Жизнь в столице Северных земель не просто била ключом — она бурлила, как вышедшая из берегов река. Улицы были забиты игроками. Блеск зачарованной брони смешивался с яркими нарядами волшебников, деловые споры у досок объявлений — с беззаботным смехом отдыхающих компаний. Голхрон стал центром мира для всех, кто чего-то достиг в игре, их общей цитаделью, местом для великих свершений и отдыха. Намтик шёл сквозь этот гудящий поток, внимательно поглядывая по сторонам.

У фонтана на центральной площади две хохочущие девушки в лёгких магических робах флиртовали с парнем, на шее которого красовался бронзовый ошейник. Он заливался краской до корней волос, а девушки смеялись, наперебой предлагая ему «благосклонность» за особые услуги. Чуть дальше группа игроков с азартом резалась в карты, устроив доску прямо на спинах двух НИПов, стоявших на четвереньках, будто живой стол.

Раньше от таких подобного что-то внутри сжималось от несправедливости. НИПы ведь были по своей сути безобидны, они просто жили свою тихую виртуальную жизнь. Но за последние дни подобное доводилось видеть подобное так часто, что острота сочувствия притупилась. Оно никуда не делось, просто обросло грубой коркой привычки.

— Эй, Намтик! — окликнули из людского потока.

Намтик обернулся. Зонх, с которым они когда-то давно вместе прошли первую легендарку, усиленно махал рукой. Такие совместные подвиги всегда связывали игроков особыми узами.

— Заглядывай вечером в Ржавый кубок! И злюку-подружку свою новую бери!

— Не сегодня, дел по горло! — крикнул Намтик с извиняющейся улыбкой и пошёл дальше.

В то время как основной поток игроков стремился к центральной площади, он сворачивал в тихие, почти сонные улочки юго-западного квартала.

Вскоре показалось ничем не примечательное трёхэтажное здание с облупившейся серой штукатуркой и покосившимися оконными рамами. Весь дом принадлежал Кесллеру, одному из самых богатых парней игры. Он сдавал в аренду каждую из комнат, давно отбив стоимость покупки как минимум в десять раз. Намтик открыл скрипучую дверь и начал подниматься по истёртой деревянной лестнице.

Комната в этом доме была выбрана не случайно. Дом стоял у самой границы города, и в случае провала выбираться отсюда будет в разы легче, чем из центра. С узкого балкончика их комнаты можно было одним прыжком перебраться на крышу соседнего дома. Тихий район не привлекал лишнего внимания, а относительно низкая арендная плата идеально вписывалась в их легенду.

Чтобы прикрытие выглядело убедительно, они с Арлейн каждый вечер разыгрывали небольшой спектакль для любого возможного зрителя: гуляли по городу, изображая парня, присматривающего жильё, и его спутницу в ошейнике, которая помогает ориентироваться по столице. Они встречались с торговцами немногой доступной недвижимостью, интересовались ценами, пытались выбрать лучший вариант, но если сделка приближалась к завершению, находили удобный предлог, чтобы от неё отказаться.

Ночью они отдыхали — изучать дворец в тёмное время суток было самоубийством. В первую и единственную ночную вылазку стало ясно, что после заката количество стражи увеличивается втрое, а ночью банально выше шанс не заметить и без того хитро спрятанные ловушки.

Так и текли их дни, подчинённые строгому графику. Днём Арлейн сидела в комнате и никуда не выходила.

Вернее, она делала всё, чтобы так казалось.

Намтик аккуратно толкнул плечом дверь и вошёл. Внутри было тепло и тихо. На столе горели две хвойные свечи, наполняя воздух тонким, лесным ароматом. Две узкие кровати стояли у противоположных стен, но разделяли их всего два-три шага. Каждый раз вспоминалась своя комната из реального мира, где сейчас в капсуле лежало тело, — она была намного больше.

Арлейн сидела на своей кровати в позе лотоса. Она медленно, почти медитативно, протирала промасленной тряпкой звенья длинной цепи, на конце которой покоился острый, хищный кинжал. Арлейн выглядела лучше, чем в первые дни: ссадины на руках и шее затянулись, смуглая кожа очистилась от грязи. Но её глаза — обжигающе-красные — словно впитали в себя всю серость и безнадёжность пропащей столицы.

На столе валялся бронзовый ошейник. Всякий раз, когда Арлейн брала его в руки или просто смотрела на него, казалось, что для неё ядовитая змея.

Арлейн подняла голову.

— Ну что? Принцесса всё ещё томится в неприступной башне?

— Да, но я продвигаюсь. Правда, не так быстро, как хотелось бы… — Намтик бесшумно опустился на свою кровать. — В голове есть пара возможных путей, но все их изучить надо.

— Понятно.

Арлейн извернулась, взяла свою кружку и налила в неё чай из стоявшего на столе глиняного чайничка. Намтик обвёл взглядом комнату. Под кроватью у Арлейн виднелась небольшая лужица и несколько крупинок того, что напоминало тающий снег.

— А ты как? — спросил он. — С Освободителями всё хорошо? С кем из них виделась сегодня?

Арлейн поперхнулась. Кружка в её руке дёрнулась, и струйка кипятка плеснула ей на ногу. Девушка вскочила, зашипев от боли, но кружку не выпустила. На мгновение Намтику показалось, что она держит её как оружие, готовая, если надо, окатить его кипятком.

— Я… С чего ты взял⁈ — её голос сорвался на высокой, почти панической ноте.

Поняв, что реакция выдала её с головой, она выдохнула и опустилась обратно на кровать.

— Ладно. Не маленькая девочка, чтобы отпираться, — её голос стал тихим и угрожающим. — Скажи только одно. Как? Ты следил за мной? Поэтому до сих пор не можешь пробраться во дворец⁈ Что ещё ты видел?

Она крепче вцепилась в кружку.

— Конечно, я за тобой не следил, — Намтик кивнул под её кровать. — Если бы ты сидела в комнате весь день, под ней не было бы снега. Значит, ты куда-то выбиралась. И такие следы я замечаю уже не первый день.

О случившемся в «Молчаливом волке» Намтик говорить не стал. Уверенности, что визит официантки в комнату Арлейн не был лишь плодом уставшего воображения или обрывком сна, всё ещё не было.

Арлейн переводила взгляд то с кружки на его лицо, то обратно.

— То есть… ты догадался не сегодня. И молчал. Почему?

Намтик спокойно пожал плечами.

— А зачем мне лезть в твои дела? Я с самого начала догадывался, что ты отправилась сюда не из чистой доброты. Пока это не вредило нашей общей цели, я не вмешивался. Но ты всё-таки не до конца осторожна. Если я что-то заметил, могут заметить и остальные.

Намтик кивнул на маленькую лужицу. Арлейн хмуро заглянула под кровать, но промолчала.

— Ты мне здорово помогаешь, — негромко продолжил Намтик, нарушив молчание. — Без тебя всё было бы намного сложнее. Одна твоя роль…

Он бросил взгляд на ошейник. Арлейн едва не прожгла его глазами.

— Ты помогаешь мне, — с мягким нажимом произнёс Намтик, желая донести это сквозь завесу её недоверия. — Возможно, и я могу чем-то помочь тебе?

Она долго молчала, глядя в одну точку. Намтик не давил и терпеливо ждал.

— Пропустишь завтра один день своей разведки? — наконец спросила она, поднимая взгляд. Её огненные глаза были словно раскалённый добела клинок.

— Смогу, — без колебаний ответил Намтик. — Что будем делать?

На её лице не отразилось ни одной эмоции.

— Увидишь.

Едва небо посветлело, они отправились в путь.

Утренняя столица была совсем другим городом. Большинство игроков отсыпались после ночных развлечений, и улицы принадлежали НИПам. Они двигались неторопливо, без той опасливой спешки, что сквозила в каждом их движении днём. На их лицах можно было увидеть искренние, спокойные улыбки. На пару часов раннего утра это был их город.

Прежде чем покинуть столицу, пришлось потратить почти полчаса на новый виток легенды. Они заглянули к старому травнику, взяв у него простенький ежедневный квест на сбор. Можно было бы не усложнять себе путь, но в голове крепко сидели слова мастера Схилфа, который учил, что идеальное прикрытие должно быть безупречно в каждой мелочи.