Если первые дни светлые относились к человеку настороженно, и то во многом из-за отношения Серафимы к нему, то затем уже воспринимали его более лояльно, а во время охоты и вовсе безоговорочно подчинялись, иначе они подставят товарищей и испортят охоту.

Впрочем, мнение Серафимы разделял ещё Амир. Однако ему хватило ума прекратить пытаться поставить человека в неудобное положение, даже в тех ситуациях, когда он был уверен в своей правоте. Нескольких болезненных тумаков ему хватило.

На следующий день охоты Кён заметил приближающуюся группу из 5-ти тёмных эльфов: серокожих остроухих изящных красавцев и красавиц. Уникальность их расы заключается в том, что ночью они получают прибавку сил, а днём, наоборот, становятся лёгкой жертвой. Но на испытании Бессмертных Костей эта их особенность выключается, ведь времена дня и ночи здесь искусственные, как и светило в небе.

«Сегодня будем охотиться на прямоходящих хищников.» — сказал Кён, потирая ладони.

«Это что за зверь такой?» — с интересом спросила Рая.

«Самый опасный зверь в мире!» — усмехнулся Кён и скомандовал. — «За мной!»

Амра последовали за человеком и запоздало заметили, что они приближаются к группе тёмных эльфов, потому что сканирование в этом месте в значительной степени подавлено, а острое зрение и внимательность у Малика развито куда лучше, чем у них.

Среди группы тёмных эльфов сильнейший находился на 3-й ступени Бессмертной Плоти. Со своей силой они могли бояться лишь малую часть участников, поэтому спустя неделю они решили поохотиться на практиков, ведь с охотой на зверей у них не заладилось.

К слову, тёмные эльфы относились к низшей расе. Им пришлось дорого заплатить, чтобы купить у высшего поднебесья пять мест для доступа к императорскому испытанию.

Но внезапно, не успев даже среагировать, тёмные эльфы оказались в окружении. На них давило несколько мощных аур, от которых в коленках появлялась дрожь.

«Передайте нам весь суспендий и можете идти своей дорогой.» — сухо сказал Кён.

Лидер тёмных эльфов странно взглянул на человека, — что это за слабак, и почему он вообще раскрывает рот? — и взглядом отыскал лидера группы. Между прекрасной девушкой и блондином он решил, что лидером является последний.

«Меня зовут Аншин Дамантус, я сто третий принц императора Луносвета Дамантуса. Как я могу к вам обращаться?» — с вежливым поклоном эльф обратился к Амиру.

«Амир Амра. Средний ученик мастера Густава Амра.» — с лёгкой улыбкой ответил Амир, чувствуя самодовольство, что эти ребята держат Малика за пустое место, тогда как его самого приняли за лидера. Его отношение к этой группе резко улучшилось.

Кён покашлял в кулак: «Простите, вы будете с каждым встречным-поперечным знакомиться? У нас так много времени на ненужную болтовню перед ограблением?»

Тёмные эльфы пронзили человека неприязненным и разгневанным взглядом. Они планировали выйти сухими из воды, но этот человек смеет портить им планы.

Аншин с презрением процедил: «Господин Амир Амра, кто это ничтожество, и почему оно говорит так, будто возглавляет вас, благороднейших светлых⁈ Это оскорбительно!»

«Господин Амир, за подобное поведение он должен понести наказание. Если вы не возражаете, я возьму на себя грязную работу.» — добавил другой эльф, смотря на человека, как на мерзкую личинку.

«Ну… Он, конечно, дерзкий малый, но всё-таки полезен для нас…» — Амир заколебался. Будь его воля, он бы позволил тёмным эльфам немного поколотить человека, но разве госпожа Серафима одобрит его поступок? Он посмотрел на красавицу, но по её невозмутимому виду ничего не мог сказать.

Кён хлопнул себя по лицу: «Охренеть… Какое-то ничтожество, которое вот-вот будет ограблено, оскорбляет члена вашей команды, а вы вместо того, чтобы выбить из него всю дурь, колеблетесь, думая, а не пойти ли у него на поводу?»

Кён посмотрел на Серафиму с упрёком, как бы говоря ей: «И вот этого придурка ты назначила своим заместителем?», но в ответ девушка качнула головой, тем самым как бы отвечая, что он сам виноват, что выстроил плохие отношения с ним.

Тогда, не имея выбора, Кён взглядом обратился к остальным членам команды.

«Господин Амир, Малик прав. Эти чужаки слишком много себе позволяют.»… «Верно. Почему мы вообще возимся с ними? Малик ценный член нашей команды, а ещё он помогает девушкам с готовкой.»… «Если бы не он, мы не добыли бы и одной десятой части суспендия, что имеем сейчас! Тёмные эльфы перешли черту!»

К разочарованию Амира, остальные члены команды безоговорочно встали на защиту Малика. За какую-то неделю он действительно хорошо влился в коллектив, заручившись поддержкой почти каждого. Почему все так легко поддались на его влияние?

Тёмные эльфы, видя, к чему всё идёт, изменились в лице.

«Господин Амир Амра, забудьте о моих глупых словах! Я не знал, что этот человек так важен для вашей группы, поэтому проявил неосмотрительность… В качестве компенсации я предоставлю вам три жмени суспендия.» — произнёс Аншин.

«Ого, какое щедрое предложение, целых три жмени суспендия!» — Кён рассмеялся. — «Ваши жизни стоят так дёшево? Я думал, тёмные эльфы имеют больше самоуважения.»

«Светлые никогда не опустятся до грабежа, не так ли⁈» — добавил Аншин.

«А я разве похож на светлого?» — с улыбкой спросил Кён, шагнув вперёд.

«Ты похож на мертвеца!» — прошипел тёмный эльф, попытавшись схватить ублюдка за шею. Тот подошёл слишком близко, а раз так, то его можно взять в заложники. Однако человек со взрывной скоростью отступил за спину товарищей…

«Атакуйте дичь!» — скомандовал Кён.

Светлые рефлекторно подчинились приказу руководителя, как и все разы до этого во время охоты. Все, кроме Амира и Серафимы, принялись колотить тёмных эльфов, но чем больше они старались, тем более жуткие вопли издавали бедолаги, пока и вовсе не начали со слезами молить о пощаде. В этот момент Амра почувствовали себя злодеями и грабителями. Неужели влияние одного лишь человека настолько сильно изменило их?

«Этого достаточно.» — сказал Кён, предвидя, что светлые вот-вот остановятся, затем подошёл к побитым эльфам и начал невозмутимо снимать с них пространственные кольца.

«И это ты называешь охотой?» — скрестив руки, с презрением спросила Серафима.

«Госпожа Серафима, а ведь вы правы… Во время охоты мы всегда убиваем добычу. Если вы желаете прикончить их, то я не стану вас останавливать.» — ответил Кён.

«Ни за что! Д-да как ты вообще мог подумать об этом? Я говорю о том, что мы поступаем как, не побоюсь этого слова, гнусные грабители!» — убеждённо сказала Серафима.

Амир добавил: «Госпожа Серафима права. Не подобает благородным светлым поступать столь низменно, как негодяи. Нельзя издеваться над слабыми.»

«А какой дурак будет издеваться над сильными?» — спросил Кён, чем озадачил всех

«Сила нужна для того, чтобы защищать слабых!» — убеждённо не согласился Амир.

«Навешивать на сильных какие-то нормы — это тактика слабых. Это раз. Сперва стань сильнее всех, чтобы разбрасываться такими словами. Это два. И вообще, злодеев не существует, все герои своей истории. Даже убийца оправдает себя тем, что очищает мир от мусора и слабаков, да только не все будут с ним согласны.»

«Эти остроухие, например, ничуть не лучше. Уверен, будь они сильнее, пересчитали бы тебе все косточки, а может быть, отрезали бы что-нибудь по приколу. И вообще, вам не показалось странным, что слишком уж много колец носят с собой эти эльфы? Так что считайте, что вы наказали грабителей. Ваша совесть чиста.»

«Но мы не обязаны уподобляться им! Чем мы тогда будем лучше?» — продолжил Амир.

«А нахрена вам быть лучше?» — терпение Кёна подходило к концу. — «Здесь всем насрать на вас. Будь вы хоть трижды светлыми, если вы окажетесь слабее, то вас побьют, ограбят, а может даже, убьют. Если для вас так важно оставаться хорошими для себя, то считайте, что это я во всём виноват, так как именно я раздаю указания.»

Слова Малика звучали громко и ясно, а главное, доходчиво настолько, что светлые не знали, что ответить. Они перевели взгляды на Амира, но он молчал. Тогда они посмотрели на госпожу Серафиму, как на последний лучик надежды.