Вот так, за одну секунду, великий демон, внушавший всем первобытный ужас, оказался втоптан в грязь. Все его старания на прошлых испытаниях превратились в нелепую шутку — как и пафосные речи. Он потерял всю гордость вместе с рогами.

Совершенно иначе отреагировали фрейлины, целый месяц прислуживавшие Гобу и его шестёркам. Бедолаги до одури боялись даже взглянуть на демона, от одного его голоса у них подкашивались ноги. И вот этого монстра только что размазал по полу, как соплю, парень, казавшийся им слабой букашкой с их первой встречи… Их мир перевернулся.

Тем временем у четверых прихвостней Гоба сердца ухнули в пятки. Гнус, встретившись взглядом с этим чудовищем, едва не обделался. Он попытался рвануть прочь, но невидимая сила дёрнула его прямо к Кёну в руку.

~бум~

Кён схватил мерзкого «гоблина» на шею и смачно впечатал в пол, одновременно вывернув ему конечности за спину. Демон скрючился, приняв позу личинки опарыша.

Другие демоны с щенячьим визгом кинулись врассыпную, однако Кён активировал «Сдвиг реальности» и резким хватательным жестом заставил беглецов споткнуться, после чего играючи догнал их, как нашкодивших котят.

Прочистив горло, Кён обратился к онемевшей толпе: «Меня зовут Лавр! Я — тот, кто убил бога Бессмертных Костей с помощью загадочной черепахи по имени ТайГуй, способной отражать атаки! Да, я всего лишь человек, но лучше бы вам запомнить имя того, кто спас вашу жизнь, и кто обеспечил вас легендарными Бессмертными Костями!»

Повисла гробовая тишина. Конечно же Лавру не могли поверить на слово, даже несмотря на то, что иных объяснений случившемуся нет.

«Меня зовут Дитрих Фантом!» — внезапно заголосил дуон. — «Я ответственно заявляю, что в словах этого человека нет ни капли лжи! Я лично был свидетелем того, как он с помощью черепахи отражал все летящие в него атаки! Очевидно, никто другой не мог одолеть бога Бессмертных Костей, кроме самого бога Бессмертных Костей!»

Миллионы практиков переглянулись. Про Дитриха Фантома знали многие, ведь он входит в пятёрку сильнейших на испытании — тёмная лошадка дуонов. Раз он это сказал, то, наверное, так и есть, ведь его слова не могут быть пустым трёпом.

Кто-то из толпы крикнул: «Слава Лавру!»

«Слава Лавру! Слава Лавру!» — всё больше и больше зрителей выкрикивали эти слова, а уже через несколько секунд эти слова скандировали практически все.

Кён с благодарностью посмотрел на Фантома, а тот кивнул в ответ. На самом деле его помощь была спланирована. Парень рассчитывал на неё. Но это не умаляет его поступка.

Затем Кён покосился на Мерулу, у которой беззастенчиво украл всю славу — ведь без неё он бы не справился. Дуонка лишь закатила глаза и скрылась в глубинах змеи.

Когда крики начали затихать, Кён поднял руку и перешёл к самому интересному: «Многие из вас натерпелись от Гоба и его шайки. Сейчас я даю вам шанс расквитаться за все обиды. Бояться нечего — вас тысячи! Можете даже скрыть лица масками. Вперёд! Иначе я заберу всё веселье себе!»

В толпе появились шевеления… Вскоре вперёд неуверенно вышло десять человек… В их блестящих глазах читалась ненависть и надежда на справедливость. Они ненавидели этих демонов всей душой.

«Прекрасно, вы молодцы, что вышли первыми! Вы очень смелые.» — Кён схватил и подвесил за шею мычащего Гнуса с кляпом во рту. В его глазах читался ужас, когда он смотрел на этих десятерых. Он мог лишь смутно вспомнить, кого и как обидел.

~бум~

Одна девушка со стиснутыми зубами и слезами врезала Гнусу в живот… Этот удар был спусковым механизмом, означая начало справедливости над дегенератами.

Второй доброволец, уже без лишних слов, коротко кивнул и пробил Гнусу в пах… Третий парень, не отводя дикого, налитого кровью взгляда от одного из пленников, молча кинулся на него и принялся неистово забивать по почкам. Раздались оглушительные вопли рогатых.

Кён нанёс мощный удар бессознательному Гобу по шее, тем самым пробудив его и одновременно парализовав ниже плеч, и сказал: «Теперь он парализован и весь ваш. Только не убивайте их слишком быстро. Дайте и другим насладиться.»

«ЧТО ЗА⁈ ЧТО ЗА ХУЙНЯ⁈» — закричал Гоб, неспособный даже пальцем пошевелить, когда его швырнули, словно мешок с говном, к ногам семерых молодых людей.

Животный страх в голосе демона окончательно сорвал оковы сомнений с обиженных душ. Практики словно с цепи сорвались. Конечно, своими слабыми ударами они не могли нанести ему серьёзный урон, но это было лишь начало. Из толпы вышло ещё полсотни желающих…

«Спасибо, господин Лавр!»… «Вы — ангел!»… «Да благословит Вас Всевышний!»

Кён с улыбкой принимал благодарности, подпитываясь светлыми эмоциями этих незнакомцев. А где же знакомые лица? А, вот и они. В толпе мелькнули фрейлины, приставленные к нему Реей.

«Так это не сон?» — спросил Люсьен, утирая мокрые глаза.

«Развлекайтесь, ребятишки. Другого шанса не будет.» — Кён подмигнул им.

Двое бледных фрейлинов тяжело и прерывисто дышали сквозь стиснутые зубы, словно безумцы. Услышав слова Лавра, они с пугающей кровожадностью бросились на Гнуса. Вскоре мерзкий демон истошно завизжал. Брызнула кровь. С безумным смехом фрейлин поднял над головой нечто, подозрительно напоминающее яйца, и бросился обратно, пытаясь скормить их владельцу. Рядом рыдала его жена, судорожно кромсая плоть демона.

{Что за…} — Кён непонимающе уставился на Марго. По логике вещей, она должна была вымещать злость на Гобе, но вместо этого почему-то мучила совершенно другого демона — какого-то жалкого урода. Впрочем, копаться в её психологических травмах желания не возникло.

Новая партия мстителей накинулась на Гоба, как бывалые мясники. С него живьём сдирали кожу, вырывали зубы и ногти, а затем, вскрыв живот, вывалили кишки. Какая-то девушка в трансе танцевала с ними, словно гимнастка с лентой, пока демон с животным ужасом наблюдал за собственной смертью. И умереть быстро он не мог — слишком высокое развитие не позволяло отключиться от болевого шока.

Былой страх толпы переплавился в первобытную ярость. Вымещая ненависть на парализованных демонах, практики устроили настоящий пир мясников. Впрочем, эта кровавая баня пойдёт им только на пользу: слетят ментальные блоки, растворятся застарелые страхи, тормозившие развитие.

Глядя на куски стонущего плотского фарша, Кён удовлетворённо кивнул про себя. Такая смерть — более чем достойная расплата для ублюдков, покушавшихся на его жизнь и едва не изнасиловавших Серафиму. Хотелось бы, конечно, лично попытать их иглами, но эта способность почему-то оказалась заблокирована. Да и марать руки на глазах у всех не стоило — это могло навлечь гнев всей расы демонов. А так он просто дал отпор напавшему Гобу, а грязную работу доделала толпа мстителей. Идеальное алиби.

Сосуд света стремительно заполнялся… Как вдруг в поле зрения мелькнул самый настоящий лучик света. Взгляд Кёна сам собой примагнитился к белокурой красавице.

Кён встретился взглядом с Серафимой и невольно засмотрелся. Она грела сердце, словно богиня света, снизошедшая к смертному. Удивительно: после всего, что между ними произошло, девушка не утратила чистоты образа и выглядела всё такой же гордой леди, словно никто не порочил её три дня подряд.

Впрочем, интуиция подсказывала Кёну: всё не так однозначно. Где-то в глубине её глаз таился огонёк, какой встречается разве что у суккубов и крайне развратных особ.

Смерив посланника богини долгим холодным взглядом, Серафима процедила: «Два с половиной года из десяти уже прошло. Ты ввёл меня в заблуждение, но я сама виновата, что так легкомысленно к этому отнеслась. Надеюсь, ты доволен тем, как ловко используешь мое обещание, скотина.»

Кён вздёрнул брови, вспомнив: Серафима обещала его «светлой» личности десять лет служения. Вот только в день, когда он предложил ей переспать, девушка отказалась. А теперь заявляет такое?

Когда красавица проходила мимо, Кён перехватил её запястье, заставив посмотреть на себя: «Думаешь, всё, что между нами было — это просто выполнение договора?»