Факелы, расположенные через каждые десять шагов, чадили, бросая на стены причудливые тени. Они плясали, словно призраки, готовые схватить меня за полы плаща.

Сердце колотилось где-то в горле, дыхание вырывалось короткими всхлипами. Страх сковывал внутренности ледяными тисками.

Что, если меня поймают?

Что, если я бегу в ловушку?

Что-то напрягало меня, но эта мысль постоянно ускользала и не давала ответов на вопросы. Я гнала их прочь, сосредоточившись на тусклом свете в конце тоннеля.

Своды тоннеля то сужались, то расширялись, заставляя меня пригибаться или протискиваться между выступами. Один раз я едва не споткнулась о выступающий камень, но чудом удержала равновесие.

Внезапно тоннель закончился.

Передо мной возникла тяжёлая металлическая решётка, покрытая ржавчиной, за которой виднелась тусклая луна на небе. Дрожащими руками я нащупала механизм замка. Он поддался не сразу, словно не желая отпускать меня.

С громким скрежетом решётка приоткрылась, и в лицо ударил свежий ночной воздух. Я замерла на мгновение, вдыхая его полной грудью.

Свобода.

Выбравшись наружу, я огляделась. Вокруг простирался тёмный сад, освещённый лишь редкими звёздами. Впереди виднелась высокая стена замка. До заветной лазейки оставалось совсем немного…

Но вдруг я услышала топот за спиной. Кто-то бежал по тоннелю.

Времени на раздумья не оставалось. Собрав последние силы, я бросилась к стене, молясь, чтобы лазейка оказалась именно там, где сказала служанка.

Каждый вздох мог стать последним, но я бежала вперёд, потому что другого выбора у меня не было. Если меня поймают… Даже думать не хотелось о последствиях.

Позади послышались голоса.

Сердце застучало ещё сильнее и готовилось сделать последний кульбит в груди, но я старалась не отчаиваться.

Нужно быть сильной.

Я неслась вперёд, не разбирая дороги, лишь бы оказаться подальше от замка.

Голоса преследователей, казалось, становились всё громче.

Добежав до стены, я увидела едва заметный проём между камнями — лазейку, о которой говорила служанка. Не раздумывая, я скользнула в неё, стараясь двигаться как можно тише.

По другую сторону стены меня ждал хвойный пролесок на склоне горы.

Рванула вперёд, но в этот момент нога зацепилась за торчащий корень, и я рухнула на землю, больно ударившись коленкой.

От боли потемнело в глазах, но времени на отдых не было. Преследователи были уже близко. Собрав остатки сил, я поднялась и, прихрамывая, побрела прочь от замка.

Каждый шаг отдавался острой болью в колене, но я упрямо двигалась вперёд.

Оглянувшись через плечо, я заметила тени, мелькающие у стены замка.

Они искали меня.

Страх придал новые силы, и я, несмотря на боль, побежала снова.

Холодный ночной ветер трепал мой плащ, а звёзды равнодушно смотрели сверху. Они уж точно знали, где сейчас император драконов. Я же продолжала идти вперёд, стиснув зубы и стараясь не думать о боли.

Хрустнула ветка, и я замерла, затаив дыхание и прислушиваясь к ночным звукам. Сердце билось так громко, что, казалось, его стук разносится по всему лесу.

Время как будто остановилось.

Каждый шорох в лесу казался мне шагом императора или наёмников. Даже представить себе было трудно, что будет, когда он узнает о моём побеге.

Обернуться было страшно, но и стоять неподвижно становилось невыносимо. Пот стекал по спине, несмотря на прохладный ночной воздух.

И тут… Уханье совы разорвало тишину. Я не смогла сдержать вскрик, который, как мне показалось, разнёсся на километры вокруг. В тот же миг чьи-то сильные руки схватили меня сзади.

На голову набросили плотный мешок, лишив меня возможности видеть что-либо вокруг.

Паника захлестнула с новой силой. Я попыталась вырваться, но хватка стала только крепче. Страх сковывал тело, но старалась сохранять остатки самообладания.

Меня тащили куда-то, крепко удерживая за локоть.

Каждый шаг давался с трудом. Ноги постоянно соскальзывали с камней. Я спотыкалась, но меня поддерживали, не давая упасть.

Кто эти люди? Оставалось только подчиняться, надеясь, что не убьют.

Воздух в мешке, казалось, закончился.

Я задыхалась, чувствуя, как паника сжимает горло. Каждый вдох давался с трудом, но приходилось упорно двигаться вперед.

Сердце колотилось так бешено, что, казалось, готово было проломить рёбра. Кровь пульсировала в висках, заглушая все остальные звуки.

Я слышала только своё прерывистое дыхание и бешеный стук сердца.

Откуда-то издалека доносились приглушённые голоса. Я напряглась и попыталась прислушаться.

Слов было не разобрать, но интонации говорили сами за себя.

— Тише, не дёргайся, — рыкнул кто-то рядом.

В незнакомом голосе отчётливо слышалась угроза.

Я пыталась унять дрожь, но тело не слушалось. Мышцы сводило от напряжения, а зубы начали выбивать дробь.

— Долго ещё? — спросила я, едва узнавая собственный голос.

— Почти пришли, — ответил тот же мужчина.

Мы двигались по неровной местности, то поднимались, то спускались. Несколько раз я споткнулась, но сильные лапищи вовремя подхватывали меня.

Иногда даже долетали обрывки фраз:

— …всё по плану…

— …следы заметём…

— …главное, чтобы не догнали…

Каждый новый звук заставлял меня вздрагивать. Мозг рисовал самые страшные картины. Мысли кружились в голове, как вихрь, не давая сосредоточиться. А самое страшное, что кто бы это ни был, они явно были не на моей стороне.

Внезапно мы остановились.

Кто-то сдёрнул мешок с моей головы.

Я поморщилась.

Даже свет звёзд, казалось, ослеплял, и несколько секунд я не могла разглядеть ничего вокруг.

Когда зрение наконец пришло в норму, я увидела перед собой троих мужчин в тёмных плащах. Их лица были скрыты огромными капюшонами.

— Мы не причиним тебе вреда, — произнёс один из них, тот самый, что говорил со мной в пути. — Но бежать не рекомендуем.

— Велено доставить тебя живой. Про целую ничего не было сказано.

Я только и смогла, что кивнуть.

Больно ухватив меня за локоть, один из мужчин поволок меня к ветвистому дереву.

Внутри всё заледенело от страха, но он шагнул вперёд и протянул мне затёртый походный кувшин. Я нерешительно его, но не спешила делать глоток.

Принюхалась. Вода отдавала затхлостью, как будто долго стояла в закрытом сосуде. Сделав маленький глоток, я поморщилась от неприятного привкуса, но жажда была настолько сильной, что я заставила себя выпить ещё немного.

Сейчас было не время строить из себя привереду.

К тому же, живая не значит невредимая.

Удовлетворенно кивнув, мужчина отобрал бутыль и подал сигнал своим подельникам.

Они начали привязывать меня к дереву за запястье. Верёвка больно врезалась в кожу, а узлы затягивались с пугающей тщательностью, как будто я могла сбежать.

Нет, когда они уснут, я попытаюсь, но что-то подсказывало, что такой возможности они мне не предоставят.

Когда с креплением было покончено, третий мужчина швырнул мне в ноги старое одеяло. Я осторожно опустилась на колени. Оно было влажным и пахло плесенью, словно пролежало в сыром подвале не один месяц, а может и год.

— Располагайся, — усмехнулся один из них, окидывая меня взглядом. — Нам нужно дождаться кое-кого. А пока можешь отдохнуть.

Они отошли на несколько шагов, но всё время поглядывали в мою сторону.

Тёмные фигуры сливались с ночной тьмой, а я осталась одна, привязанная к дереву, с затхлой водой и вонючим одеялом, и совершенно беспомощная.

Холодный ночной ветер пробирал до костей, проникая сквозь одежду и накидку.

Я подтянула к себе одеяло и прикрыла им ноги.

Мужчины расположились полукругом неподалёку. Они перешёптывались между собой, но что-то разобрать было невозможно.

Я попыталась осмотреться. Ни одного ориентира — будто они специально завели меня в самую глушь, где никто не найдёт.