– Хах… Не… Не могу молчать. Это ведь значит сделать тебе приятно, верно? А я на это, увы… Не запрограммирован… Только так могу, – елозит своим средним пальцем в воздухе, изображая петтинг, и у меня нутро сворачивается. Аж дурно становится. Если думает, что это остроумно, ошибается.

– Оно и видно, блин… Рассадник болезней.

– Я не болею, кстати. А ты? Раз соглашаешься на подобного рода свидания… Тяжело, наверное, постоянно к писькиному доктору бегать, да? Частая клиентка… – выпаливает, унижая в очередной раз.

– Что?! Да пошёл ты!

Он ржёт, а я пыхчу на него. Как же я ненавижу его смех. Это особый для меня триггер. Едва слышу, как всю трясёт и выворачивает наизнанку.

– Я впервые согласилась! Впервые! Потому что ты… Ты меня! Обманывал!

– Я тебя покорил просто, детка, это другое… И-то сейчас думаю, как много сил было брошено на твою пилотку, с ума сойти…

– Сволочь…

– Ахаххаха… Ну ничего… Кушай. За ночь сиськи не отрастут, конечно, но хотя бы не буду трахать бездыханное тело…

– Чего? Фу! Я не дам тебе ни за что на свете! Только через свой труп!

– Это была шутка, дорогая. Кому ты нужна? У меня на тебя даже не встанет, блин. Это база… Но у меня ещё варианты есть… Не волнуйся, – демонстрирует мне экран приложения, пока у меня разрывает грудь от эмоций. Он, наверное, реально дохрена с кем всё это время общался, а согласилась приехать только я… Как дешёвка, блин. Вот дура… Почему он так меня привлёк, я не понимаю… Теперь я ощущаю себя ничтожеством.

Надеюсь, он нажрётся и за ним приедет кто-то другой.

– Слава Богу! Надеюсь, они заберут тебя отсюда!

– Посмотрим, – подмигивает и начинает переписываться с кем-то. Интересно, что у него есть связь. У меня она еле-еле появляется… Ээээх.

Всё ещё кушаю и пытаюсь писать сообщение Анжеле. Иначе просто сойду с ума от тревоги и безделья.

«Ты не поверишь, это фиаско века!».

«Что такое?! Ноги забыла побрить?», – отправляет она со ржачным смайликом, а я приподнимаю взгляд и вижу его поганую ухмылку, направленную в телефон. Грудь разрывает от эмоций… Господи. Это самый ужасный человек по вселенной. И мне стыдно писать подруге правду. Потому что она потом век припоминать это будет. Проще нагнать, реально…

«Нет, просто я в метель попала. Но сейчас уже всё хорошо».

«Да??? Какой он? Красавчик?».

«Ага, просто невероятный», – отправляю ей и делаю глоток жидкости, ощутив там лютейшую дозу алкоголя, после чего сразу сплевываю обратно и начинаю кашлять. Пытаясь справиться с позывами тошноты. Я вообще не пью почти. Только вино или шампанское, и то в крайнем случае. А тут просто, будто тормозная жидкость, блин…

– Фуууу, – огрызается он и гогочет надо мной. Специально так сделал же?!

– Ты что ненормальный? Ты нафига сюда сколько спирта намешал?

– Чтобы поскорее разложить Марго на этом столе, блин. Сама как думаешь?!

Боже… А как писал, а? Как нежничал… Какие же парни уроды… А этот особенно! Просто Мудак с большой буквы «М».

Я не понимаю, как повелась… Как доверилась и поехала сюда. Он ведь делился со мной даже своими мыслями и чувствами… Но сейчас, зная Маркова, я понимаю, что всё это было чушью собачьей… Он всё выдумал, чтобы затащить эту девчонку в постель. Блиииин… Это беееее…

Открываю наш чат и чуть перематываю вверх.

«Уверен, что у тебя красивый голос. Если когда-нибудь споёшь мне, я буду рад».

«Голос у меня такой себе… Но я умею играть на пианино!».

«Ещё круче. Я бы послушал… Вообще не терпится провести с тобой время».

Скотина…

– Большое спасибо за ужин, – встаю, и он тут же передразнивает.

– Спасибо за ужин. Мой посуду давай за собой, сахарок.

Я тут же встаю в позу и смотрю на него волком.

– Я и так собиралась помыть, но после твоих слов. Хер тебе на палке, понял?!

– Тогда я натыкаю тебя лицом в грязную тарелку. И ты знаешь, что не шучу.

– Рискни! – выпаливаю бездумно, и он тут же встаёт, а я убегаю от него в гостиную, прячась за диваном. – Только подойти, я тебя в последний раз предупреждаю!

– Для той милашки из сети ты просто максимально конченая. Чем я заслужил такое наказание?

– О… Тебе напомнить?!

– Ну… Напомни! – топает он ногой в ожидании, пока у меня сердце носится по грудной клетке.

– Ты пинал в меня мяч! Постоянно! Ты испачкал мою любимую блузку! Ты выкинул мою зачётку в окно и мне пришлось восстанавливать её, потому что она вся промокла и была в грязи! И это прямо перед сессией! Ты несколько раз окатывал меня грязью из лужи, когда проезжал мимо и как вишенка на торте ты целый месяц притворялся другим парнем, чтобы затащить меня сюда!

Эти слова, видно, возмущают его, но вместо этого он, как всегда, нервно смеётся, будто у него встроенная функция такая.

– Так… Стоп-стоп-стоп… Ну из лужи я тебя окатывал, потому что у тебя кривые ноги и ты ходишь где попало… Про блузку ты сама виновата, оскорбила меня при всех – получила… Я же не опустился до твоего уровня. А мог бы всем сказать, что у тебя грязь под ногтями или что от тебя воняет, к примеру.

– От меня не воняет, урод! – визжу я, и меня начинает трясти. От меня всегда вкусно пахнет, козлина. Я перепроверяю на двести раз. Я чистоплотная. Я подбираю духи, моюсь по часу каждый день. Я… Я… Я!

– Ну, это как посмотреть, – начинает он ржать, и я тут же хватаю со стеклянного столика журнал, швыряя тот прямо в его грудную клетку. Было бы тут что-то потяжелее, оно бы направилось прямиком в его тупую башку.

– Получай, говнюк!

– А вот это ты зря сейчас сделала… – угрожает он, напрягаясь и стиснув челюсть. Блин, человек-киборг! Какой же жуткий тип.

– А-а-а помогите! – делаю вид, что бегу в одну сторону, он всей своей мощной тяжеленной фигурой подаётся туда, а я резко разворачиваюсь и убегаю, надеясь побыстрее схватить в руки нож. На глаза почти ничего не попадается, только грязный, которым он пользовался.

В результате хватаю его весь в жиру из раковины и направляю на этого придурка.

Он сразу же вскидывает руки и ржёт. А меня как ледяной коркой от озноба покрывает. Мне кажется, если сейчас набросится, то я точно его воткну и сяду потом. Мамочки… Как же страшно.

– Затыкаешь меня им насмерть? – подливает масла в огонь. Конченый.

– Не смей подходить…

– Я не подхожу… Смотри. Вот он я… – улыбается он, но медленно сокращает между нами расстояние.

– Я не ясно сказала! – ерепенюсь на месте, ещё сильнее зажав в руке рукоять.

– Я же всегда знал, что ты отбитая… Давай сниму тебя на видео, – достаёт он телефон из кармана и реально включает камеру. Идиота кусок. – А ну, вали давай!

– Ты в прямом эфире… Помаши ручкой моим подписчикам…

На этом моменте я просто покрываюсь багровыми пятнами. Он что издевается?! Вот ведь сукин сын! Да кто его вообще создал?!

– Ах ты скотина! – кидаюсь на него со всей дури, и мы оба заваливаемся прямо на пол. Нож выскальзывает из моих рук и отлетает подальше, а жирные пальцы вцепляются в его футболку. Но что самое ужасное… Я сижу на нём… Прямо на нём…

Господи…

Его лапы вцепляются в мои бёдра. А я ещё и платье надела. Дура, блин. Ладно хоть в тёплых колготках, которые натянула до самой груди, блин, чтобы не отморозить придатки в машине… Но хотелось быть красивой для этого… Грёбанного извращенца.

– Отпусти, отпусти! – дёргаюсь, слыша его мерзкий ржач, и резко встаю с него, отряхнувшись.

– Я тебя что держал? Ты сама вцепилась, ненормальная… О, смотри, – поднимает свой телефон с пола. – Уже тридцать шесть реакций на видос… Ты станешь популярной.

– Сволочь! – рычу в ответ и смотрю на свою одежду. – Чёрт! Из-за тебя теперь переодеваться!

– Мне, между прочим, тоже, блин. И это не моя вина, а твоя, любительница полапать телеса! – издевается он, хрюкая, как свин.

– Я бы стала тебя трогать, только если бы тонула, и то не факт, что я бы не отдалась течению и не утонула с концами!

– М-м-м… Любишь отдаваться? – спрашивает, нарочно всё выворачивая.