Из-за глухого забора какого-то автохозяйства, которое расположилось на перпендикулярно идущей улице, вдруг донёсся рёв форсированного дизеля. Надрывный, захлёбывающийся, этот звук нарастал с такой пугающей скоростью, что ошеломлённые толкинисты инстинктивно сбились в кучу, позабыв про пленных.

А в следующую секунду кирпичный забор взорвался фонтаном крошева и пыли, и из облака этой кирпичной пыли вылетел полицейский бронеавтомобиль «Тигр». В неконтролируемом диком заносе он разнёс в щепки остатки ворот и вылетел на перекрёсток. Машина была изуродована: правая фара отсутствовала — она была вырвана с мясом; на борту зияла огромная чёрная подпалина, а лобовое бронестекло было покрыто густой паутиной трещин.

Но главное действие происходило на крыше «Тигра». В открытом люке бронеавтомобиля стоял боец в краповом берете. Броневик тормозил юзом, оставляя на асфальте жирные чёрные полосы жжёной резины, из-за этого бойца сильно мотало из стороны в сторону, но он, не обращая внимания на тряску, вцепился в гашетки крупнокалиберного «Корда» и, не дожидаясь полной остановки броневика, зажал спуск.

Патрон калибром 12,7 мм — это не шутки. Такой патрон с лёгкостью отрывает конечности и прошивает кирпичную кладку насквозь. «Корд» радостно рявкнул и выплюнул пламя. Очередь косой линией прошлась по авангарду толкинистов. От шквального огня из крупнокалиберного пулемёта ушастых не спасли ни волшебные доспехи, ни их магические щиты, которые ушастые даже выставить не успели. Десять пришельцев прекратили своё существование, превратившись в красно-серое месиво, раскиданное по тротуару.

Следом за «Тигром», оглашая улицу утробным рёвом, выехал бронированный армейский «Урал». Он уже побывал в серьёзной переделке, судя по его помятому стальному кунгу. Водитель грузовика был либо наглухо отбитым психом, либо чёртовым гением. Огневой точки, как на «Тигре» у водилы не было, поэтому он принял решение идти на таран.

Огромный броневик, весящий около пятнадцати тонн, даже и не думал тормозить. Мега-волк, оскалив жуткую пасть, инстинктивно прыгнул наперерез этой железной горе, в наивной надежде перекусить странной железяке горло или что там у этих железяк вместо горла.

Удар был такой силы, что «Урал» даже чутка подбросило вверх на рессорах. Выглядевшая непробиваемой, чешуйчатая броня зверя хрустнула, как дешёвый пластик. Тонны летящего на скорости металла встретились хоть и с огромным, но обыкновенным, состоящим из мяса и костей телом волка, и законы физики ожидаемо взяли верх. Грузовик буквально подмял под себя гигантскую псину вместе с её раненым наездником и переехал их колесами. Затем, оставляя за собой на асфальте широкую кровавую колею, проехал ещё немного и с визгом тормозов замер в десяти метрах от позиций Корнева.

— Ни хера себе, красиво зашли пацаны, — восхищённо выдохнул в рацию Казанова.

Но расслабляться было рано. В хвост колонны старлея, взвизгивая покрышками, влетел микроавтобус «Газель», а за ним и два старых добрых милицейских «УАЗика». Двери машин распахнулись ещё на ходу, и оттуда начали выпрыгивать бойцы Росгвардии и обычные ППСники. Мужики были злые, грязные и явно нацеленные на откровенное мочилово. Они с ходу открыли шквальный огонь по опешившим ушастым, кроша их фланги.

Однако толкинисты оказались тоже не пальцем деланы. Оставшиеся в живых волки, скинув с себя убитых наездников, бросились в разные стороны и начали обходить машины гвардейцев по широкой дуге, беря их в окружение, как настоящая волчья стая на охоте. А из центра строя, идя прямо по телам своих убитых товарищей, вышел высокий маг в порванной, но всё ещё пафосной мантии. Он не стал создавать защитный купол, а вместо этого плюнул в «Тигра», который в этот момент стоял, уставившись перегретым стволом пулемёта на застрявший «Урал». Маг воздел обе руки вверх и что-то рявкнул на своём певучем языке.

Воздух вокруг его ладоней исказился, и в борт кунга «Урала» ударил ослепительно-белый луч. Странный луч пробил сталь, и она начала стремительно плавиться, жидкий пузырящийся металл затекал внутрь машины. Маг методично, как сварщик резаком, вскрывал броневик, не давая возможности двум другим магам выставить защитные барьеры, так как тупо портил все их попытки, мешая своей жуткой мощью, направленной на уничтожение бронемашины.

— Барон, они гвардейцев жгут! — прорычал Леший.

Корнев уже не сомневался в том, какое решение стоит принять именно сейчас. Диспозиция изменилась, пленные девчонки оказались отрезаны от основной группы врага суматохой и телами убитых.

— Броня, ваш выход! — короткая команда Корнева будто сорвала роту с цепи.

Застоявшиеся без дела БМП и два БТРа тут же рванули с места, выкатываясь из-за укрытий. 30-миллиметровые пушки застучали в ритме бешеного барабана, и кинжальный перекрёстный огонь ударил по толкинистам с двух сторон — стреляющим из пушек даже не нужно было тщательно прицеливаться.

Мага, который всё своё внимание сосредоточил на битве с «Уралом», разорвало пополам первым же снарядом. Верхняя половина туловища ушастого волшебника отлетела на капот горящего грузовика, а нижняя половина так и осталась стоять на ногах, и уже через секунду рухнула в лужу собственной крови.

Оставшиеся в живых волки попытались броситься на броню разведчиков, но были хладнокровно и непринуждённо расстреляны из спаренных пулемётов. Пехота находников дрогнула и побежала, но бежать было некуда. Их зажали в огневые тиски. На одной стороне стояли разъярённые гвардейцы, а с другой тяжеловооружённые и спокойные, как удавы, контрактники Барона. Бойня закончилась за три минуты.

Наступила тишина, прерываемая лишь шипением плавящегося металла да стонами раненых. Их тут же подхватили подбежавшие медики. Пожар удалось быстро устранить штатными огнетушителями с БТРов. Лёха шёл по усеянному трупами перекрёстку, машинально отмечая, что девчонок-пленниц уже отвели в сторону и отпаивают водой из фляжек. К нему навстречу, с автоматом наперевес, прихрамывая и вытирая со лба копоть, шёл капитан Росгвардии.

— Мужики… спасибо. Если б не вы, нам бы здесь хорошенько досталось, — капитан протянул руку и представился. — Капитан Росгвардии Крайнов. Мы прорывались с запада, там вообще жесть, как будто филиал ада на земле открылся. Думали, в этой части города их поменьше будет, а они, суки, волков этих своих огромных выставили. Мы еле свалили от самого здорового, а он нас, гнида, тут догнал.

— Корнев. Разведка, — Барон крепко пожал протянутую ладонь. — Нормально вы их вкатали. «Урал» жалко, но водиле вашему медаль надо дать за такой зрелищный таран.

Пока бойцы перекуривали после боя, судорожно заполняли пустые магазины и перевязывали лёгких трёхсотых, к месту, где только что замолкла стрельба, подошла колонна армейцев. Это прибыли те самые две роты мотострелков с танком, которых обещал прислать комбриг. Бойцы пехоты резво поспрыгивали с машин и тотчас начали окапываться и занимать позиции в соседних зданиях, превращая перекрёсток в неприступный форт. Корнев только собрался закурить, как рация на разгрузке издала требовательный писк, и сквозь треск прорезался голос полковника Дегтярёва.

— Барон, это База. Как обстановка?

— Отразили ещё один накат. Совместно со смежниками из Росгвардии уничтожили около сотни ушастых и с десяток ездовых тварей. Спасены пленные, закрепляемся.

— Рад за ваши успехи, старлей, — в голосе комбрига явственно слышалось облегчение, хотя он всё ещё оставался напряжённым. — Раз ты такой капец-молодец, а твои парни больше всех собрали зарубок на стволах, то вам и карты в руки. Пусть мотострелки держат перекрёсток, а ты на своей броне вали к зданию мэрии. Там пацанов зажали наглухо, СОБР еле держится. Вы должны разблокировать администрацию. Конец связи.

Корнев наконец закурил сигарету, затянулся, медленно выдохнул дым через ноздри, сбросил пепел и посмотрел на своих уставших и измазанных чужой кровью бойцов.

— Отдых отменяется, зоопарк, — негромко сказал старлей. — Собираем манатки и едем спасать нашего любимого мэра.