Ты – единственная надежда. Если ты действительно дорожишь своим любимым кузеном, то не мог бы ты ненадолго приехать? Я уверена, что твои чары сотворят чудо. Это дело решится быстро и без лишнего шума.

Рассчитываю на тебя, мой дорогой мальчик. Ты всегда был благородным человеком, всегда помогал тем, кто в этом нуждался. Ну не оставь же меня в беде!

С нетерпением жду ответа.

Твоя любящая тетушка Федора."

Она перечитала письмо, улыбнулась и аккуратно сложила его, капнув сверху сургучом и прижав своей печатью. Лёгкий стук в дверь прервал её раздумья.

– Фимка! – крикнула она служанке. – Позови гонца. Это письмо должно уйти немедленно.

Вскоре, когда гонец скрылся за воротами, растворяясь в вечерних сумерках, Федора села в кресло, разглядывая своё отражение в зеркале. Она удовлетворённо поправила свою высокую причёску и прищурилась.

– Ну что ж, моя дорогая… – прошептала она. – Теперь тебя вышвырнут отсюда метлой гнева!

О, как Федора устала играть роль заботливой тётушки! Её имущество и власть – всё, что было отнято когда-то, теперь должно вернуться к ней. Если бы только её брат не был таким упрямым, если бы только он когда-то отдал ей то, что принадлежит по праву, ей бы не пришлось воевать на старости лет. Но прошлое не изменить, зато будущее в её руках…

Она уже легко могла представить, как Илья выгоняет непутевую жену из дома и подписывает бумаги о разводе. Даже Храм ничего не сможет сказать против, потому что будет факт измены.

А Владислава — девушка понятливая. За лишнюю монетку она будет послушно выполнять то, что ей скажут. Батюшка ее верно воспитал, и Илюше придется подчиниться или уйти с дороги.

Федора наклонилась вперёд, её губы тронула лёгкая усмешка.

– Совсем скоро, – пробормотала она. – Совсем скоро этот дом станет моим…

Несколько дней прошли в относительном покое. Тетушка Федора неожиданно прекратила свою навязчивую опеку, а Илья словно испарился. Весь день он просиживал в кабинете, а когда сталкивался со мной в коридорах, делал вид, что меня не существует. Вёл себя так, будто я ему чем-то насолила. Я лишь пожимала плечами.

— Ну и ладно, — пробормотала однажды, наблюдая, как он резко сворачивает в другую сторону.

То просит сделать одолжение, то ведёт себя, как грубиян. А нельзя ли просто вести себя… нормально?

На меня начала накатывать меланхолия. Всё это — чужой дом, замкнутость, непонятное отношение мужа, тёткины интриги — становилось невыносимым. Порой казалось, что становится нечем дышать: опостылело всё.

Но через какое-то время я встряхнулась, решив, что не позволю обстоятельствам подавить меня. Тетушка рано или поздно уедет, и соглашение между мной и Ильей закончится. Я смогу наладить жизнь. Нужно будет заводить какие-нибудь знакомства, узнавать новое об этом мире и обживаться где-нибудь в другом месте…

Будто в ответ на мои мысли, тем же вечером в поместье пожаловало новое действующее лицо.

Да, я уже знала, что это не сон, но мне до сих пор нравилось сравнивать всех вновь прибывших с персонажами. На сей раз пожаловал… настоящий принц. Принц из Золушки, может из Русалочки. Утонченный, красивый, с невероятно вылепленными чертами лица. Длинные светлые волосы, аккуратными локонами ложились на широкие плечи. Кожа у него была фарфоровой, губы алыми, будто он их подкрасил, но при ближайшем рассмотрении стало ясно — это их естественный оттенок. А ресницы… длинные, загнутые. Просто отпад!

У Ильи тоже такие. Но его вечно хмурый взгляд портил всякое впечатление. Этот парень к тому же был постарше. Лет двадцати семи. Более мужественный. И самое главное, совершенно открытый и дружелюбный.

Тетушка Федора визжала от восторга. Буквально подлетела к гостю и обняла его так крепко, будто встретила родного сына.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Никитушка, милый, ты приехал!

Гость улыбнулся и, бережно удерживая её за руки, поцеловал их.

— Тётушка, вы, как всегда, прекрасны.

Она просто расцвела. А потом, развернувшись ко мне, снизошла до благожелательного тона.

— Посмотри, невестка, кто у нас в гостях. Это троюродный брат Илюши — Никита Скворцов.

Я внутренне поморщилась. Скворцов? Фамилия, прямо скажем, не очень королевская. Но что такое фамилия при такой внешности?

Не то, чтобы я тут же воспылала страстью к этому мужчине. Просто, объективно говоря, он был красив. До невозможности красив. И эстетически мне было приятно на него смотреть.

Но что меня удивило больше всего — он обратил пристальное внимание на меня.

— Рад знакомству, Лидия, — произнёс он с лёгкой, немного ленивой улыбкой, склонившись и коснувшись губами моих пальцев.

Я приподняла бровь, не привыкнув к таким жестам.

— Взаимно.

Никита держался легко, непринуждённо, словно был прирождённым хозяином любой ситуации. Похоже, он прекрасно знал, какое производит впечатление, и умел располагать к себе людей.

— Надеюсь, тётушка не слишком докучала вам своими нравоучениями? – бросил он насмешливо и шепотом, пока Федора отвлеклась, раздавая распоряжения служанкам.

— О, я уже привыкла, — усмехнулась я, но в этот момент Федора сверкнула на меня глазами. Никита лишь хмыкнул.

— И всё же, как вы тут живёте? Я знаю, что мой братишка не самый разговорчивый человек на свете…

— Это точно, — вздохнула я.

Его улыбка стала шире. Он явно был доволен моей реакцией.

— Тогда, возможно, вам не помешает компания?

Я чуть склонила голову, изучая его. Что ж, мне как раз ужасно скучно…

Никита Скворцов оказался не только красивым, но и невероятно обаятельным. Его голос был приятным, чуть насмешливым, а манеры безупречными. Но что-то в этом всём казалось… слишком отточенным. Словно он играл роль, но я пока не понимала, какую именно.

Но, несмотря на сомнения, я решила воспользоваться моментом. Раз уж судьба подбросила мне шанс узнать о мире, в котором я теперь живу, глупо не воспользоваться этим.

— Тогда я надеюсь, что мы найдём общие темы для разговоров, — сказала я, чуть приподняв подбородок.

Никита снова улыбнулся, но теперь во взгляде его блеснул едва уловимый лукавый огонёк.

— Не сомневайтесь.

Я почувствовала пробежавшую по спине дрожь. Но не волнения, нет, а… от ощущения опасности. Или у меня уже вовсю разыгралось воображение?

Мы устроились в малой гостиной, где уже горел камин, а на круглом столике перед нами стоял чайный сервиз, изящный, расписанный синим узором. Чай был ароматным, густым, согревающим. Я взяла чашку, наслаждаясь её теплом в ладонях. Никита же развалился в кресле, откинувшись на спинку и улыбаясь так, будто ему принадлежал весь мир.

— Как славно, что я наконец добрался сюда, — сказал он, делая небольшой глоток. — Я столько раз проезжал мимо, но всё как-то не находилось случая заглянуть.

— Вы путешествуете? — с интересом спросила я, осторожно дуя на горячий напиток. — Должно быть, видели много удивительных мест.

— О, не то слово! — Никита чуть подался вперёд, глаза его засверкали. — Княжество велико и разнообразно, от снежных гор до бескрайних полей, от суетливых городов до тихих деревень. У каждого места своя история, своя магия… Вы ведь никогда не путешествовали, не так ли?

Я пожала плечами, изобразив легкую досаду.

— Батюшка был строг. Держал меня взаперти, словно редкую птицу в золотой клетке. — Я ухмыльнулась. — Вот и приходится теперь слушать рассказы, чтобы хоть немного восполнить пробелы.

Никита покачал головой, сочувственно вздохнув:

— Какое невежество! Лишать молодую леди возможности видеть мир... Как можно было так поступить? Уверен, теперь вам хочется наверстать упущенное.

— Возможно, — осторожно протянула я, задумчиво склонив голову набок. — А расскажите мне, Никита, если не трудно, какое место вам запомнилось больше всего?