– Ладно… Давай, вставай… У меня уже спина замёрзла… Давай ещё пробовать, бедовая…

Первые попытки – то тут, то там, я спотыкаюсь, немного падаю, снег на меня прилипает по всей одежде, но я в полном восторге. Когда начинаю понимать, как управлять лыжами, и чуть-чуть набираю скорость, внутри всё взрывается от веселья. Будто упаковочная плёнка с пупырышками… Антистресс! Вроде бы скорее похоже на игру, чем на его урок – ветер свистит в ушах, снег летит в лицо, и я уже не могу сдержать смех. Он ржёт вместе со мной, и я чувствую, будто мы с ним на вершине мира, когда едем по разные стороны этого склона, а потом встречаемся на подножье… Адреналин в крови… Первый мой удавшийся съезд! Единственное, что у меня ещё плохо получается – это тормозить. Но Женька ловит быстрее, чем я нырну мордой в сугроб.

И я тут же начинаю подпрыгивать, вереща ему прямо в лицо голосом, который даже мне самой не нравится. Слишком пискляво выходит…

– Ты видел?! Видел? Видел!?

– Да видел я, видел… Госсссподи… – закатывает он глаза и всё ещё держит меня за капюшон, как маленькую.

– Как же круто! Я молодец! Отпусти уже! – ворчу, отбивая его руку.

– Это я кайфовый учитель…

– Ну, конечно!

– Разве нет?

– Ну да, да, – ворчу в ответ, а он лыбится.

– Мне полагается награда за это? – спрашивает, строя мне глазки.

– Какая ещё награда, Марков?! Ты чего там удумал? – фыркаю, пока мы поднимаемся. Он идёт спиной, а сам смотрит на меня. Глаз не сводит… – Аккуратнее, а то завалишься ещё… Сломаешь себе что-нибудь. А мы тут застряли…

– У меня везде глаза, малыш, – уверяет он меня и тут же спотыкается, упав передо мной в сугроб. Я начинаю дико ржать. Просто заливаюсь в хохоте, а он дёргает меня к себе за руку.

– Иди сюда! – заваливает сверху.

– Что ты делаешь… Отпусти, а… – ворочаюсь, но он прижал к себе. – Ты говорил у тебя спина мёрзнет…

– Это по-началу… Щас уже всё горит…

– Может, котёл готовится… – улыбаюсь, расплываясь от радости.

– Может быть… Но так быстро тебе от меня не избавиться. Плюсом я ещё не все гадости сотворил… Мне рано нырять в него…

– Ах ты ещё собрался что-то делать?

– Естественно, – ухмыляется засранец.

– Ты отпустишь меня? Не могу видеть твою морду…

– Почему это?

– Сразу хочется плюнуть…

– А мне поцеловать, – выдаёт он, чем просто ещё сильнее меня смущает. Мне кажется, я сейчас вообще раскричусь. С каких пор он такой милый? Мы что местами махнулись? Что тут вообще происходит…?! Я не куплюсь на это… Так не бывает просто… Он точно меня разводит.

Тут же встаю с него и отряхиваюсь от снега, а потом подаю ему руку.

– Пошли ещё кататься… Пока солнечно…

– Пошли, – встаёт он, и мы опять поднимаемся наверх. Не знаю, сколько времени проходит, да мы и телефоны с собой не брали даже. Впервые мне не хочется никому звонить или писать, когда я рядом с Марковым. Но это не его заслуга, конечно… Просто кататься очень интересно. Мне это реально нравится.

И только когда желудок начинает активно сосать меня изнутри, я понимаю, что нам пора обратно…

– Я проголодалась…

– Тоже. Так что… Я всё же заслужил похвалы? – спрашивает он, помогая мне снимать лыжи. Прямо сидит передо мной и ухаживает. То же мне принц на белом коне нашёлся. Как будто можно в это поверить! У меня вообще ощущение, что я до сих пор в пьяном коматозе сплю и всего этого не было… Люди ведь не меняются, да?

Тогда почему же внутренний голос шепчет мне о том, что он и не менялся… Он притворялся… Господи! Это точно мои больные фантазии…

– Возможно чуть-чуть, – отвечаю я с улыбкой. – Мне понравилось…

– Я рад… Что ещё входило в твой день? Просмотр фильма я уже понял…

– Не знаю. Подумаю, – отвечаю ему, поднявшись. – Сейчас я хочу мыться и есть…

Он вдруг протягивает мне руку, чтобы схватилась за него.

– Это ещё зачем?

– Обратно идти будет тяжелее… Ноги устали. Держись за меня…

– Ладно, – соглашаюсь, схватившись за него. Всё-таки он такой большой, а я такая мааааленькая. Лишним не будет… Пусть ведёт меня тогда, протаптывая дорожку…

Когда доходим, на крыльце помогает мне отряхнуться ещё раз. Перенимает экипировку и оставляет её в тамбуре, чтобы она стекла и обсохла.

– Иди в дом быстрее, не мёрзни…

– А ты…

– Сейчас оставлю это, покурю и приду…

– Ну ладно. Тогда я мыться пойду…

– Иди, – лыбится он, облизывая губы.

– Ты чего это?

– Ничего… Присоединюсь…

– Щас, ага! Ни за что на свете, Марков. Забудь о том, что было. Эта близость была ошибкой! И то, что мы сегодня общаемся нормально, не значит, что теперь это будет повторяться… Понятно?!

Он только усмехается, открывая для меня дверь.

– Всё сказала?

– Всё!

– Отлично. Тогда вали быстро в душ, жди меня и пизди поменьше, пока я твой ротик не заткнул кое-чем, ладно?

Я тут же возмущенно смотрю на него, приоткрыв рот. Только-только хочу наорать на него и заматерить с ног до головы, как он уже выходит на улицу, прихватив с собой сигареты и зажигалку… Вот ведь сволочь какая, а… Ничего не меняется. Нужно заколотить дверь в ванную гвоздями…

Евгений Марков

Прохожу мимо ванной и понимаю, что не могу так сделать… Только испорчу такой замечательный день. Поэтому пока она там домывается, завариваю нам вкусный чай и жду… С содроганием своего дурного сердца.

Миленка выходит уже одетая в чистую пижаму с полотенцем на голове и направляется ко мне. Её медовые глаза тотчас же врезаются в мои на полной скорости. А там, как бывает… Осколки, перевороты, тяжкие телесные.

– Ты чего это? – смотрит удивленно, и я тут же отворачиваюсь. Порой залипаю на ней как дитё малое. Словно она всё, что надо. Цветная погремушка… Заставил же кто-то на ней именно повернуться. Бесит нереально теперь. Потому что выходов из этой паутины не наблюдается. И по законам логики, чем больше я сопротивляюсь, тем сильнее в ней вязну…

– Чай сделал… Ужин разогрел. Садись… Я мыться пошёл…

– М… Ну я подожду тебя тогда, – отвечает она, нахмурившись.

– Ладно, подожди, – отвечаю, направившись в ванную поскорее… Подрочить. Ибо не вывезу я. Да и помыться реально надо. Весь перепотел, пока катались.

Стою, облокотившись о кафель и уткнувшись лбом в собственную руку… Вспоминаю, что тут с ней делал. И понимаю, что я же мог… Мог и присунуть, наверное. Было бы ужасно, в курсе… Зато уже бы не отвертелась никак. Уже бы моей была. Порой надо накосячить, чтобы запустить процесс… Необратимости…

Теперь я жалею о том, что сдержался…

Выхожу, она сидит уже с распутанными влажными волосами, попивает чай и смотрит какую-то хрень по телевизору.

Бросив на меня один короткий стеснительный взгляд, потому что я без футболки. И да, я нарочно.

– Марков… – выдыхает, насмехаясь.

– Чё? – сажусь напротив и улыбаюсь.

– Ты как всегда… Вообще ничего не меняется…

– Ну я и не планировал меняться… Да и тебе нравится, – играю грудными мышцами, когда она закатывает глаза.

– Интересно, как ты понял?

– Да видно же… Ты меня постоянно лапаешь. Ни одной секунды не упускаешь…

– Ах, ну да! Точно, – продолжает насмехаться. – И как я могла забыть…

Улыбаюсь и наливаю себе настоявшийся чай…

– А если серьёзно… Я же нравлюсь тебе?

– Мечтай! – выдаёт она с усмешкой, заставляя меня реально растекаться лужицей на стуле. Я же и впрямь мечтаю… Но думаю, что она это специально делает… Ездит по моей самооценке.

– Придумала что-то ещё?

– Не знаю… Доиграть в игру… Может…

– А… Ну вот… Тебе же не терпится мне проиграть… Ещё одно доказательство…

– Ой, всё… Будешь теперь всё подряд приплетать… И имей в виду, Женя… То сообщение Анж было написано реально только потому что я хотела избежать позора, – выдаёт она тревожно. – Не потому что ты… Потрясающий…

– Невероятный… – поправляю я, угорая. Ведь запомнил наизусть…