Брэйв посмотрел на Етти. Своим порывом помочь бывшим обидчикам она, сама того не ведая, решила дилемму последних двух дней — соглашаться на предложение Иштори или нет. Теперь оставался только один вариант.

Намтик замер посреди маленькой комнаты. На кровати, жадно впитывая солнечные лучи, лежала катана — единственный безмолвный свидетель происходящего. Свет скользнул по идеальной полировке клинка и на мгновение споткнулся о пару крохотных, почти незаметных бурых пятен у самой рукояти. Левая рука была свободна, а правая сжимала гладкий чёрный кристалл, холодный, как лёд. Внутри, в его глубине, плавало около сотни едва различимых огоньков. Намтик неотрывно следил за таймером перезарядки. Сердце стучало в такт последним, бесконечно долгим секундам.

— Так, ещё раз… — прошептал Намтик. — Правой рукой веду по дуге, перехожу вниз, и в триггерной точке подключаю инвиз… Синхронно… Главное синхронно…

Выдохнув, Намтик поднял руку с кристаллом и очертил в воздухе полукруг. Как только рука прошла сквозь триггерную точку, левая рука сделала серию коротких, рваных жестов. Наконец, обе руки сошлись под правым боком.

В тот же миг по телу прошла дрожь. Кожу неприятно потянуло, словно она стала слишком тесной, послышался тихий хруст меняющихся костей. Тело раздувало изнутри, мышцы наливались чудовищной силой. Пятипалые ладони сжались в последний раз и исчезли, уступив место огромным, покрытым жёсткой шерстью лапам. Кристалл упал на пол и откатился к кровати. Голова налилась свинцом. С трудом повернув её, Намтик посмотрел в зеркало у стены. Его гладь оставалась пуста. Там никого не было.

«Ага, получилось!» — радостно подумал Намтик, заглушая неприятную тяжесть в голове. Один из когтей неуклюже ткнул в воздух, активируя системную иконку.

Обратная трансформация была быстрой, почти безболезненной. Тело вернулось в норму, но вот комната — нет. В нос ударил тошнотворный запах гнили, а на полу растеклась серо-чёрная лужа. С превращением совсем не повезло. При помощи Системы Намтик зажёг несколько свечей. Комнату наполнили приятные запахи лаванды и мяты. Взяв в руки тряпку, Намтик принялся отмывать грязь с пола. Итем перезаряжался десять минут, и коротать их в грязи и вони не хотелось.

Закончив с уборкой, Намтик подошёл к окну. Вид на стену соседнего здания не радовал, но сверху пробивался клочок чистого неба, в центре которого сияло солнце. Его лучи тянулись к груди, пытаясь пробраться к самому сердцу, но разбивались о внутренний холод, не в силах его растопить. Под рёбрами завязался тугой узел тревоги, заставляющий вздрагивать от любого шороха.

События последних дней закручивались спиралью, и каждый виток был короче и интенсивнее предыдущего. Пока Вилл лежал в «коме», месяцы тянулись чередой однообразных дел. Это было спокойное время, когда неделями ничего не менялось. Последние же дни наполнились хаосом, который сильно выматывал.

Скрип половицы в коридоре заставил обернуться, но человек за дверью прошёл дальше. Намтик вновь посмотрел в окно. Мысли переключились на Камня и Мясника. Два сильных бойца, которые сильно выделялись на фоне всех Освободителей. То, как они двигались, сперва удивило. На следующей вылазке насторожило. А когда они, будучи отрезанными от основных сил, вдвоём разнесли полторы пачки Невозвращенцев, сомнений почти не осталось. В этой игре только одни НИПы могли двигаться с такой безупречностью, чувствуя друг друга как близнецы не по крови, а по духу. Чёрные рыцари.

Кончик носа неприятно зачесался. Намтик машинально провёл по нему ногтем. Взгляд зацепился за бурый полумесяц запёкшейся крови, не имеющей ничего общего с превращением. Подозрения касательно Рыцарей нужно было подтвердить. Записка-анонимка сработала безупречно. Рыцари клюнули на наживку, явившись на «тайную встречу». Битва с ними была яростной, но короткой. Камень не пережил десятикратный урон от катаны. Мясник оказался в плену, в глубине подземелья-темницы, далёкий от своих братьев по оружию и любимой Королевы.

Намтика передёрнуло от утренних воспоминаний. Сцены допроса Мясника были ещё слишком свежи. Чёрные рыцари отличались от обычных бойцов своей стойкостью, но даже её оказалось недостаточно, чтобы вытерпеть боль. Мясник быстро сломался. Катана и клинки кромсали тело, а помогали им пыточные инструменты, которые терзали не тело, а душу. Мясник, чья душа была изранена убийствами и преступлениями, не смог вынести двойной пытки. Крики мужчины до сих пор стояли в ушах. Отголоски старой личности кричали, что пытать человека, пусть и виртуального, это чудовищно. Но её голос не мог пробиться сквозь личность нового Намтика, что была выкована здесь.

Мясник умер, перед этим всё рассказав, и если отбросить в сторону крохотный шанс, что он соврал, картина вырисовывалась пугающая.

Королева Трелорин отправила своих Чёрных рыцарей на помощь Освободителям — и это была лишь малая часть её игры. Оружие. Информация. Она кормила мятежников с руки, превращая их в острое лезвие против Гига.

Улыбка мечтал о светлом будущем после Освобождения, но он был слишком наивен. Королева вела Освободителей к пропасти по одной из двух дорог. Либо они каким-то чудом победят — и Трелорин без проблем заберёт Северные земли, нарушив все обещания и убив тех, кому помогала. Либо Освободители проиграют, но обескровят Гига настолько, что она возьмёт Северные земли без боя. В любом случае Освободителей ждёт только смерть. Использованный инструмент выбросят на свалку истории.

Десятиминутная перезарядка предмета почти закончилась. В коридоре послышались лёгкие шаги — перепутать их было невозможно. Дверь открылась, и в комнату вошла Арлейн. Её короткие каштановые волосы стояли дыбом, непослушные и острые, словно колючки лесного ежа.

— Тут что, кто-то сдох⁈ — недовольно спросила она. Ноздри девушки недовольно дёрнулись, а рот скривился.

Намтик принюхался. В воздухе витали только ароматы свечей.

— А что, вонь осталась?

— Ещё спрашиваешь⁈ — фыркнула она. — Фу, гадость какая. Надеюсь, мертвец не у меня под кроватью.

Обычно, едва закрыв дверь, она срывала с шеи бронзовый ошейник и швыряла его в дальний угол. Но сегодня она его даже не коснулась. Вместо этого Арлейн молча прошла к сундуку у окна. Её плечи были напряжены.

— Всё нормально? — спросил Намтик.

За показной брезгливостью пряталось что-то ещё. Раздражение. Злость. Недовольство. И отголоски чего-то ещё, что храбрая Арлейн всегда подавляла.

— Да, — коротко бросила она.

Арлейн задержалась у сундука, словно забирала с собой кучу вещей.

— Я снова тебя покину, — столь же коротко сказала девушка, раздражённо захлопывая крышку сундука.

— А куда уходишь? — спросил Намтик.

Она вспыхнула.

— Я что, ещё отчитываться перед тобой должна? — голос звучал опасно ровно, но покрытые шрамами руки сжались в кулаки. — Надо. По делам Освободителей. Этого достаточно. Вернусь, наверное, к вечеру.

И, не сказав больше ни слова, она резко развернулась и вышла, с силой хлопнув дверью.

Намтик подошёл к сундуку и открыл его. Перед глазами сразу всплыло окно интерфейса. Сундук был разделён на две секции: верхняя принадлежала Арлейн. Наблюдения не обманули — девушка забрала почти всё снаряжение, оставив лишь некоторые крафтовые вещи и расходники. Тревожный знак. Намтик забрал все созданные девушкой вещи из общего доступа, надел сет вещей, позволяющий поддерживать непрерывную невидимость второго уровня, и направился следом.

Найти Арлейн оказалось просто — она сильно выделялась на фоне остальных НИПов. Пока те шли, опустив глаза в пол или сгорбившись от страха, Арлейн шагала гордо, словно была хозяйкой столицы. Бронзовый обруч вспыхивал медными бликами при каждом шаге.

Намтик аккуратно двигался следом. Всё это было странно. На незримом графике сила Освободителей росла по экспоненте. Это было видно из их стычек с Невозвращенцами, частью которых довелось быть, и по шепоткам, что расползались по столице. Освободители были на пике успеха своей борьбы, вот только настроение Арлейн падало обратно пропорционально общему успеху. И дело было явно не в личных трениях.