Семья: жена Анжела, двое детей, сын и дочь. Живет в Бруклине, квартира на третьем этаже кирпичного дома.

Опасность высокая. Вспыльчивый, агрессивный, склонен к насилию. Носит оружие постоянно: пистолет, иногда нож. При аресте может оказать сопротивление.

Я написал в блокноте:

«РОТЕЛЛА. Рекомендации. Штурмовая группа минимум восемь агентов. Бронежилеты, щиты, дробовики. Арест ранним утром когда спит, уменьшает шанс сопротивления. Внезапность критична. Ожидать что вооружен, пистолет под подушкой или в тумбочке. Агрессивен, может стрелять. Не давать времени на реакцию.»

Следующее досье на Сальваторе Бруно.

На фотографии мужчина лет тридцати пяти, очки в толстой черной оправе, редкие темные волосы, худое лицо. Выглядит как бухгалтер, не как мафиози.

В досье сказано, что родился в Нью-Джерси, тысяча девятьсот тридцать седьмого года. Закончил колледж, степень бакалавра по бухгалтерии. Работал в обычных компаниях до шестидесят второго года. Затем семья Лучезе наняла его для ведения финансов, отмывания денег, налоговых схем. Умен, но не опасен физически. Никогда не арестовывался. Тихий и осторожный.

Не женат, живет один в квартире в Манхэттене.

Опасность низкая. Не склонен к насилию, вряд ли вооружен. При аресте скорее всего сдастся без сопротивления. Хороший кандидат для сделки, знает финансовые схемы семьи, может дать ценную информацию в обмен на снижение срока.

Я написал:

«БРУНО. Рекомендации: простой арест, достаточно четырех агентов. Бронежилеты на всякий случай, но сопротивление маловероятно. Арестовать утром дома или в офисе. После ареста предложить сделку немедленно, он слабое звено, может заговорить первым. Используем страх тюрьмы как рычаг.»

Продолжал читать остальные досье. Винченцо ДиНардо, капореджиме семьи Дженовезе, средний уровень опасности, вооружен но не горячая голова. Фрэнк Аморе, солдат семьи Бонанно, молодой, двадцать девять лет, амбициозный, опасен. Еще трое, разные уровни опасности, разные рекомендации.

К часу дня я закончил читать все досье. Семь страниц рукописных заметок в блокноте. Профиль каждого, рекомендации по аресту.

Встал, размял спину. Три часа сидел не вставая.

Прошел к окну, посмотрел на улицу. Обеденное время, люди спешили в кафе и рестораны. Солнце светило, жарко, температура градусов восемьдесят пять по Фаренгейту.

Желудок заурчал, я сегодня не завтракал.

Вернулся к столу, взял трубку телефона, набрал внутренний номер столовой.

— Столовая, — ответил женский голос.

— Митчелл, третий этаж. Можно доставить сэндвич с ветчиной и кофе в кабинет триста двенадцать?

— Конечно, агент Митчелл. Пятнадцать минут.

— Спасибо.

Положил трубку, сел обратно за стол.

Открыл блокнот на первой странице, начал печатать профили на машинке. Старая «ремингтон», клавиши тугие, ленточка выцветшая. Стучал медленно, двумя пальцами.

'ПРОФИЛЬ: ЭНТОНИ МАРИНО

Возраст: 50 лет

Должность: Консильери семьи Гамбино

Опасность: Средняя

Рекомендации по аресту…'

Стук в дверь. Открыл, девушка из столовой принесла поднос. Сэндвич на бумажной тарелке, чашка кофе, салфетка.

— Спасибо.

Она ушла. Я ел сэндвич одной рукой, другой продолжал печатать. Ветчина сухая, хлеб черствый, но голод вполне утоляет.

Кофе горький и теплый. Допил залпом.

Продолжал печатать. Страница за страницей. Восемь профилей, восемь наборов рекомендаций.

К трем часам закончил. Семь страниц печатного текста, двойной интервал. Вытащил последнюю страницу из машинки, положил вместе с остальными.

Перечитал от начала до конца. Поправил две опечатки ручкой.

Готово.

Встал, взял страницы, вышел из кабинета.

Прошел по коридору к кабинету Холмса. Постучал в дверь.

— Входите, — голос Холмса.

Вошел. Холмс сидел за столом и читал отчет.

— Митчелл? Что-то случилось?

— Профили готовы, — я положил страницы на его стол.

Холмс поднял брови.

— Уже? Томпсон сказал тебе к понедельнику.

— Закончил сегодня. Досье были подробные, работа пошла быстро.

Холмс взял страницы, начал читать. Молчал минуты три, переворачивал листы.

Закончив читать, отложил страницы.

— Отличная работа, Митчелл. Точный анализ. Особенно про Марино и Бруно. Марино действительно может попытаться уничтожить улики, если почувствует угрозу. А Бруно слабое звено, хороший кандидат для сделки. — Кивнул одобрительно. — Используем эти рекомендации при планировании арестов.

— Спасибо, сэр.

— Иди отдыхай. Заслужил. Увидимся завтра.

Я вышел из кабинета Холмса, вернулся в наш кабинет.

Сел за стол, посмотрел на часы. Три двадцать.

Еще полтора часа до конца рабочего дня. Томпсон все равно ушел в головной офис для встречи с руководством.

Дороти в компьютерном центре обещала показать первые результаты ввода перфокарт сегодня вечером.

Стоит проверить.

Я встал, вышел из кабинета, спустился в подвал. Спустился в подвал по бетонной лестнице. Температура упала градусов на десять, здесь всегда прохладно, кондиционеры для компьютеров работали круглосуточно.

Коридор узкий, стены окрашены в серый цвет. Флуоресцентные лампы гудели под потолком. Прошел мимо складских помещений, мимо архива старых дел, до двери в конце коридора.

Металлическая табличка на двери гласила: «Компьютерный центр. Доступ ограничен».

Открыл дверь и вошел.

Комната размером двадцать на тридцать футов. Вдоль стен стояли металлические стеллажи с перфокартами: тысячи коробок, аккуратно промаркированных. В центре комнаты машина IBM 029, устройство для пробивки перфокарт, размером с письменный стол. Рядом стол с пишущей машинкой, стопки бумаг, папки с делами.

У дальней стены дверь в серверную комнату, где стоял сам компьютер IBM System/360. Через окно в двери видны мигающие огни панелей, катушки магнитных лент медленно вращались.

За столом сидела Дороти Кларк, печатала на машинке. Услышала дверь, обернулась, увидела меня.

Лицо осветилось улыбкой.

— Итан! Как раз вовремя! — Она вскочила, замахала рукой. — Иди сюда, быстрее! У нас результат!

Я подошел к столу. Дороти схватила длинную ленту бумаги, компьютерная распечатка, сложенная гармошкой. Развернула на столе.

— Смотри! Очередная тысяча перфокарт введена и обработана! Программа нашла совпадения!

Я наклонился над столом, изучая распечатку.

Строки текста, напечатанные матричным принтером. Номера дел, даты, штаты, типы преступлений. Группы дел, связанные похожими характеристиками.

Дороти указала пальцем на первую группу.

— Вот. Тринадцать дел из трех штатов. Пенсильвания, Нью-Джерси, Делавэр. Все по ограблениям ювелирных магазинов. Период тысяча девятьсот шестьдесят девятого по тысяча девятьсот семьдесят первого года. Метод взлома одинаковый, термическая резка сейфов, инструменты идентичные. Компьютер нашел одинаковую схему которую полиция штатов не увидела!

Я взял распечатку, внимательно прочитал.

Тринадцать дел. Первое в Филадельфии, март шестьдесят девятого. Ювелирный магазин «Даймонд плаза», сейф взломан термической горелкой, украдено драгоценностей на восемьдесят семь тысяч долларов. Второе в Камдене, Нью-Джерси, июнь шестьдесят девятого. Ювелирный магазин «Голд сентер», тот же метод, украдено шестьдесят четыре тысячи. Третье в Уилмингтоне, Делавэр, сентябрь шестьдесят девятого…

Список продолжался. Последнее дело в Трентоне, Нью-Джерси, декабрь семьдесят первого года.

Все дела не раскрыты. Полиция каждого штата работала отдельно, не видела связи между ними.

Я посмотрел на Дороти.

— Компьютер сравнил методы взлома?

— Да. Программа анализирует описания места преступления из полицейских отчетов. Ключевые слова «термическая горелка», «резка сейфа», «круговое отверстие диаметром восемь дюймов». Эти слова встречаются во всех тринадцати делах. Плюс временное сходство, три месяца между ограблениями, есть регулярность.