— Бабушка, могу я остаться и помочь тебе уговорить Веронику?

— Хорошо, душенька, — ответила ей виконтесса.

Оставшись втроем, мы по просьбе бабушки присели к ней на диванчик с обеих сторон. Леди Аурелия внимательно посмотрела на нас, подбадривающие улыбнулась и заговорчески спросила:

— И как мы поступим, пташечки?

— Я не желаю выходить так рано замуж, бабушка, — заявила я первая. — Я так молода и еще в жизни ничего не видела! Я хочу смотреть мир, путешествовать, получить образование наконец!

— Не сомневаюсь в том, Верни, — ответила леди Аурелия, назвав меня ласковым прозвищем, которым с детства величали меня в семье. Она похлопала меня по руке и обратилась к моей сестре: — А ты, душечка? Чего хочешь ты, Софи?

— Не желаю больше возвращаться в академию, — ответила та, брезгливо сморщив свой хорошенький носик. — Прошедший учебный год был просто ужасен. В академии я как белая ворона. Все считают меня глупой и недалекой. Но разве это плохо не знать физику или геометрию? Когда мне по душе цветы, красивые стихи, смех и модные платья?

— Нет, не плохо, Софи, — сказала бабушка. — Думаю я знаю, как вам помочь, дорогие. Но всё это должно остаться только между нами.

Западные горы графства Кортлинд

Поезд прибыл в Дериншир уже вечером.

Я вышла на станцию с одним небольшим саквояжем. Кучу нарядов, которые мне хотела всучить София с собой я естественно оставила дома. Я ехала учиться, а не красоваться в платьях и коротких юбках. Даже сейчас я была одета в прямую синюю юбку до пола, блузку без украшений и короткий редингот. Строгий костюм для прилежной ученицы академии. Волосы, хоть и распущены, но прикрыты небольшой фетровой шляпкой, в тон костюма.

Вдохнув полной грудью, я улыбнулась.

Всё получилось. И я спокойно добралась до места.

Всю дорогу мне казалось что меня снимут с поезда и вернут домой, чтобы заставить выйти замуж за герцога де Ламбера, но этого не произошло. План бабушки Аурелии сработал идеально. И похоже мои родители все еще не догадались о том, что мы с Софи поменялись. С детства мы с сестрой были похожи как зеркальное отражение друг друга. И только одно родимое пятно отличало нас. Но оно было в таком интимном месте, что вряд ли бы кто-то стал проверять его наличие при каждой встрече.

Я огляделась. Осознание того, что скоро я буду в академии и смогу постигать все удивительные науки, о которых грезила ещё с детства, воодушевляло и окрыляло.

Я чувствовала, что отныне моя жизнь изменится в лучшую сторону. Я докажу всём, и родителям и прежде всего себе, что чего-то стою. И могу не только носить красивые платья и ублажать мужа.

Мои планы были грандиозными. И могли осуществиться в ближайшем будущем. И всё только благодаря моей любимой бабушке. Она так прекрасно понимала нас с сестрой и хотела, чтобы мы с Софи были счастливы. И когда-нибудь я отблагодарю её за доброту и помощь.

Перрон опустел, а я решила направится к выходу с вокзала. София все мне подробно объяснила. На ближайшей улице мне надо было поймать кэб или же найти общий дилижанс, которые следовали через Марлид парк. Именно там у горной гряды располагалась самая большая академия нашей страны. Небесная Академия.

Я быстро вышла из шумного зала вокзала и немного прошла по мостовой, довольно помахивая дорожным саквояжем. Эйфория оттого что я тут, в Дериншире не отпускала моё существо. Я начала искать глазами кэб, но его не было видно.

— Софи! Ты наконец приехала! — раздался вдруг голос за моей спиной.

Я стремительно обернулась. Ко мне уже спешили две девицы в кокетливых светлых платьях.

— Почему ты так опоздала? — воскликнула вторая девица. Они остановилась около меня. — Вчера и сегодня мы едва прикрыли тебя. Сказали, что ты приболела и не смогла вчера быть на перекличке. Но Бетфорд уже в негодовании. Тебе надо придумать хорошую болезнь, чтобы успокоить его. Он же помнит о всех твоих прошлогодних прогулах.

Прогулах? Я нахмурилась.

Неужели сестра позволяла себе прогуливать лекции? Вот дурында. Да я бы за учёбу в академии убила кого-нибудь, а она прогуливала. Бабушка оказалась права, когда сказала, что мы обе не на своих местах. Тихая София годилась в примерные жены, а я точно в своевольные адептки, желающие познать мир и достичь чего-то в жизни без всяких там мужчин.

— Но отчего меня потеряли? — удивилась я, помня слова сестры, что можно и сегодня приехать. — Ведь открытие учебного сезона только завтра.

— Ты разве позабыла, что Бетфорд приказал всем прибыть на три дня раньше парада? Он вчера устроил перекличку по факультетам, а тебя нет. Оттого нам пришлось врать что ты больна.

Я задумалась. Со слов Софии лорд Бетфорд был ректором академии и главным в клане баронов Лэнгтонов, которые и основали Небесную академию. Единственную в стране академию, которая готовила выпускников для всех профессий воздухоплавания. От конструкторов летателей до предсказателей погоды, от военных летчиков до горничных салона.

София со своими посредственными знаниями смогла сдать экзамены и поступить только на факультет диспетчеров и проучилась там целый год. Я же собиралась перевестись на другой факультет и доказать деканам и ректору академии, что могу учиться и на лётном факультете. Главное, чтобы никто не узнал правду о том, что на самом деле я не София Видаль, а Вероника. И тогда всё будет прекрасно.

— А что вы обо мне сказали? — спросила я девушек.

Они похоже были подругами Софии, она что-то говорила о некой Лоретте.

— Что у тебя большая температура и ты валяешься в постели. Встать не можешь с самого приезда.

— Ага, поняла, — кивнула я. — Вы сейчас куда, в академию?

— Пока нет. Жанне надо купить чулки для праздника, — указала глазами рыжая девушка на миниатюрную брюнетку.

— Праздника?

— Ты что позабыла? Послезавтра будет парад в честь открытия учебного сезона. Бернар сказал, что даже фейерверк планируется!

— Да. А у меня нет подходящих белых чулок под моё платье, — уточнила темноволосая Жанна. — Пойдём с нами, Софи, за чулками, а потом зайдем в кафе съедим пирожные.

Я закатила глаза к небу. Какие чулки, праздники и пирожное? Мне надо было скорее ехать в Академию. Меня возможно уже ректор разыскивает. Я должна лежать больная в постели по словам подруг, а не шататься здесь по городу.

— Вы идите куда хотели, а я, пожалуй, на дилижанс и в академию, — твердо сказала я. — Уже темнеет.

Я помнила слова сестры о том, что в академии пускали только до восьми вечера. А уже было семь часов.

— Да, успеем, Софи, — сказала рыжая девушка, хватая меня за локоть. — Мы быстро купим чулки Жанне и поедим сладости, всё успеем. А потом вместе и поедем.

— Да, Лоретта права. Вернёмся вместе.

— Но уже поздно. Мы можем опоздать, — озабоченно произнесла я.

— Не страшно! Мы с Жанной итак без увольнительной сбежали. Так что если нас хватятся, то получим вместе на орехи, — добавила рыжеволосая Лоретта и звонко рассмеялась.

Я нахмурилась, мне это всё не нравилось. Не нравились эти взбалмошные недалёкие девицы. Со своими тайными побегами из академии и чулками. Неужели сестра не могла найти подруг поразумнее?

Пока я размышляла, перехватив довольно увесистый саквояж в другую руку, Лоретта ухватила меня под локоть и потащила по улице.

— Пошли, Софи, мы быстро. Не будь букой. Ты сегодня какая-то странная.

Неужели это было так заметно, что я не София? Возможно моя сестра бы согласилась на все их аферы, я же наверняка казалось им слишком строгой. Опасаясь разоблачения в первый же день, я улыбаюсь Лоретте и согласилась.

— Ладно, идём. Быстро купим чулки и в академию.

— Ещё пирожные или кексы, — напомнила Жанна, шурша юбками рядом с нами. — Лучше клубничные.