«Ты гораздо хуже!» — крикнула Серафима, но от напряжения внизу живота согнулась пополам, издав соблазнительный стон. — «Лучше кто угодно… Но… Не ты…»

После этих слов глаза Амира налились кровью. Если бы только он не поддался на эту дурацкую провокацию, а просто настоял на своём, то сейчас всё было бы иначе… Госпожа Серафима сама сказала, что лучше кто угодно, чем этот ублюдок.

Кён, разумеется, не воспринимал слова Серафимы всерьёз. Он догадался, что она пытается так ответить ему за то, что он сказал, что «вылечит» её во многом из-за Клементины. Ему определённо следовало подбирать более деликатные слова, но слишком уж она раздражает его своим эгоизмом и ненавистью к сестре.

«Госпожа, что нам делать?» — спросил один из светлых с дрожью в голосе.

Серафима хотела что-то сказать, но лишь пошатнулась и, жалобно изогнув тонкие брови, прикладывала все усилия, чтобы не потерять контроль.

Светлые переглянулись. Они видели лишь страх и неуверенность на лицах товарищей. То, что у них ни единого шанса, очевидно и без лишних слов. Однако могли ли они просто взять и отдать госпожу Серафиму коварному человеку, который, судя по её же словам, даже хуже того же демона и кого бы то ни было? Учитывая то, что он владеет Проклятым Разрезом, на что способны только тёмные, в её утверждение сложно усомниться.

«Вы на тот свет торопитесь?» — спросил Кён, видя, как его осторожно окружают.

Светлые уже хотели кинуться в атаку, как вдруг услышали голос госпожи Серафимы.

«Этим вы… ничего не измените… Не надо.»

«Но мы не можем бездействовать! Мы не отдадим вас ему!»

«Вы лишь усугубите моё… положение…»

Слова девушки внезапно прозвучали разумно и убедительно. Раз уж это неизбежно, то почему они должны тратить драгоценное время госпожи Серафимы на исцеление?

Кён, оценив ситуацию, с лёгкой улыбкой направился к прекрасной девушке, но вдруг вспомнил кое-что, вернулся назад и зачем-то похлопал Амира и Алтая по пояснице со словами: «Вам не о чем волноваться. В итоге всё будет хорошо.»

Никто так и не понял, что произошло. А правда в том, что Кён Синергией обрезал Амиру и Алтаю нервы в третьем поясничном позвонке, тем самым парализовав им нижнюю часть тела. Теперь, когда они вернут боеспособность, то всё равно будут безвредны.

Разумеется, в планы Кёна не входило оставлять калеками двух светлых. Лечебная медицина собственного производства восстановит им обрезанные нервы за 5 минут.

«М-М-М! М-М-М-М-М!» — замычал Амир с каменным кляпом во рту, видя, как товарищи, потупив взгляд, трусливо расходятся от человека, позволяя ему пройти к госпоже Серафиме. В эту секунду он действительно готов был разорвать их за бесхребетность.

Разумеется, светлые не планировали выполнять истеричный приказ Амира. Его легко понять. Он проиграет больше всех, а если говорить на чистоту, желания ложиться костьми под его мечты никто не имел, тем более, что на кону не стоит жизнь госпожи, если верить словам Лавра. Да, это ужасно и унизительно, что благородную светлую опорочит такой человеческий ублюдок, но всё-таки она будет спасена…

Кён спокойно прошёл между светлыми, приближаясь к блондинке…

Серафима жмурилась, боясь открыть глаза, ведь если она увидит злодея перед собой, то наверняка потеряет контроль… Почему-то половой акт, который она инициирует сама, против своей воли, пугал даже больше, чем по принуждению Клементиной. И от одной мысли о сексе сносило голову, а между ног творилось нечто невообразимое.

Внезапно Серафима ощутила аромат, который нёс с собой лёгкий ветерок от чужого дыхания. От него ноги стали ватными, а ведь запах даже не принадлежал Кёну! Её дивило то, как умело он умеет маскировать свою личность. Ресницы девушки задрожали и непроизвольно распахнулись… Затуманенным взглядом она смотрела на красивого парня в двух метрах от себя. Мысли уносились прочь, но ведь… Это ведь не Кён!

«Смени… Смени внешность!» — потребовала Серафима.

Кён заблаговременно нанёс звукоизолирующий барьер и в ответ покачал головой: «Ты же знаешь, что я не могу, иначе во мне узнают незаконного. К тому же эта личность моя самая настоящая — первоначальная. Тебе стоит к ней привыкнуть.»

«Б-будь ч-человеком, а н-не монстром!» — Серафима хотела ругаться. Хоть она и понимала, что перед ней Кён, но сейчас его внешность так отличалась, что ей казалось, будто перед ней совершенно другой человек. Не было ни одного признака, по которому она могла узнать в ней того, кто её однажды взял. Однако, что самое страшное, возбуждение от этого лишь усиливалось, захватывая её ослабший разум.

«Не важно, как я выгляжу, какой у меня голос и даже запах. Важно, что я — это я. И ты это знаешь.» — твёрдо сказал Кён, ведь для него только это имело значение.

«Ублюдок, ты… Какой же ты… Ублюдок!» — Серафима едва держалась на ногах. — «Зачем я вообще сбегала от Гоба, если… Если итог будет тем же⁈»

«Я очень рад, что тебе удалось спастись от Гоба и сохранить свою честь. Теперь ты будешь только моей и больше ничьей.» — искренне сказал Кён, страстно смотря на красотку.

Ранее Серафима насильно активировала форму Благословенной Святой, потому что предпочла бы смерть изнасилованию презренным демоном. Однако она была уверена, что будь на его месте Кён, то она так не поступила бы. Бессмыслица какая-то. Особенно учитывая её последние слова о том, что он хуже демона и вообще кого угодно.

Это из-за того, что он не настолько злодей, как Гоб? Вовсе нет. Может, на поверхности это и выглядит так, но внутри он даже хуже. Или это потому, что он уже был у неё первым, а значит, второй раз как будто бы «не считается»? Абсурд! Одно зло не оправдывает второе. Отнюдь повторение преступления — признак ещё большего зла.

А может, всё из-за мнимой надежды, что он сдержит своё слово и сделает её своей женщиной, независимо от её мнения? Ведь в таком случае она сможет забыть тот их тёмный эпизод из жизни, законно назвав его «неудачное знакомство со своим мужем». Тоже нет! Как она может хотеть быть женщиной мерзавца и насильника? Это будет хуже пытки! Лучше отправиться в тюрьму. Там хотя бы не придётся с ним спать.

Все эти мысли лишь промелькнули в голове Серафимы и вытеснились безумным, необузданным желанием секса, когда парень подошёл к ней на расстояние вытянутой руки. В эту секунду девушка видела в нём уже не личность, а сочный кусок мяса, который утолит её безумный сексуальный голод… Шторки опустились. Блондинка прыгнула на красавчика и обняла его руками и ногами, слившись с ним в страстном поцелуе.

Зрители разинули рты, задыхаясь от зависти и ярости. Амир чуть не захлебнулся слюной. Он барахтался как селёдка, выброшенная на сушу. Его госпожу сейчас лишат невинности… И сделает это презренный человек, который обманом отнял её у него!

Грядущим сексом Кён преследовал несколько целей. Одна из них, разумеется, исцелить Серафиму. Вторая — выкачать из светлых, в частности Амира, тёмные эмоции. Ядро Пустоты обожает ревность и зависть. Третья — ключевая и самая главная. Пожалуй, даже если бы девушку не отравили, ради третьей цели с ней пришлось бы переспать, потому что она позволит сбежать от Гоба и спасти всех, кто тут заперт.

(18+*)

Кён не мог насытиться сладким вкусом и ароматом Серафимы. Он понёс её в палатку, создал кровать и попытался уложить на неё пылающую жаром леди, но безуспешно. Она противилась всеми силами, отказываясь становиться в слабую позицию. В итоге оба нашли компромисс: легли набок, продолжая обниматься и целоваться.

Руки Серафимы блуждали по спине… Она жадно щупала талию и задницу парня, не в силах насытиться его филейной частью. Кён не отставал. Однако стоило ему спуститься по тонкой талии к попке, как он услышал звук рвущейся ткани и холодок в промежности, а затем его мошонку безжалостно смяли.

Кён издал стон. С силами Серафимы она не могла причинить ему боль, но своими нежными ручками она делала ему очень приятно. Такой массаж многим пришёлся бы по вкусу. Впрочем, то, с какой яростью она их «массировала», вызывало холодок внутри. Не потеряй она свою силу, несомненно раздавила бы их всмятку!