Слова офицера заставили Раэдгара задуматься. Пусть его отношения с Калисандрой изначально складывались совсем иначе, но и служба как-то шла легче даже, когда она просто была рядом.

«Ничего хорошего в этом нет! — нашептывала темная сущность своему хозяину. — Пустая трата времени и драгоценных артефактов! Чем эти жалкие эльфы Эльвериона вам помогут? Несколько веков назад они бросили вас умирать! Тьма — вот ради чего нужно жить!».

К счастью, генералу удалось противостоять голосу в разуме. Но только частично.

— Пока отношения с Лирарией не влияют на твою работу, можешь делать что угодно. Но если все пойдет насмарку…

Раэдгар не закончил фразу, только хмуро посмотрел на подчиненного, как бы давая понять, что исход тому явно не понравится. Если бунты среди жителей Лориэндара стихали достаточно легко, то вот проверять подобное с офицерами ему не очень хотелось…

— При всем уважении, генерал, я всегда отдавал службе всего себя и никогда не делал ничего во вред народа Лориэндара. Но…

Зарталор резко затих, недоговорив. В сердцах он едва не нагрубил командующему, а это штука наказуемая даже для офицера его уровня.

— «Но» что? Договаривай.

— Ничего. Услышанное может вам не понравиться…

— Все равно договаривай.

— Могу я говорить прямо?

Командующий лениво забросил себе в рот ягоду из корзинки.

— Разрешаю.

— То есть я могу высказать все, что думаю, и вы обещаете, что мне ничего за это не будет?

Раэдгар хитро улыбнулся.

— Даже интересно, что ты такое сказать хочешь. Обещаю.

«Зоркий глаз» сжал руку в кулак для храбрости и продолжил.

— Но в последнее время вы ведете себя скорее как капризный юноша… Понимаю, не каждый легко оправится после потери возлюбленной, особенно когда в голове то и дело шепчет зловещий голос, но ведь все шло так хорошо! Вы поправились, даже крылья спрятались, а потом зачем-то обидели госпожу Эйриану, и все вернулось на круги своя. Почему вы это сделали? Вам нравится страдать от боли? Или вам нравится видеть, как мучаются другие, переживая за вас?

Раэдгар внимательно слушал речь Зарталора, задумчиво перебирая ягоды в корзинке. После того как офицер закончил, ненадолго воцарилась тишина — генералу нужно было обдумать ответ. Такой, чтобы генерал-майор и подумать не мог о его слабости!

— Давай разберёмся по порядку, — начал генерал, медленно поднявшись с кресла. — Ты прав, потеря Калисандры сильно ударила по моему здоровью. С голосами в голове, как знаешь, не всегда просто договориться. С Эйрианой все еще сложнее… Знаешь почему?

Зарталор молча ждал продолжения.

— Видишь ли, старый друг, — генерал отвернулся к окну и вгляделся в мрачную даль, — На моих плечах ответственность за всех и вся.За каждую битву, каждое решение, каждую потерянную жизнь…

Офицер нахмурился, собираясь возразить, но Раэдгар обернулся и поднял руку в знак призыва к молчанию.

— Любая связь, будь то дружеская, семейная или любовная — это одна из уязвимостей. Лучше я буду один, чем подставлю под угрозу еще одну жизнь.

Зарталор тяжело вздохнул, готовясь вступить в непростой разговор. Он прекрасно знал, насколько тверд характером генерал, однако чувствовал необходимость попытаться повлиять на его решение.

— Генерал, позвольте спросить, как долго вы собираетесь избегать личной жизни ради службы? Сколько ещё десятилетий планируете ставить общественное благо превыше собственного счастья?

Раэдгар отложил пергамент с отчетом и недовольно посмотрел на офицера.

— Столько, сколько понадобится, — ответил он твёрдым голосом. — Моя миссия как командующего — обеспечить достойную жизнь народу Лориэндара, и дела сердечные сюда не входят. На твоем месте я бы порадовался, что отношения с Лирарией не под запретом…

Зарталор понимающе кивнул, но продолжал настаивать:

— Я благодарен вам от души, честно, но меня беспокоит ваше самочувствие. Ваше здоровье вновь подкосилось после ссоры с госпожой Эйрианой. Что случилось? Даже стоя у портала, она едва не плакала и оглядывалась в надежде, что вы выйдете с ней проститься…

Раэдгар раздраженно ударил по столу и опустился в кресло. Его темные глаза сверкнули гневом.

— Перестань читать мне морали! Ты знаешь правила лучше любого другого офицера. Обязанность командующего заключается в первую очередь в защите своего народа, чем я и занимался. А Эйриана сама совершила глупость, вот и поплатилась. Меньше нужно было болтать, о чем не надо, тогда и страдать не пришлось бы.

Однако Зарталор оставался невозмутимым под грозным взглядом генерала.

— Что вы имеете в виду? Девушки рассказывали, что они просто изучали архивы. Это как-то связано с Калисандрой?

Генерал скрежетнул зубами и уже подумывал выругаться на чересчур любопытного офицера, но сдержался. В конце концов, он еще и его друг, поэтому имеет право знать.

Плечи командующего расслабились, уголки губ дрогнули в печальной улыбке.

— Все-таки ты иногда слишком догадливый, — вздохнув, он отпил из бокала и продолжил. — После смерти Дэлтхара я какое-то время не находил себе места. Сам не знаю зачем притащился в архивы, чтобы в очередной раз посмотреть на портрет Калисандры и выговориться. Эйриана, к несчастью, все это увидела…

Зарталор задумчиво покачал головой в знак солидарности с переживаниями генерала.

— Что было дальше?

— Взял да рассказал ей обо всем, как глупый хныкающий мальчишка… До сих пор немного стыдно, но, на удивление, после разговора с ней даже как-то легче жить стало. Вот только она обещала сохранить в секрете все, что случилось тем вечером, а сама, получается, не сдержала слово и проболталась.

«Зоркий глаз» почесал макушку и неловко улыбнулся.

— Вообще-то Лирарии о Калисандре рассказал я…

Удивленный генерал аж подавился ягодой на эмоциях.

— Ты? Но почему?!

— Мы тогда ужинали втроем у Иллирии. Слово за слово, Лирария поинтересовалась, мол, как я дошел до жизни такой, что без глаза остался. Ну я и рассказал о нашем боевом трио и о случившемся в тот роковой вечер.

Промычав что-то невнятное, командующий ненадолго погрузился в воспоминания об Эйриане. Если так подумать, Лирария действительно могла выказывать сочувствие о потере Калисандры как друга и боевого товарища.

«Неужели я зря наговаривал на нее?» — промелькнуло в его мыслях. Но темная сущность заставила его тут же усомниться в этом.

— Хочешь сказать, Эйриана не рассказывала о случившемся в архивах?

— Ни единого слова, — покачал головой Зарталор. — Лирария тоже понятия не имеет о причине вашей ссоры. Мне теперь даже интересно стало, что там такое между вами с госпожой Эйрианой случилось. Расскажете?

— Обойдешься, — хмыкнул Раэдгар на любопытного друга. — Это ведь секрет.

— Секрет секретом, а девушку вы, получается, обидели зря, — «Зоркий глаз» исподлобья посмотрел на генерала. — Я прав?

Командующий молча отвел взгляд, будто нашкодивший мальчишка.

— Теперь это уже неважно. В первую очередь гостьи обещали посодействовать в установлении союза с Эльверионом. Я не признавался открыто в какой-либо симпатии к Эйриане, значит ее и меня ничего не связывает. Так безопаснее, особенно для нее самой.

— Разделяю ваше стремление служить во благо народа, но о себе вы не думали? Или о самой госпоже Эйриане? В ее присутствии вы шли на поправку, а сегодня вас снова скосил приступ. Гостья тоже оживилась, будучи рядом с вами, и после ссоры покинула Лориэндар со слезами на глазах. Неужели именно этого вы хотели? Или, может, этого хотела живущая в вашей душе темная сущность?

Раэдгар молча слушал офицера, вдумывался в каждое его слово. Значит, не он один заметил необычные улучшения здоровья в присутствии рядом луминар. И после той ссоры все действительно пошло наперекосяк. Еще и Эйриану он, получается, зря расстроил. А ведь можно было расстаться мирно. Вот черт!

— Ладно, допустим я сошел с ума, не понизил тебя в звании, не наказал и даже согласился. Что теперь делать?