Илай хихикает.

— Может быть. Хотя это было весело.

Мороженое исчезает у него во рту, когда он плюхается на ближайший диван. Он улыбается мне, прежде чем предложить ванну.

— Полуночный перекус?

Я отказываюсь, качая головой.

— Мы уже кое-что украли.

Илай сердито смотрит на Джуда.

— Мне что, правда нужно искать новое укрытие? На прошлой неделе ты съел все, другое мое мороженное от Ben and Jerry's.

— Это была чрезвычайная ситуация, — оправдывается он. — Что ты вообще делаешь?

Он пожимает плечами, пока ест.

— Феникс храпит во все горло, а Бруклин снова украла все покрывала.

— Мы купили ему эту подушку, — жалуется Хадсон. — Весь чертов дом вибрирует от его храпа.

— Она в его комнате, не в ее.

— Это полезно.

— Не совсем. — Илай фыркает. — Но для тебя это Феникс. Я решил оставить их наедине и вместо этого спуститься вниз.

Начиная новый раунд, мы быстро заходим в тупик. Я отказываюсь от своей стратегии и меняю масти, нацеливаясь на другую подходящую пару. Илай наблюдает за нами, пока жует.

Следующая карта, которую я беру,

— Семерка треф. Идеально. — Я вижу, как формируется мой план. Пять избиений, шесть разбитых носов и семь часов криков. Все, что мне нужно, — это восьмерка.

— Дурацкая игра, — говорит Хадсон себе под нос.

— Тебе действительно не нравится проигрывать, не так ли? — Я смеюсь.

— Я жил с Кейдом после того, как меня усыновили его родители. Представь, что ты соревнуешься с этим мудаком.

— Я откажусь от этого удовольствия, — комментирует Джуд.

— Не то, чтобы там была большая конкуренция, — продолжает Хадсон с насмешкой. — Даже сейчас он все еще зол, что я нашел этот дом первым и закрыл сделку раньше, чем он смог.

— Дом, который он хотел, был в два раза больше, — добавляет Илай.

— Вы жалуетесь на мою покупку?

Он слизывает последние остатки мороженого со своей ложки.

— Ты думаешь, меня это волнует? Это место и так слишком большое.

— Некоторые из нас ценят пространство и не спят на Феникса каждую ночь, как ленивцы. — Джуд с усмешкой раскладывает карты. — Игра окончена. Я выиграл.

— Черт! — Рявкает Хадсон.

Джуд бьет его по голове, говоря, чтобы он помолчал. Он действительно ненавидит проигрывать. Соглашаясь на перемирие, они скрепляют мирное соглашение еще одним поцелуем.

— Во что нам теперь поиграть? — Я спрашиваю, зевая.

Илай откладывает ложку.

— У меня есть игра.

Отдавая ему карты, Джуд тасует их, чтобы Илай мог сесть на пол рядом с нами. Он останавливается у соседнего дивана, хватает вязаное одеяло со спинки и, не говоря ни слова, набрасывает его мне на плечи.

У меня горит в груди.

— Спасибо, Илай.

— Без проблем, — отвечает он. — Здесь холодно. Кейд отвечает за термостат, а он горячий парень.

— Кому-то действительно нужно украсть у него этот пульт, — предлагает Джуд. — Я предпочел, чтобы было жарко, чем холодно.

— Оставь это мне. — Хадсон злобно ухмыляется. — Я заберу его.

— Ты обещал Брук, что перестанешь заводить Кейда, — отвечает Илай. — Особенно после того, как ты целый месяц прятал ключи от его машины.

— Что ж, теперь я спрячу пульт на месяц. — Хадсон потирает руки. — Проблема решена.

За несколько раундов до следующей игры ситуация стала серьезной. Оказывается, Илай на целую лигу выше нас и неизменно обыгрывает нас троих в каждой игре, которую предлагает Хадсон. Я думаю, его мозг в любой день может соперничать с мозгами Тео.

Пока они тасуют карты и спорят о последнем раунде, я, извинившись, иду на кухню за водой и проверяю свой телефон, так как услышала, как он жужжит.

Сейчас почти четыре часа утра, но в моем групповом чате с ребятами, который мы недавно создали, меня ждет серия текстовых сообщений. Сейчас никто не спит.

Ли: Я скучаю по тебе, Златовласка.

Энцо: Ты виноват, что она ушла, мудак.

Ли: Разве ты не должен сладко спать?

Энцо: Я, блядь, не Золушка.

Хантер: Заткнитесь вы оба. Харлоу, пожалуйста, вернись домой. Давай поговорим.

Тео: Некоторые из нас все еще работают в офисе. Дайте ей передышку, черт возьми, ладно?

Боль выжимает из моего сердца все досаду до последней капли. Прошло всего несколько дней, но я ненавижу расстояние, между нами.

Харлоу: Я тоже по вам скучаю, ребята. Мне просто нужен был перерыв.

Ответов не пришлось долго ждать.

Энцо: Почему ты не спишь? Что случилось?

Хантер: Ты в порядке?

Харлоу: По той же причине, что и вы.

Ли: Мне жаль, принцесса.

Хантер: Мы будем здесь, когда ты будешь готова поговорить.

Энцо: Скажи только слово, и я заберу тебя.

Мой телефон вибрирует от отдельного текстового сообщения от Тео в нашем личном чате. Обычно мы говорим только о книгах, но в последнее время, между нами, все изменилось.

Тео: Игнорируй их. Не торопись, тебе нужно время.

Харлоу: Ты все еще уверен, что не ненавидишь меня?

Тео: Ничуть. Спи крепко, красавица.

Я ударяюсь лбом о холодильник. Мои расцветающие чувства к Тео только еще больше усложняют ситуацию. Он стал хорошим другом, и иногда я ловлю себя на том, что хочу большего. Я не могу справиться со своими собственными эмоциями.

Мы продолжаем ходить по кругу, и это утомительно. Ребята полны решимости защитить меня от всего мира. Я люблю и ценю их заботу, но они, похоже, не понимают, что я тоже нуждаюсь в защите от них.

ЭНЦО

Я бьюсь лбом о стену офиса. Господи, дай мне открыть глаза — и вот я уже дома, прижавшись к Харлоу в постели, чувствуя тепло её тела у себя под мышкой... Но нет.

Вместо этого я застрял в этом аду. Два часа сна за последние сутки. Нервы на пределе. Хантер сейчас на очередном совещании с суперинтендантом — и ему конкретно влетает за наши провалы.

Мы терпим поражение.

Это дело губит нас.

— Вбей в себя немного здравого смысла? — Тео смеется.

— Тебе когда-нибудь хотелось собрать вещи, прыгнуть в самолет и улететь на какой-нибудь необитаемый остров?

Его глаза прикованы к экрану, заполненному сложным компьютерным кодом.

— Всего пять тысяч раз в день. Обычно, когда Хантер не закрывает рот и несет свою чушь.

Вздохнув, я топаю обратно к черному кожаному дивану в углу его неопрятного кабинета. В отличие от нашего полуневротичного повелителя, который требует чистоты в каждом уголке своего офиса, Тео процветает за счет неорганизованности.

Как его сверхмощный мозг функционирует в таком беспорядке, я никогда не узнаю. Он живет в постоянном состоянии хаоса, и, похоже, это его нисколько не беспокоит.

Достав телефон, я захожу на защищенный сервер Сэйбер и запускаю нашу специальную программу отслеживания. Харлоу этого не знает, но мы добавили ее телефон в наш список отслеживаемых лиц в тот день, когда она распаковала коробку.

Я не сомневаюсь, что ей бы не понравилось, что мы постоянно следим за ней, двадцать четыре часа в сутки. Никто из нас и глазом не моргнул по поводу такого вторжения в ее личную жизнь.

— Она все еще с Бруклин. — Я отбрасываю телефон в сторону. — Мы договорились о нескольких ночах. Какого черта она все еще там делает?

— Красит ногти на ногах Брук? — Рассеянно предполагает Тео. — Устраивают бои подушками в своем кружевном нижнем белье? Пьют послеобеденный чай и обсуждают подходящих холостяков для ухаживания?

Схватив ближайшую книгу, лежащую без дела, я кидаю ею, с удовлетворением наблюдая, как она попадает ему в затылок.

Тео взвизгивает, поворачиваясь на стуле и свирепо глядя на меня.

— Ты слишком много смотрел Бриджертонов.

Тео насмешливо фыркает.

— Как будто у меня есть время. Я трачу каждую секунду дня на это расследование, в то время как вы двое сидите и беспокоитесь о Харлоу.

Я вытягиваю ноги.

— Она попросила перерыв. Хантер дал ей это. Это было неделю назад. Я не могу сосредоточиться, зная, что она не в безопасности дома, под защитой армии агентов.