Дана со скоростью артефакта по уборке пыли упаковала печенье в подходящую по размеру коробку, протянула толстяку и мило улыбнулась:

— Всегда пожалуйста, господин Штольман! Уж как мы рады видеть вас в нашей кофейне!

Продолжая ворковать хвалебные оды толстяку, она шустро пересчитала монеты и положила их в кассу. А я заметила, что монет было больше. Значит, Дана должна была дать сдачи, но не дала.

Тем временем очередь схлынула. Кто-то взял на пробу других разноцветных печенюшек, кто-то купил уже готовые коробочки, — это я, пользуясь всеобщим кондитерским ажиотажем, шустро соорудила несколько коробок «на вынос». Так или иначе, в кофейне остались только две семейные молодые пары. Они сидели за одним столиком, дегустировали новинку и тихо беседовали.

— Дана! — зашипела я, потянув девушку за рукав. — Почему сдачи не дала? Хочешь проверки? Чтобы нас закрыли?

— Господь с вами, госпожа! — удивлённо вытаращилась она в ответ. — Это Штольман-стряпчий! Сам жулик! Он всё меня на свидания зовёт! Не убудет с него пары серебрушек. А я на них себе ароматическое масло возьму.

— Так оно же стоит не пару серебрушек! Оно намного дороже!

— Вы думаете, он первый раз сдачу «забывает»? Ха! — она победно вздёрнула курносый носик. — Этот жук уже неделю круги нарезает.

— Дана-Дана, — я укоризненно покачала головой. — А как же парнишка, что нам вещи перевозил? Вроде у вас что-то назревало?

— Назрело и лопнуло, — сердито буркнула девушка, отворачиваясь.

Та-а-ак, похоже я за своими проблемами не разглядела сердечную драму горничной. Надо будет после закрытия поговорить с ней. Может, помощь нужна.

— Милые леди, подскажите, как я могу увидеть леди Эйтину Ромеро?

Я резко развернулась на голос и упёрлась в грудь высокого худого человека в богатой одежде. Что ему от меня надо? Не суббота, а день «на-расхват-меня» называется! Я сурово сдвинула брови. Почему-то, ничего хорошего от визита этого глубоко пожилого человека не ожидала. Дана сориентировалась быстрее.

— А прям щас вы на неё и смотрите! Вот она, собственной персоной, перед вами!

С этими словами она схватила последнюю коробку с новинкой и понеслась за прилавок, расхваливая новое лакомство какому-то долговязому парню.

— Леди, — старик слегка склонил голову в приветствии. — Я Ланс Эховуд, — маг-целитель Его Светлости герцога Раденбергского.

У меня отлегло от сердца. Хоть что-то приятное! Правда, этот беспокойный моторчик снова зашёлся в тревоге: что он скажет о Лине?

— Добрый день, господин Эховуд, — я сделала книксен. — Очень рада знакомству. Моя сестра наверху. Желаете выпить кофе?

— Нет, спасибо, — последовал ответ. — Позвольте мне сначала осмотреть пациентку, а затем поговорим за чашечкой вашего удивительного кофе. Наслышан о нём от господина маркиза.

О как. Что ж, это по-деловому. Люблю деловых людей!

— Прошу следовать за мной!

Мы поднялись на второй этаж, прошли в комнату сестрёнки, где застали крыса, что-то увлечённо рассказывающего девочке и отчаянно жестикулирующего. Лина радостно улыбалась.

— Здравствуйте, барышня! — первым поздоровался маг. — Как ваше самочувствие?

Улыбка тут же сползла с лица Лины. Она настороженно переводила взгляд огромных голубых глаз с посетителя на меня. Явно успела испугаться. Филимон, наоборот, принял боевую стойку.

— Это целитель, дорогая. Господин Эховуд. Он тебя осмотрит.

Девочка обречённо вздохнула.

— Будет сильно больно?

От жалости к сестре, у меня на глазах выступили слёзы.

— Как можно, милая барышня? — улыбнулся целитель. — Для таких красавиц у меня всегда припасено обезболивающее заклинание, если понадобиться. Но мы же с вами только познакомимся? А потом решим — лечиться магией или пить микстуры.

Лина вздохнула.

— Они горькие. Но ладно.

Эховуд произнёс очищающее заклинание и принялся осматривать сестру. А я стояла, держа кулачки за спиной, и молилась всем богам, чтобы маг смог помочь сестрёнке встать на ножки.

На кухне сидели четверо и пили чай с кулинарной новинкой. Герцог вновь соткался из чёрного тумана и задумчиво вкушал печенье.

— Я вот чё думаю, про Такэду этого, — начал домовой. — Можа, сгонять в замок и поспрашать у тамошнего домового про брата евонного?

— Так не терпится сбагрить хозяйку замуж? — серый выгнул спину дугой и угрожающе зашипел, косясь при этом на свою пушистую зазнобу.

Домовой дух укоризненно покачал кудлатой головой и вздохнул:

— Дурень ты, с облезлым хвостом! Тина, девушка ладная. А токма всё одно — мужчина рядом нужон.

— У меня нормальный хвост! — пуще прежнего, зашипел кот. — И разве наш герцог не мужчина?

Белая кошка расстроенно муркнула, соглашаясь с кавалером.

— Митрич прав, — прошелестело из облака чёрного тумана. — Я всего лишь призрак. А девушке требуется настоящий мужчина, опора в жизни.

— Так вы ж слышали, что он того? — серый махнул лапой около уха. — Какая с него опора?

— Так и я ж о том! — Домовой, не удержавшись, стукнул кулаком по столу. — Надобно всё разузнать!

— Да, — вновь согласился туман, поглотив ещё одно печенье. — Ступай, Митрич. Я отпускаю тебя.

На правах старейшего владельца дома, герцог ослабил связь между домовым духом и аурой кофейни. Теперь Митрич мог спокойно переместиться в замок Такэды.

После осмотра мы с целителем спустились в зал. И я в который раз пожалела об отсутствии кабинок! Дана шустро самолично принесла нам по чашке кофе. Мне — пирожное, а магу ещё и маленькую «Сытную гадость» с ветчиной и дорогим твёрдым сыром. Только что вынутая из духовки лепёшка источала аппетитнейший запах, а сыр ещё продолжал пузыриться и шипеть.

— Осторожно, господин, горячее, — сверкнула улыбкой девушка. — Чуток пусть остынет.

Я довольно кивнула ей. Конечно, лепёшку такой горячей и не откусишь, но сам вид растекающегося золотистого сыра притягивал взгляд и заставлял мозг активно пинать желудок.

Хоть мне не терпелось узнать все подробности, всё же нашла в себе силы подождать, пока старик откушает наше угощение и только потом спросила:

— Ну как? Что скажете?

Первые слова мага-целителя повергли меня в шок.

— Сейчас целительная магия бессильна вам помочь с исцелением девочки. Поздно уже.

— Как же так? Но ведь дядя каждый месяц вызывал лекаря!

— Всё верно, — дедок пожевал губами. — Лекари ставили печать на магические каналы, чтобы магия девочки не вырвалась раньше времени. Это, скажу я вам, вполне обосновано. Иначе сила могла просто разорвать неподготовленные каналы. Сейчас эта печать ослабла, поэтому магия ребёнка начала проявляться. Но ничего, — он ободряюще похлопал меня по руке. — Я обновил печать, и сделал её менее сильной. Теперь каналы постепенно наполнятся, растянутся и через пару лет надобность в такой печати отпадёт.

— И Лина сможет ходить?

— К сожалению нет. Если бы лечение было проведено вовремя, тогда надежда была бы. Но сейчас изменения после травмы укрепились, так сказать, срослись с телом. Но ничего, — вновь повторил он. — Наука развивается, методы лечения совершенствуются. Возможно, в будущем целители смогут помочь вашей сестре. Нельзя терять надежду!

Легко сказать! Лина так верит, что скоро сможет ходить! Как я ей скажу, что?..А не буду говорить! Пусть думает, что лечение идёт своим ходом. Может, старик прав. И через некоторое время какой-нибудь маг найдёт способ излечивать такие травмы.

Я понуро потянулась за кошельком. Пусть маг не вылечит сестрёнку, но поработал с магическими каналами. Это тоже дорогого стоит. Не каждый целитель может лечить эти каналы. Однако маг отрицательно покачал головой.

— Не надо. За всё уже уплачено.

Ну, нет! Это уже слишком!

— Я хорошо зарабатываю, и могу оплатить ваш визит! — вспыхнула я.

— Ваша сестра уже оплатила, — дедок грустно вздохнул. — Она сообщила мне ближайшее будущее, которого, к сожалению, у меня осталось не так много. И я счастлив, что могу провести оставшееся время с семьёй.