— Да, сэр.

Томпсон посмотрел на часы.

— Восемнадцать сорок семь. Самолет Learjet на летном поле Боллинг готов к вылету. Команда грузится через пять минут. Митчелл, Брэдшоу, агенты Брукс, Келли, Томас, Риверс, немедленно к автомобилям. Поедете на Боллинг, оттуда в воздух. Оборудование, рации, бронежилеты, оружие, уже в самолете.

Агенты начали вставать и готовиться к выезду.

Я поднялся, взял блокнот и ручку со стола.

Стэнфорд окликнул меня:

— Агент Митчелл! Одно замечание!

Обернулся. Стэнфорд подошел и протянул папку с документами.

— Вот информация о Боинге 727. Технические характеристики, план салона, количество топлива, дальность полета. Командир воздушного судна, капитан Миллер, опытный пилот, двадцать два года в авиации, летал во Второй мировой войне пилотом бомбардировщика Б-17. Он спокойный, не паникует. Это хорошо. Но угонщик держит пистолет у его головы. Если капитан попробует что-то сделать, угонщик может его застрелить.

Я взял папку.

— Понял. Учту при анализе.

Стэнфорд положил руку мне на плечо.

— Агент Митчелл, я проводил переговоры по шестнадцати угонам за последние два года. Большинство заканчиваются мирно. Угонщики получают что хотят, летят на Кубу, все остаются живы. Но трижды ситуация выходила из-под контроля. Один пилот ранен, двое пассажиров убиты. — Голос стал тише. — Давайте не дадим этому инциденту стать еще одним случаем с жертвами. Там на борту девяносто пять человек. Их семьи ждут дома.

— Сделаю все возможное, сэр.

Стэнфорд кивнул и отступил на шаг.

Я торопливо пошел к выходу из конференц-зала, за мной Паркер и еще четверо агентов.

Мы вышли в коридор, направились к служебной лестнице. Спустились на первый этаж, выбежали из здания.

На стоянке ждали два черных седана «форд». Двигатели работали, водители сидели за рулем.

Я сел в первую машину на заднее сиденье. Паркер сел рядом, еще двое агентов впереди. Остальные прыгнули во вторую машину.

Машины рванули с места, помчались по улицам Вашингтона к летному полю Боллинг.

Пятнадцать минут езды. Машины неслись по пустым вечерним улицам с воющими сиренами и включенными мигалками. Светофоры игнорировали, проезжали на красный.

Боллинг это военная авиабаза на юго-востоке Вашингтона, на берегу реки Потомак. Въехали через контрольно-пропускной пункт, охрана пропустила немедленно, они уже ждали нас.

Машины промчались по территории базы к ангарам. Остановились рядом с белым реактивным самолетом Learjet 35, стоящим на перроне. Двигатели уже работали, турбины гудели, выхлопные газы струились сзади.

Маленький самолет, длиной футов сорок, узкий фюзеляж, с двумя реактивными двигателями. Белая окраска, синяя полоса вдоль борта, надпись «ФБР» на носу.

У трапа стояли пятеро агентов в бронежилетах, с рациями на поясах. Один из них, высокий темнокожий мужчина лет сорока, с сединой на висках и шрамом на левой щеке, махнул мне.

— Митчелл! Ты с нами! Поднимайся!

Это был Джером Брэдшоу, ведущий переговорщик.

Я подбежал к трапу и поднялся по металлическим ступенькам. Узкая дверь в фюзеляже, пригнулся, вошел внутрь.

Салон тесный. Восемь кожаных кресел в два ряда, проход между ними узкий. Потолок низкий, едва не задевал головой. В хвостовой части ящики с оборудованием: рации, бронежилеты, оружие.

Сел в кресло у окна слева. Паркер сел рядом. Остальные агенты заполнили салон, Брэдшоу поднялся последним, закрыл дверь.

— Все на борту! Летим!

Двигатели взревели громче. Самолет покатился по перрону к взлетной полосе.

Через минуту развернулись на полосу и остановились. Двигатели работали на максимальных оборотах, самолет дрожал.

Затем самолет рванул вперед. Перегрузка прижала к креслу. Взлетная полоса мелькала за окном, огни базы проплывали мимо.

Через двадцать секунд оторвались от земли, круто пошли вверх. Вашингтон уменьшался внизу, река Потомак блестела в лучах заходящего солнца.

Самолет набрал высоту, вышел на крейсерский режим. Двигатели загудели ровнее, перегрузка исчезла.

Брэдшоу расстегнул ремень, встал и прошел к хвостовой части. Достал из ящика наушники с микрофоном, вернулся, протянул мне.

— Надень! Будем слушать радиопереговоры диспетчеров с самолетом!

Я надел наушники. В ушах послышался треск, затем раздались голоса.

Мужской голос, спокойный, профессиональный, поставленный, диспетчер аэропорта Майами:

— Рейс Юнайтед двести двадцать семь, вы заходите на посадку. Полоса два семь левая свободна. Ветер юго-восточный десять узлов. Разрешаю посадку.

Другой голос, напряженный но спокойный, как я понял, это капитан Миллер:

— Понял, Майами. Рейс двести двадцать семь заход на посадку полоса два семь левая. — Пауза. — Напоминаю, на борту угонщик. Требует вылет на Кубу после технической проверки. Не пытайтесь штурмовать самолет. Повторяю, не штурмовать. Угонщик вооружен, пистолет у моей головы.

Диспетчер:

— Понял, капитан. ФБР на месте. Переговорщики в пути. Штурма не будет. Техническая проверка будет произведена согласно регламенту. Следуйте указаниям после посадки.

Капитан Миллер:

— Понял.

Связь прервалась.

Брэдшоу посмотрел на меня.

— Слышал?

Я кивнул.

— Капитан молодец, спокойный. Контролирует ситуацию. Видимо, угонщик не паникует, иначе голос капитана звучал бы иначе.

— Согласен. — Брэдшоу достал из ящика папку, открыл ее. — Вот что мы знаем о рейсе двести двадцать семь. Вылетел из Даллеса в семнадцать пятнадцать, плановое прибытие в Сан-Франциско двадцать два ноль пять по местному времени. Пассажиры бизнесмены, туристы и семьи. Восемьдесят девять человек. Список имен здесь. — Протянул мне лист.

Я взял список и посмотрел имена. Мужчины, женщины, дети. Возраст от трех до семидесяти двух лет. Обычные люди, летевшие по своим делам. Теперь заложники.

Брэдшоу продолжал:

— Экипаж шестеро человек. Капитан Роберт Миллер, пятьдесят четыре года, ветеран войны. Второй пилот Джеймс Коннор, тридцать два года. Бортинженер Томас Эванс, сорок один год. Три стюардессы: Линда Картер, Сьюзен Райт, Дженнифер Хеллоу, возраст от двадцати трех до тридцати лет. Все обучены действиям при угоне, знают протоколы безопасности.

Я кивнул, одновременно изучая информацию.

Learjet летел на юг. Через иллюминатор внизу проплывали города, леса и реки. Небо темнело, на востоке начали появляться звезды.

Брэдшоу наклонился вперед.

— Митчелл, твоя задача слушать угонщика когда установим связь. Анализировать голос, слова, тон. Построить профиль. Кто он, почему захватил самолет, что хочет на самом деле. Это поможет нам выбрать тактику переговоров.

— Понял. Когда установим связь?

— После посадки. Угонщик потребует завершить техническую проверку быстрее, мы попросим поговорить с ним напрямую. Это стандартная процедура, переговорщик говорит с угонщиком через радио самолета. Капитан передает микрофон угонщику, мы разговариваем с ним.

Я подумал.

— А если угонщик откажется говорить? Будем общаться только через капитана?

Брэдшоу усмехнулся.

— Тогда сложнее. Но обычно угонщики хотят говорить с нами. Им нужно чувствовать контроль и власть. Разговор с представителями государства дает это ощущение.

В наушниках снова раздались голоса.

Диспетчер Майами сообщил:

— Рейс Юнайтед двести двадцать семь, вы на глиссаде. Высота две тысячи футов, скорость сто шестьдесят узлов. Посадка через две минуты.

Капитан Миллер ответил сохраняя хладнокровие:

— Понял, Майами. Две минуты до посадки.

Брэдшоу посмотрел на часы.

— Восемнадцать пятьдесят три. Самолет садится через две минуты. Мы прибываем через час двенадцать минут, в двадцать ноль пять. Местная команда ФБР встретит самолет, окружит его и не даст взлететь до нашего прибытия.

Я смотрел в иллюминатор. Внизу проплывали огни городов, дороги тянулись как светящиеся нити.

Двигатели ровно гудели, легкая вибрация передавалась через кресло. Я увидел внизу огни Ричмонда, затем леса Виргинии и Северной Каролины погруженные в темноту.