Лицо Слоан светлеет.

— Это очень мило.

Я пожимаю плечами. Пустяки. Раз уж я все равно каждый день буду привозить Мерфи в город, могу заодно заезжать сюда и брать для неё её любимое. Пусть это будет хотя бы маленькой радостью, которую она не потеряет из-за нашей жизни в Джерси.

— Что думаешь насчет того, чтобы мы по очереди забирали мальчиков? — предлагает Слоан. — В мои дни они могли бы приходить в мой офис, и тебе не пришлось бы тащиться обратно в город до конца дня.

— О, — я выпрямляюсь, обхватывая кружку обеими руками. — Я буду забирать их каждый день. У тебя теперь работа.

Она только начинает свой путь заново. Ей нужно будет быть в офисе.

— У тебя тоже, — улыбается она, слегка поддразнивая.

Уголки моих губ дергаются.

— Да, но по мне никто скучать не будет. Так что всё нормально.

Лола

— Значит, у тебя остаются поместье Филлипсов и три дела по опеке, плюс два дела как временного опекуна, — уточняю я, глядя на Брайана.

Он кривится. Как я и предполагала — не в восторге от этого расклада. Брайан живет ради своих дел, и передавать хоть часть их коллегам в главном офисе для него мучительно.

— Учитывая, что нам нужно быть готовыми к новым делам в Джерси, мы не можем тянуть больше, — он устало оседает на стуле.

— Мы могли бы оставить и дело о наследстве Тримов, и, наверное, дело Феррисов по опеке. Я ведь ими занималась.

Брайан приподнимает бровь.

— Теперь ты отвечаешь за нас троих и все наши дела. Не только за меня.

Мои мышцы напрягаются от этого напоминания. Точно. Теперь я работаю еще и с братьями Мерфи. Все выходные я обживала новое жилье, старательно вытесняя из памяти бурю эмоций, которые Кэл и его внезапная забота во мне вызвали. Почти получилось. И теперь он снова занял свое место в особой коробочке в моем сознании — той, где хранятся исключительно раздражающие факторы.

Особенно после того, как его помощница прислала мне по электронной почте описание хаоса, которым является его список дел. Этому человеку срочно нужно сосредоточиться. Возможно, придется привязывать его к стулу.

— И еще… — Брайан постукивает пальцами по столу, его взгляд поднимается куда-то вверх.

В животе у меня зарождается тревога.

— Нет, — говорю я сразу. Я знаю этот взгляд. Что бы он ни собирался сказать — мне это не понравится.

— Я еще ничего не сказал.

Я хмурюсь, скрещиваю руки. Всё равно он собирался спросить, хочу я того или нет, так что пусть уж говорит.

Он тяжело вздыхает, опираясь предплечьями о стол.

— Как-то так получилось, что у нас только один экземпляр материалов по делу Нарсонов, а мне нужно два для суда сегодня днем.

Я сжимаю зубы, стараясь дышать ровно.

— Тот самый, с девяносто семью приложениями?

Поморщившись, он вытаскивает из-за стола пятисантиметровую папку на кольцах.

— Старая копировальная машина уже установлена, а Салли заказал доставку бумаги из Staples. Думаешь, сможешь быстро сделать мне второй комплект?

— Ладно, — бурчу я, хватаю эту махину и вылетаю из его кабинета.

Общее пространство офиса чуть больше моего рабочего уголка в Нью-Йорке, зато я делю его с огромным копиром. Одна стена открывается в большой кладовку для хранения дел, а ковер грязно-золотого цвета. Стены… ну, когда-то они точно были другого цвета, а теперь выцвели и пропитались годами грязи и пыли, став неприятного серо-желтого оттенка.

Хотя бы вонь исчезла.

Мой «стол» — это складной столик, который парни клятвенно обещают заменить «скоро». Я не питаю иллюзий. Штукатурка над головой потрескивает, словно кто-то ходит по квартире наверху, хотя там никого нет. Салли сидит у себя в кабинете, а Кэл еще не вернулся после того, как отвел Мерфи в школу.

Я нервно поднимаю взгляд, проверяя, не собирается ли потолок рухнуть мне на голову. Трещины есть, но вроде держится — выдыхаю и возвращаюсь к работе.

— Ло! — кричит Салли. — Я сейчас распечатаю кое-что, это нужно срочно отправить!

— Она делает мой комплект! — перекрикивает его Брайан.

— Она может и то, и другое! — орет Салли в ответ.

Ну конечно. Я же их фея-крестная, могу делать всё.

Бибиди-бобиди-бу.

Принтер гудит, словно собираясь печатать… но вдруг раздается глухой стук, и он замирает. Я уже на полпути к нему, когда звучит резкий протяжный сигнал.

Конечно, замятие бумаги. Ну а как иначе — это же динозавр. Я поднимаю тяжелую крышку, готовясь совершить чудо починки, начиная с самого очевидного. Открываю дверцу, через которую должна добраться до застрявшего листа. Но вместо бумаги вижу…

Живот вздрагивает, я отскакиваю назад, по телу проходит мощная дрожь.

— Только не это… Господи, нет, — шепчу я.

Внутри кишат сотни, нет, тысячи личинок.

— Черт! — шепотом повторяю, пятясь. — Черт!

Сердце колотится, руки трясутся. Надо бежать. Сейчас же.

Я делаю еще шаг назад, но задеваю голенью коробку и спотыкаюсь. Не останавливаюсь. Не могу. В голове только образ этих гадких тварей, ползущих по моей коже.

Полуспотыкаясь, полуползя, я взбираюсь на коробку, потом перепрыгиваю на складной стол. Он не выдерживает моих резких движений — я соскальзываю с другого края и падаю на грязно-золотой ковер.

— Черт, черт, черт! — бормочу, почти плача.

Кто знает, что может ползать по этому ковру? Но чтобы встать, придется повернуться к копиру лицом — а я не могу.

— Лола? — раздается за спиной.

Я вскакиваю, решив, что лучше стоять, чем лежать, и тут же врезаюсь в чью-то твердую грудь.

— Осторожно, — Кэл мягко хватает меня за руку. — Что случилось?

Я мгновенно обхожу его кругом, ставя его между собой и копиром.

— Там… это… и фу! — заикаюсь я, дрожа всем телом и размахивая руками.

Меня снова пробирает дрожь. А вдруг я оставила крышку открытой? Они уже, наверное, ползут наружу… и прямо на меня!

— Что?

— Оно заражено, — я снова пячусь, но он удерживает меня легким касанием руки.

Он склоняет голову, ловит мой взгляд и мне становится чуть легче. Осмотрев меня с ног до головы, он отпускает и поворачивается к копиру.

Я хватаю его за руку.

— Не дай им сбежать. Нам не нужны личинки повсюду!

— Личинки? — губы Кэла сжимаются в прямую линию. Выражение — смесь недоверия и… желания рассмеяться? — Лола, личинки не живут в копирах.

— Ха! — я тычу пальцем в старую машину. — А я утверждаю обратное. Там их тысячи!

Кэл вырывает руку и идет к машине.

— Нет. Нет-нет-нет! — я не могу заставить себя приблизиться, чтобы остановить его.

Он поднимает крышку, и тут же с воплем отскакивает назад.

— Черт побери!

— Я же говорила! — торжествую я.

В этот момент дверь позади нас звякает колокольчиком.

— Блин, — выдыхаю я, оборачиваясь.

Только не клиент. Мы не можем позволить кому-то увидеть это… Кто наймет юриста, у которого в офисе целая колония личинок?! Хотя… для уголовного адвоката это могло бы стать фишкой.

— Уже поздно, я все вижу, — печально качает головой Мадам Эсмеральда, ничуть не удивленная и не напуганная нашей паникой. — Я ведь предупреждала насчет крышек.

Я, все еще пытаясь отдышаться, таращу на неё глаза.

— Что?

— Я же говорила тебе на прошлой неделе — не поднимать крышки.

— Ах да… — действительно, говорила.

— Вы пугающе точны, — произносит Кэл, который, хоть и отбежал от копира, всё равно держится так, чтобы стоять между мной и этими тварями.

Он не сводит глаз с её кольца — змеи с зелеными камнями в глазницах, будто загипнотизирован.

Интересно, где она его купила? На «Амазоне»? Может, и мне стоит приобрести такое, чтобы держать Кэла в узде.

— Твой отец говорил то же самое, — заявляет она, проходя мимо нас. — А где твой брат? Мне нужно подписать какие-то бумаги для моего жилья.

Кэл кивает в сторону кабинета Салли. Мадам Эсмеральда плавно проплывает мимо нас, а Кэл вдруг дергается, налетая спиной на мой складной стол и опрокидывая две стопки бумаг на пол.