила рукой под одной из тумб в поисках сумки. — Меня выдернули с острова Очищения.

— Угу. Поверила, — просипела Харпер, по плечо засовывая руку под тумбу. Издала победное «ура» и села, показывая сумку. — Кто? Зачем?

— Алекс. Пообещал, что, если буду верным ему, он поможет мне уйти дальше.

— А заслужил ли ты идти дальше? — усомнилась Харпер, возвращаясь к Деймонду. В этот раз пациент не хорохорился, покорно ждал, когда ему помогут. Жутко обрадовался, видя знакомую сумку.

— Не знаю, — честно ответил Дэн. Сел на стул и повернулся к дивану. — Мы сейчас вне пространства и времени. Все, что вокруг — создано магией свитков да магией мертвых.