У меня перехватывает дыхание. В этот момент я готова на всё, лишь бы почувствовать его губы.

Я двигаюсь так, что наши губы оказываются в сантиметре друг от друга, а носы слегка касаются.

— Ну, это же правило, — шепчу я.

Он проводит языком по моей нижней губе, и я даже не пытаюсь сдержать стон.

— Лола. Поцелуй меня. — С этими словами он стирает оставшееся расстояние.

Наши губы встречаются и я мгновенно воспламеняюсь. Как и в первый раз, этот поцелуй — не просто желание. Это чистая необходимость.

Нам обоим катастрофически мало близости. Он поднимает меня и усаживает на стол, вставая между моими бедрами и прижимаясь уже напряженным членом к моему центру. Мы оба стонем, когда я начинаю медленно двигаться навстречу ему.

— Черт, — низко и дико рычит Кэл, его большие руки проскальзывают под мое платье, задирая его до талии.

Каждое прикосновение его пальцев — как электрический разряд. Я так долго ждала этого. Слишком много недель без его тела рядом. Жажда ощутить его внутри становится почти болезненной, желание нарастает в самом сердце.

— Кэл, — стону я ему в губы.

Он чуть отстраняется, чтобы стянуть черное платье через мою голову. Его дыхание сбивается.

— Господи, женщина, ты убиваешь меня, — его ладонь накрывает мою грудь поверх кружевного бюстгальтера.

Я выгибаюсь навстречу его прикосновению, и он большим пальцем проводит по соску.

Его взгляд прикован ко мне, а пальцы творят черное колдовство, заставляя соски сжиматься и твердеть.

— Не представляю, как я так долго обходился без тебя. — Его взгляд падает ниже, останавливается на моих черных трусиках, он облизывает губы.

От этого движения моя киска сжимается.

— Не представляю, как мне теперь не касаться тебя, не пробовать тебя на вкус — каждый день, всю жизнь.

— Тогда коснись меня, — умоляю я.

— Всё, что хочет Лола, — его голос теперь хриплый, сорванный, будто ему не хватает воздуха, чтобы пропеть эти слова.

И я это обожаю.

Он опускается ниже, скользя губами по моей шее. Щетина на его подбородке приятно царапает кожу. Каждый укус, каждый поцелуй разжигают мое тело еще сильнее.

Он целует прямую линию вниз, между грудями, спускаясь туда, где мое тело умоляет его о внимании. Его большие пальцы поддевают резинку трусиков, и одним движением он стягивает их вниз по моим ногам.

Я чуть отклоняюсь назад, опираясь ладонями о стол, и широко раздвигаю ноги, открываясь для него полностью.

Его безумные голубые глаза впиваются в мою влажную плоть. Он заворожен.

— Посмотри, как ты блестишь для меня. — Он едва касается большим пальцем моего клитора, и я громко стону.

— Не дразни меня.

Он смеется — этот звук отдается где-то в глубине моей души.

— Требовательная женщина.

В отчаянии я хватаю его за галстук, притягивая к себе.

— Да, я такая. Так что заставь меня кончить, Кэл. Сделай так, чтобы я закричала.

Он медленно опускает голову между моими бедрами, так близко, что я чувствую его горячее дыхание на пульсирующем клиторе. Я извиваюсь, не стесняясь. Мне нужно это. Я двигаю бедрами, пытаясь получить то, чего жажду.

Кэл поднимает на меня взгляд, его голубые глаза полны расплавленного огня. Он скользит языком по всей длине моей киски, медленно, мучительно.

— Да! — кричу я, падая спиной на стол.

— Боже, какая же ты вкусная, — бормочет он, прежде чем жадно наброситься на меня.

Его пальцы вцепляются в мои бедра, он притягивает меня ближе, а я двигаюсь навстречу, пока он лижет и сосет, подгоняя меня всё ближе к краю.

— Пожалуйста, — умоляю я за мгновение до того, как он вводит в меня палец, изгибая его под идеальным углом.

Он знает, как управлять моим телом, и оргазм накрывает меня волной, вырываясь из самых глубин.

— Да, да! — выкрикиваю я, когда мое тело взрывается в удовольствии.

Мои стенки сжимаются, требуя того, чего я действительно хочу. Его члена. Глубоко внутри.

Я тяну его за волосы, пытаясь заставить остановиться, чтобы почувствовать его в себе.

Кэл рычит.

— Каждую каплю. Я заберу каждую каплю твоего удовольствия, Лола.

Он продолжает меня ласкать, не останавливаясь, и хотя я только что кончила, моя киска снова начинает дрожать, и внизу живота начинает нарастать новая волна.

Я уже схожу с ума.

— Кэл, я хочу твой член. Мне он нужен.

Кэл

— Кэл, я хочу твой член. Мне он нужен.

Наверное, вот так и чувствуется рай. Эти слова, слетающие с ее губ. Эти изумрудные глаза, которые я ищу в каждой комнате. Мое утешение. Моя вселенная.

Черт, не знаю, когда и как это случилось, но эта женщина перестала быть просто изюминкой моего дня и стала воздухом, которым я дышу. Раньше она была моим сладким развлечением, глотком свежего воздуха в рутине. А теперь — источником моей радости.

Делаю последний круг языком по ее влажной киске и поднимаюсь, чтобы дать ей то, чего она так страстно жаждет. Она раскинулась на конференц-столе, и, если смотреть только на верхнюю часть тела, все еще похожа на строгую Лолу, которую я обожаю дразнить. Волосы по-прежнему в косе. Тональный крем тщательно скрывает веснушки.

Я качаю головой. Господи, я без ума от нее в таком виде, но хочу видеть мою настоящую Лолу.

Замечаю коробку с салфетками возле ее компьютера, беру одну и протягиваю ей.

— Хочу тебя обнаженной. Каждый сантиметр.

Лола нахмуривается, не понимая.

— Твои веснушки, красавица. Хочу видеть все твои созвездия. Все твои идеальные черточки.

Щеки у нее розовеют, губы чуть дрожат, и, как бы она ни старалась, улыбку скрыть не получается.

— И как ты только сумел это так долго прятать?

— Прятать что? — спрашиваю я, глядя, как она стирает макияж. Появляется россыпь веснушек, и сердце мое загорается, словно летними ночами, когда смотришь на мерцание светлячков.

— Ты неисправимый романтик, Каллахан Мерфи.

Я тянусь к резинке в ее волосах и снимаю ее, подтягиваю Лолу на самый край стола, пропускаю пальцы сквозь пряди, пока они не падают мягкими волнами на плечи. Сначала целую ее в лоб, потом едва касаюсь губами ее щек, словно хочу поцеловать каждую веснушку, вкусить всю ее сладость. Невероятно — вот так свободно целовать ее. Обладать ею. Прямо здесь. В моем офисе. На нашем общем столе. И видеть на ее губах улыбку, от которой я понимаю — я тоже источник ее счастья.

— Да, — признаюсь я. — Я безнадежно потерян для этой женщины. Не ломай меня, Лола, я не переживу.

Ее улыбка становится мягкой.

— Думаю, ты не понимаешь, Кэл.

— Мм? — напеваю я, продолжая гладить ее шелковистые волосы.

— Ты укоренился вот здесь. — Она стучит пальцами по своей груди, и у меня перехватывает дыхание, пока я жду продолжения. — Я ищу тебя в каждой комнате. Жду того мгновения, когда ты войдешь в офис, и думаю, что ты скажешь, чтобы заставить меня улыбнуться. И улыбаюсь уже от одной этой мысли.

— Черт, детка, у меня сердце поет от твоих слов.

Она фыркает, а я притягиваю ее ближе, прижимая ее сердце к своему.

— Сними с себя одежду, — хрипит она, пытаясь расстегнуть пуговицы на моей рубашке. — Хочу почувствовать твое тепло.

Я никогда не смогу отказать этой женщине, поэтому, хоть мне и хочется просто держать ее в объятиях и слушать, как она признается, что жаждет меня, позволяю ей показать это на деле. Но сначала расстегиваю застежку на ее лифчике и наслаждаюсь тем, как она выдыхает, когда грудь освобождается. Потом целую ее, пока она возится с пуговицами на моей рубашке.

Мы смеемся, когда у нее ничего не выходит, и тогда я, словно пещерный человек, хватаюсь за ткань и разрываю ее.

— Боже мой, это было чертовски горячо, — выдыхает она, прикусывая нижнюю губу.

Я сбрасываю обувь, один ботинок летит прямо в сторону компьютера Эми. Лола смеется, а я кривлюсь, надеясь, что ничего не сломал. Но, похоже, это только заводит Лолу еще сильнее. Она тянется к моему ремню и стягивает штаны и боксеры одним движением.