— Ничего не надо проверять. Сидите здесь.

Я пошел на кухню, поставил контейнер с супом на стол. Пахло, кстати, неплохо. Но есть это я не собирался.

Через пять минут Женя вышла из туалета. Вся такая довольная, поправила блузку, улыбнулась.

— Ну, я пойду, – сказала она. – Вы тут... это…если что, звоните. Я всегда рядом.

— Спасибо, Жень.

Она уже взялась за ручку двери, как вдруг из прихожей раздался душераздирающий крик:

— Жужа! Жужа, не надо! Жужа, фу!

Мы с Женей обернулись.

Из гостиной вылетела Жужа. В зубах у нее была... Женина туфля. Дорогая, лаковая, идеальная. Теперь с мокрыми следами зубов и покусанным каблуком.

— Моя туфля! – взвизгнула Женя.

Жужа пробежала мимо нас, гордо неся трофей, и скрылась в спальне.

— Жужа! – заорал я. – Назад! А ну, сюда, мерзкая собачонка!

— Это же "Прада"! – Женя чуть не плакала. – Лимитированная коллекция!

В коридор выбежали девочки.

— Ой, – сказала Варя. – А чего это она?

— Жужа туфельку унесла, – пояснила Вера. – Наверное, ей понравилась.

— Она их собилает в коллекцию, – сказала Варя. – У нее уже есть мамины тапочки и бабушкина шлепанца.

Женя смотрела на меня с ужасом.

— Что же мне теперь делать? – выдавила она, размазывая тушь под глазами. – Как же я без туфли пойду?

– Я сейчас тебе такси вызову и это… – потянулся к пальто и достал из внутреннего кармана кошелек. Вытащил оттуда пятитысячную бумажку и протянул Жене. – Этого хватит?

– Нет! – завизжала Женя и выбежала из комнаты, громко хлопнув дверью. В одной руке она держала сумку, в другой — туфлю. Я закрыл за ней дверь и прислонился к ней спиной.

Девочки смотрели на меня.

— Пап, – сказала Вера. – А она больше не плидет?

— Не знаю, доча. Не знаю.

— А Жужа молодец?

Я посмотрел на них. На их сияющие глаза. На игрушечный меч и расческу.

— Знаете, девочки, – сказал я. – Жужа сегодня получит две сосиски.

— Ула! – закричали они и бросились в спальню спасать туфельку Prada от возможной беды. Хотя, скорее всего, помочь ей уже было невозможно.

Я достал телефон и написал жене:

"Только что Жужа уничтожила туфлю Жени. "Прада".

Через минуту пришел ответ:

“Я что-то не поняла, а что твоя любовница делала в нашем доме?”

Что на это ответить я не знал, поэтому спрятал телефон подальше и пошел готовить девочкам ужин.

А еще я понял, что мне не до пустяков и не до праздных разговоров. Мне еще детей кормить и спать их укладывать. Папа это вам не мама!

На следующее утро, я стоял на кухне и кипятил молоко для девочек, чтобы они поели хлопья. Похоже, в ближайшее время, каши я не буду и пытаться варить, здоровье дороже.

А еще я пытался придумать, как объяснить Юле, что Женя делала в нашем доме. Телефон молчал, но это было хуже любых сообщений. Юлина молчанка – страшное оружие.

— Пап, – позвала Вера из гостиной. – А мы будем завтлакать?

— Будем, доча. Еще пять минут.

— А Жужа уже съела полтуфли. Она не лопнет?

Я вздохнул. Жужа сидела в углу и доедала каблук с таким видом, будто это был деликатес.

— Не лопнет, – ответил я. – У нее желудок тренированный.

И тут зазвонил телефон. Начальник. Снова.

— Андрей Романович, – голос был взволнованным. – Срочно нужно на объект. Там проблемы с подрядчиками, они грозятся остановить стройку. Без вас не разрулим.

— Я в отпуске, – напомнил я.

— Я знаю. Но это очень серьезно. Приезжайте, пожалуйста. На час-полтора.

Я посмотрел на закипающее молоко, пенка которого была готова выпрыгнуть и облить все к херам.

Посмотрел на девочек.

На Жужу, дожевывающую "Праду" и тяжко вздохнул. Похоже отпуск накрывался медным тазом. Хотя… лучше все же на работе, чем с двумя гиперактивными и взрывоопасными девочками-близнецами.

— Хорошо, – сказал я. – Буду через два часа.

Я положил трубку и повернулся к девочкам.

— Так, принцессы. Быстро доедаем и едем в детский сад.

— В садик? – удивилась Варя. – Но мы же с тобой!

— У папы работа, – объяснил я. – Очень важная. Надо спасать стройку.

— А мы?

— А вы пока в садике. С детками. Поиграете, поедите, а вечером я вас заберу. Договорились?

Девочки переглянулись. Потом посмотрели на меня. Потом на Жужу.

— А Жужа?

— Жужа поедет с нами. В садик собак не пускают, но я что-нибудь придумаю.

Через тридцать минут мы были готовы. Девочки одеты, причесаны (как смог), на спине миленькие розовые рюкзачки (наверняка Юля купила, кто же еще?)

Жужа сидела в переноске и смотрела на меня с подозрением

— Только без фокусов, – предупредил я ее. – Никаких туфель.

Жужа фыркнула.

Детский сад встретил нас шумом, беготней и запахом манной каши. Воспитательница, тетя Наташа (отчества ее не знал, поэтому называл также как девочки – тетя Наташа), встретила девочек с распростертыми объятиями.

— Андрей Романович, – удивилась она. – Вы? Обычно Юлия Викторовна приводит...

— Юлия Викторовна в отъезде, – объяснил я. – Я теперь главный по доставке.

— А Жужа? – тетя Наташа посмотрела на переноску.

— Жужа со мной. Она... эээ... служебная собака. Охраняет важные документы.

Тетя Наташа посмотрела на меня с сомнением, но спорить не стала.

— Девочки, раздевайтесь и мойте руки, – скомандовала она.

Вера и Варя чмокнули меня в щеки и убежали в группу. Я постоял минуту, глядя им вслед, и почувствовал странную пустоту. Всего полдня без них, а уже тоскливо.

— Давай, Жужа, – сказал я собаке. – У нас работа.

На стройке было шумно, пыльно и грязно. В общем, как обычно. Куча рабочих стояли у входа с кислыми лицами и ковыряли в носу. Рядом с ними был подрядчик, здоровенный мужик с красной рожей, который орал на прораба и размахивал руками.

— Андрей Романович! – прораб бросился к моей машине. – Слава богу, что вы приехали! Они говорят, что мы не доплатили за материалы, и отказываются работать. Стройка встанет!

Я вышел из машины, надел на голову оранжевую каску, протянутую мне прорабом. Поставил переноску с Жужей на капот (пусть дышит свежим воздухом) и направился к толпе.

— Спокойно, мужики, – сказал я громко. – Давайте разбираться.

— Че разбираться-то? – заорал подрядчик. – Деньги не платите, материалы не везем! Мы так не работаем!

— А документы? – я подошел к нему вплотную. – Договор подписан? Акты выполненных работ есть?

— Есть, но...

— Если есть, значит, деньги будут. Сегодня же перечислю аванс за следующий этап. Но если вы сейчас уйдете, я найду другую бригаду, а с вами буду судиться за срыв сроков. Выбирайте.

Подрядчик замялся. Рабочие зашептались.

— Мы подождем, – буркнул он. – До вечера.

— До обеда, – поправил я. – В три часа деньги будут на счету. Проверяйте.

Я развернулся и пошел к машине. Жужа смотрела на меня с уважением.

— Что, Жужа, удивилась? – я погладил ее. – Папа не только макароны варить умеет, да?.

Жужа гавкнула. Кажется, одобрительно.

Офис встретил меня стерильной тишиной и запахом кофе. Секретарша на ресепшене удивленно подняла брови.

— Андрей Романович? Вы же в отпуске...

— Я ненадолго, – бросил я на ходу. – Коммерческий директор где?

— На совещании.

— Прекрасно. Сообщи ему, чтобы он вместе со своим отделом был в моей переговорной через пять минут.

Я зашел в свой кабинет, бросил куртку на кресло, поставил Жужу на пол. Она осмотрелась, обнюхала ножку стола и забралась под диван, видимо, решила, что здесь безопасно.

Через пять минут я был в переговорной. Сидели коммерческий директор, его зам и два экономиста.

— Так, – я сел во главе стола. – По объекту номер три нужен срочный аванс подрядчику. Три миллиона. Сегодня до двух часов.