— Задача ясна? — спросил его Владимир перед началом.

— Так точно, — улыбнулся Тарасов, перебирая струны гитары. — Стать душой компании. Стать лидером. И мягко, незаметно подвести их к краю пропасти. А потом толкнуть.

— Главное — не переиграйте. Они должны любить вас.

— Владимир Игоревич, меня любили даже в гестапо, когда я там работал водителем, — подмигнул «Артист».

Место действия — заброшенный пансионат НКВД, окруженный высоким забором и лесом. Степан с бригадой техников за три дня превратил его в одну большую съемочную площадку. Камеры были спрятаны за зеркалами (привет Берлину!), в вентиляции, в кустах. Микрофоны висели в люстрах.

— Это не кино, Володя, — ворчал Степан, настраивая фокус. — Это вуайеризм какой-то. Мы за людьми подглядываем.

— Мы науку делаем, Степа. Социальную инженерию.

**День первый.**

Автобус привез участников. Их встретили вожатые (переодетые сотрудники МГБ). Объявили легенду: это специальный слет для подготовки к международному фестивалю. Но есть нюанс.

Владимир вышел к ним в актовом зале.

— Товарищи комсомольцы! Среди вас находится условный противник. Профессиональный агент, чья задача — сорвать подготовку фестиваля. Ваша задача — вычислить его и обезвредить. Голосованием. Каждый вечер вы будете собираться здесь и называть имя подозреваемого. Тот, кто наберет большинство голосов, покидает игру.

Ребята переглянулись. Сначала был смех. «Да мы его в пять минут расколем!». «У шпиона глаза бегают!».

Тарасов (по легенде — геолог, вернувшийся из экспедиции) сидел в заднем ряду и скромно улыбался.

**День третий.**

Атмосфера в пансионате накалялась.

Первым «вычислили» очкарика-физика Сашу. Он был замкнутым, читал странные книги и не любил ходить строем.

— Он нелюдимый! — кричал Витя-комсорг на вечернем собрании. — Он что-то пишет в блокнот! Это шифровки!

Сашу выгнали. Тарасов при этом голосовал против Саши, но с оговоркой: «Ребята, может, не надо? Парень просто стеснительный… Хотя, конечно, бдительность нужна».

Этим он заработал очки как «самый гуманный».

Ночью Тарасов пробрался на кухню и насыпал в компот соль вместо сахара. Утром весь лагерь плевался.

— Диверсия! — орали ребята. — Кто был на кухне?

Подозрение пало на полную девушку Катю, которая любила поесть. Катю выгнали. Тарасов утешал её перед отъездом, даже подарил шоколадку.

Владимир и Степан наблюдали за этим из аппаратной, где стояли мониторы (переделанные радарные экраны и кинопроекторы, дающие картинку с задержкой, но позволяющие видеть процесс).

— Смотри, что творит, гад, — восхищенно шептал Степан. — Он их вертит как хочет. Они ему в рот смотрят.

— Потому что он говорит то, что они хотят слышать. Он самый громкий патриот.

**День пятый.**

Тарасов перешел к активным действиям. Он «завербовал» Леночку. Вечером у костра, под гитару, он пел ей песни о тайге и романтике. А потом, прогуливаясь под луной, как бы невзначай сказал:

— Лен, а ведь Витя-комсорг… он какой-то слишком правильный. Тебе не кажется? Обычно такие и оказываются врагами. Маскируются под активистов.

Зерно упало на благодатную почву. Леночка рассказала подругам. Слух пополз по лагерю.

Витя чувствовал, что вокруг него образуется вакуум. С ним перестали здороваться. На него косились.

Владимир в аппаратной курил одну за другой.

— Это страшно, Степа. Это модель общества в миниатюре. Стоит шепнуть — и героя превращают в изгоя.

— А Тарасов чистенький, — кивнул Степан. — Он даже Витю защищает. На публику.

**День седьмой. Финал.**

Осталось пятеро. Напряжение было таким, что в воздухе звенело.

Тарасов совершил главную диверсию. Он «украл» знамя слета. Утром флагшток был пуст.

Собрание было бурильным.

— Это Витя! — кричала Леночка, плача. — Он вчера ходил возле штаба! Я видела!

— Да я дежурил! — оправдывался Витя, красный от гнева и обиды. — Я охранял знамя!

— Плохо охранял! Или сам и украл, чтобы потом найти и героем стать! — подлил масла в огонь Тарасов. — Хотя… я не верю, что Виктор враг. Он же наш, советский… Но факты…

Голосование было единогласным. Витю, лидера, честнейшего парня, изгнали с позором.

Остались четверо. Тарасов, Леночка, спортсмен Сергей и агроном Марина.

— Поздравляю, — вышел на сцену Владимир. — Игра окончена.

Ребята заулыбались. Они думали, что победили.

— Шпион обезврежен? — спросил Тарасов, делая наивные глаза.

— Нет, — жестко сказал Владимир. — Шпион выиграл. Он уничтожил команду, стравил вас друг с другом, убрал лидера и украл знамя.

В зале повисла тишина.

— Кто? — прошептала Леночка.

Тарасов медленно встал. Его лицо изменилось. Исчезла добрая улыбка «своего парня». Появился холодный, циничный прищур профессионала.

— Я, Леночка. Я. Тот, кто пел тебе песни. Тот, кто кормил вас байками.

Он достал из кармана свернутое знамя и бросил его на стол.

— Вы искали врага в темном углу. А враг сидел с вами у костра. Вы искали того, кто молчит. А враг говорил громче всех. Вы искали того, кто отличается. А враг был таким же, как вы. Только умнее.

Леночка зарыдала. Сергей сжал кулаки, готовый броситься на «шпиона», но его остановили охранники.

— Это урок, — сказал Владимир, глядя в камеру. — Жестокий, но необходимый. Запомните этот стыд. И когда в следующий раз будете искать врага — смотрите не на одежду, а на дела.

Монтаж фильма «Найди шпиона» занял две недели. Владимир и Степан работали на даче, превратив одну из комнат в монтажную.

Это было не просто кино. Это был динамичный, захватывающий триллер. С закадровым голосом самого Леманского, который объяснял ошибки участников, разбирал психологические приемы Тарасова.

— Смотрите, — говорил голос диктора. — Агент использует лесть. Он соглашается с большинством, чтобы стать незаметным. Он инициирует слухи, но чужими руками.

Премьера для «узкого круга» состоялась в закрытом зале на Лубянке. Присутствовал Судоплатов, несколько генералов и представители ЦК.

Фильм закончился. В зале зажгли свет.