— Верно, — только и могу сказать, иду в спальню… Она еще хранит терпкий запах его тела. Цитрус, горячая кожа, свежесть дождя. Я просто падаю на кровать, зарываясь в одеяло, и втягиваю эти ароматы секса, вспоминая и прокручивая каждую секунду нашего секса. Как брал меня. Как входил, смотря в глаза, как жадно обнимал и целовал. И как, ну, как он после этого мог так запросто уйти? Неужели занимается таким же сексом с каждой?

Больно от этой мысли.

— Ненавижу!

Больно и от того, что он бандит, и мама права. Не будет с ним счастья. И ребенок от него меньшее, что мне сейчас нужно. Верно говорит мама. Верно, да, но внутри сосет под ложечкой, а желание связаться с Владом немедленно и спросить совета грызет почти до самого утра.

В аптеку утром мама идет вместе со мной. Покупает таблетку и воду. Вскрывает упаковку, пока меня охватывает озноб. Правильно, правильно, я все делаю правильно, но, все равно, сомнения сжирают, как голодные псы, рвут на части разум, кусают руку, которую нужно протянуть за таблеткой.

— Олеся?

— Живот… Болит, мне срочно нужно в туалет. Прямо сейчас.

Меня пускают в туалет аптеки, но когда фармацевт в своем белом халате закрывает двери, я прошу.

— Дайте позвонить, пожалуйста. Я недолго.

Почему-то я уверена, что со своего телефона нельзя.

Девушка фармацевт оглядывается на витрину, за которой вдалеке стоит моя мама, и дает мне телефон. Я зря это делаю, но у кого еще спросить совета? Как понять, действительно ли я ему нужна?

Я набираю номер по памяти. Почти сквозь землю проваливаюсь, пока идут длинные гудки. Один… Второй… Третий…

— Алло? — сонно так, словно только что с постели встал. — Кто говорит?

— Ты ушел из моей постели и сразу лег в чужую?

В ответ раздается молчание…

— Плохая идея, Зай, — он молчит снова, а я сжимаю телефон в руке, почти не дышу.

— Так ты с кем-то?

— Я только сошел с самолета. Что ты делаешь в аптеке?

— Ты следишь за мной?

— Зай, без имен и конкретики. Что ты там забыла? Заболела?

— Говорят, от секса бывают дети, слышал?

— Так я ж мимо брызгал. Капец, ты, конечно, замуж не получилось выйти, решила меня ребенком затащить?

— Иди ты, знаешь, куда?!

— Не ори. Рассказывай давай, чего ты там устроила. У тебя учеба через полчаса.

— И чего ты за мной следишь, если тебе плевать?

— Напомни, когда я сказал, что мне плевать, Зай?

— Мама сказала, что ребенок мне от бандита не нужен, и говорит принять этот, как его… "Пастинор".

И снова молчание.

— А ты что?

— А я не знаю! Ты ничего толком не сказал, у меня учеба, и я не понимаю, что мне делать.

— Ты сегодня же съезжаешь от матери. К вечеру тебе найдут квартиру возле универа.

— Что? Зачем?!

— Потому что твоя мать несет хуйню! Ничего не принимай. Попробуй только.

— Я не понимаю.

— Как еще мне тебе объяснить?

— Мы вместе или не вместе?!

— Вместе!

— А твои женщины?

— Да какие, блять, женщины, я работаю как вол!

— И никого не было?

— Ну, были, конечно… Хорош мне яйца выкручивать, говори, что хочешь.

— Хочу, чтобы только со мной был.

— Ну, охуеть запросы. А ты представляешь, сколько я буду тебя трахать, когда приеду? Выдержишь?

— Выдержу! Но только если будешь моим.

— Ладно.

— Не делай мне одолжение!

— А ты не выноси мне мозг, и без тебя проблем хватает. Чтобы сегодня же переехала!

— А когда ты…

— Когда надо! — рявкает он и бросает трубку, а я, все равно, улыбаюсь, как дура. Отдаю телефон, выхожу из подсобки.

— Выпила? — смотрит мама с надеждой, а мне ее обманывать не хочется, но сейчас лучше так.

— Конечно. Пойдем уже. Я на учебу опаздываю.

Мама была против, но с некоторых пор я научилась говорить нет. Научилась давать понять, что для меня лучше. Да и для нее тоже.

Совсем недавно в ее жизни появился мужчина, и она крайне редко может с ним видеться, потому что я вечерами дома. Мой отъезд позволит ей наладить ее жизнь, а я буду ждать Влада. Конечно, он не сказал, когда приедет, но я, все равно, жду.

Хоть и обижена за его тон, которым он со мной даже не попрощался.

Новая квартира, и правда, нашлась прямо возле универа. Вечером того же дня мне повонила риелтор, заехала за мной и повезла смотреть.

Влад словно знает, что мне нравится, а может, просто, дело в том, что эта квартира почти полное отражение той, в которой живет он? Кажется, вот-вот дверь ванной откроется, и он выйдет весь распаренный и полуголый.

— Ну, как вам? Заказчик сказал, что квартира должна вам понравиться, только после этого я оформлю все документы.

— Мне нравится, — улыбаюсь я, смотря в окно. Город небольшой, так что отсюда виден даже лес…

— Ну, хорошо. Вот тут подпишите — просит она, и я, вернувшись к барной стойке, все подписываю, тут же получая ключи. Взвешиваю их в руке. — Тут от квартиры и подъезда. Спасибо за быстрое принятие решения.

— И вам спасибо, — киваю красивой молодой женщине. Внутри копошится непонятное ощущение горечи. Она такая лощеная, такая строгая. Интересно, давно ли знаком с ней Влад? Спал ли он с ней? — Скажите, а вы знаете заказчика?

— Напрямую нет. Со мной связался директор нашего агентства. Я так понимаю, у них какие-то дела.

— Оу, — даже стыдно за свои мысли. Мы прощаемся, и я остаюсь одна. Осматриваю каждый угол, пробую сесть на кровать и думаю, что мне тут очень понравится жить. И ждать Влада. Прям, интересно, когда он приедет, и приедет ли вообще?

Может, он этой квартирой откупился от меня и занимается своими делами? Своими женщинами. Ведь он сам говорил, что может мне соврать. Накручиваю себя, как нитка на моток. Да так туго, что не сразу замечаю звонок в дверь.

Дыхание перехватывает.

А если это Влад?

Он, конечно, утром только в город свой вернулся, но вдруг!

Я бегу открывать и тут же удивленно отхожу назад, давая место курьеру. Да не одному. Они все носят и носят коробки, пока один из них не подает мне очередной документ для подписи. Я закрываю двери, спотыкаюсь о коробки, словно о внезапно выросшие грибы. Осторожно открываю первую. В ней еще одна коробка. С ноутбуком.

Обалдеть.

У меня такой дома был. Только тут версия другая. И планшет графический. Я широко улыбаюсь, чувствуя, как радость распирает изнутри. Они мне были необходимы для учебы!

Влад все помнит.

Помнит, что я для него рисовала…

В других коробках постельное белье, всякая домашняя утварь, кое-что из одежды. А еще тут лежит карточка, судя по всему, с деньгами.

На следующий день после учебы я иду проверять сумму и просто замираю, смотря на эту ошеломительную цифру. Вчера я копалась в коробках в поисках хоть одной записки. Но ничего не было.

Хотела еще раз позвонить на телефон, но оказалось, что я в «черном» списке. Мне бы обидеться, но у меня, оказывается, столько дел, что просто не остается времени на такое.

Мама все просится посмотреть квартиру, которую я сняла. Более того, требует ответа, где взяла деньги. Мне остается только сослаться на дела.

И я почти не обманываю.

Убрать пыль во всей квартире оказывается занятием не на один день.

Выполнить все пропущенные задания по учебе — это еще неделя.

Расставить по местам все мелочи и повесить шторы на окна — еще несколько дней. И каждый из этих бесконечных дней я надеюсь увидеть Влада, жду, что он постучит в мою дверь, войдет в мою спальню.

Каждую ночь я лежала час, порой два и просто вслушивалась в тишину квартиры в трепетном ожидании. Но его все не было.

Спустя три недели после его появления в квартире матери я сделала тест на беременность, но он оказался отрицательным, как и шесть других.

Я ревела полночи, потому что мне казалось, что все вот это я просто не заслуживаю. Словно вымолила за фиктивную беременность, словно обманула.