Аронд сощурился от звука молоточков, с остервенением стучавших в его голове.

'Карий обещал, подавая стакан с настойкой, что головная боль пройдет через полчаса. Ведь говорил себе, что последний раз пью с Орландом. Этот-то бугай ведро выпил — и ни в одном глазу.

Кэмбел нашел свою смерть в горах Ривского государства. Пора представить Айрин и ее мужа семье. Предстоит разговор, и сложнее всего будет Элерии…'

Мысли Аронда прервал сигнальный камень от секретаря. В ответ он нажал на красный камень, тем самым разрешая посетителю войти.

Дверь кабинета открылась, и на порог ступил Райлас. Закрыв ее и пройдя на середину ректорского кабинета, он склонил голову.

— В день переворота я не был во дворце. Убийство королевской четы повергло многих северян в шок. Но известие о том, что принцессу удалось спасти, придавало сил и сохранило веру в продолжение королевского рода. Свергнуть Кэмбела мы могли бы уже давно, но решили не убивать его лишь по одной причине: он мог вывести нас на след наследной принцессы. И, как видишь, мы оказались правы. Я был опечален тем, что с королем расправился ее фамильяр, а не я собственноручно оторвал голову узурпатору.

Только не отрицай того, что знаешь принцессу. За ее спасение — низкий тебе поклон от жителей северных земель. Без истинного правителя земли страдают, урожаи снижаются из года в год, охота, рыбалка, добыча алмазных камней в самом ничтожном состоянии. Верни нам нашу королеву: без нее гибнут северные земли.

«Вот и настал момент истины. Скрывать принцессу северных земель уже нет смысла, да и не получилось бы уже: уж больно отличается она от южного народа».

Аронд улыбнулся уголками губ.

— Приходите сегодня с Лиран на семейный ужин, там все и обсудим. Но перед тем, как я представлю мою дочь вашему народу, вкратце сообщу, что, спасая ее от смерти, моя жена провела брачный обряд с молодым лордом Ир Сальским, который тоже был тяжело ранен. Вириди спасла обоих. Только вот Кэмбел шел по пятам за принцессой, и тогда я привел в действие артефакт морока. Вместо одной дочери у меня появилось две. Неделю назад у Айрин произошла инициация. Ее супруг — некромант, магию северных ведьм он себе не взял, а лишь усилил ее. Пока я обрисовал картину, можно сказать, в двух словах, остальное — на вечернем ужине.

— Спасибо за честность и приглашение. Мы с Лиран обязательно прибудем.

После ухода Райласа Аронд откинулся на спинку кресла; закрыв глаза, он вспомнил недавний разговор с Борандом. По всему материку Аргарон несколько дней назад происходили схожие странные явления. Обледеневшие твари из низшего мира, словно убегая от смерти, вылетали из своих земляных нор. Но убежать далеко они не могли: их тут же нагоняла магия льда, а затем из них словно кто-то выпивал жизненные силы, и они падали замертво, рассыпаясь на ледяные осколки. Ведьмак был поражен рассказом главы клана ведьмаков и высказал свою догадку. Подумав, Боранд с ним согласился. Магии льда и смерти соединились в день инициации одной из сильнейших северных ведьм. Глава еще тогда пошутил, что теперь ведьмакам и работы не осталось. Аронд же посмеялся вместе с ним, но заверил, что для ведьмаков всегда работа найдется.

«Что ж, пора разослать всем приглашение на званный ужин, да предупредить Вириди и сходить к Сауэлу с Айрин — накинуть на нее морок».

Аронд с Вириди сидели в большой обеденной зале, с улыбкой наблюдая, как их дети рассаживались вокруг длинного стола, заставленного яствами. Кто бы мог подумать, что этот год будет таким плодотворным на заключение брачных союзов? Да не простых, а по любви.

Наоли с Демиром счастливо переглядывались, скорее всего, они уже ждали первенца. Лиран подкладывала на тарелку Райласа разных мясных рулетов, и чуть ли не сама пыталась его накормить. Орланд с Данией витали в облаках любви — им пока было не до еды. Элерия надула губы, а у Рикарда раздувались крылья носа от тяжелого дыхания. Скорее всего, опять поругались. Катания что-то увлеченно рассказывала брату, а Имран как всегда внимательно их слушал, не забывая намазывать булку гусиным печеночным паштетом.

Тяжелые дубовые двери раскрылись, и в обеденную залу вошли двое. Один из них — коренастый молодой человек среднего роста. Черные как смоль волосы с белой прядью были аккуратно зачесаны назад. Он обвел всех настороженным взором своих не менее черных глаз. В отличие от него, невысокая девушка, которую он держал под руку, была взволнована. Затуманенным пеленой взглядом она обвела всех сидевших за столом людей.

Вириди вскочила со стула и бросилась к девушке:

— Доченька!

— Мама, — прошептала Эйлихан, обнимая плачущую женщину, подарившую ей столько любви и тепла. — Мамочка, — шептала Айрин. Она гладила вздрагивавшую спину матери, не замечая своих собственных слез.

— Ай… Айрин!

К ним бросилась Элерия. Обняв сестру, она уткнулась в ее волосы и тоже разрыдалась.

Аронд не спешил: дал своим любимым девочкам выплакать душевную боль, и только после того, как всхлипы стали затихать, он встал и подошел к ним. Крепко обняв девушек, Аронд перецеловал родные макушки и тяжко вздохнул.

— Хватит вам слезы лить. Многие сидящие за столом не понимают, что произошло. Сейчас я сниму морок с Айрин, и мы с вашей матерью расскажем, что произошло шестнадцать лет назад.

Аронд провел рукой перед лицом дочери, и сразу послышались возгласы восхищения.

— Айрин, ты такая красивая! — Элерия с восторгом рассматривала сестру.

Айрин, улыбаясь, обняла Элерию.

— Мне сказали, что ты тоже фамильяром обзавелась.

— Ой, не только фамильяром, но и мужем!

В обеденном зале разнесся дружный смех, и лишь один Рикард, закатив глаза, удрученно качал головой.

— Ладно, рассаживайтесь и слушайте, — велел Аронд. Подсев к жене, он стал пересказывать события шестнадцатилетней давности…

После его рассказа некоторое время в комнате стояла тишина. Сауэл сжимал холодные пальцы жены, стараясь поддержать ее, одновременно раздумывая об их дальнейшей жизни. Но неожиданно двери распахнулись, и в обеденную залу стали входить воины, облаченные в одинаковые доспехи, из-за чего их лица практически невозможно было отличить друг от друга. За ними вошли двое мужчин преклонного возраста.

Райлас встал, присоединился к вошедшим воинам, и они как по команде опустились на одно колено, склонив головы. Один из мужчин произнес:

— Мы рады приветствовать принцессу Эйлихан Сир Сирайтхан. А также приветствуем ее мужа Сауэла Ир Сальского. Нам выпала большая честь проводить истинную наследницу северных земель в ее владения. Коронация супружеской четы произойдет через три дня.

Воины встали с колен, дожидаясь, когда к ним подойдут будущая королева с супругом.

Эйлихан медленно встала, обвела всех слегка испуганным взглядом, но, увидев в глазах родителей любовь и поддержку, успокоилась и подошла к Аронду. Она прижалась к широкой груди отца и, вздохнув, отпрянула. С любовью девушка посмотрела на сидевших за столом родных сердцу людей.

— Я жду вас всех на нашей коронации. — Она подошла к матери и, прижавшись к ней, коснулась губами ее щеки, прошептав: — Вы всегда будете в моем сердце.

Она хотела попрощаться и с сестрой, но ее подхватил на руки Имран и закружил, смеясь.

— Сестренка! Поверить не могу, что наша маленькая Айрин станет королевой!

Со всех сидевших за столом словно спало оцепенение, они повскакивали со своих мест и подбежали к Имрану, который уже опустил Эйлихан на пол. Продолжая улыбаться, он прижимал ее к своей широкой груди.

Сорж ловко разомкнул захват рук брата.

— Эй ты! Ручищи свои убери, дай и мне на сестренку полюбоваться.

Сестры тоже не остались в долгу, обнимая и целуя их любимую малышку Айрин.

Вскоре северяне покинули замок Ир Куранских, увозя в дальние северные земли королевскую чету.

Остаток вечера прошел во взволнованной обстановке. Девушки обсуждали будущий наряд королевы, а мужчины, сидя у камина с бокалами красного вина, рассуждали о предстоящих трудностях у молодой королевской четы.