— Тогда гоу вытрясем сокровищницу Альянса? — предложил Брэйв.

— Там нет таких денег, — отрезал Венж. — Даже близко.

— И что остаётся? Открыть «донат-сбор»? — хмыкнул Вилл. — Протянуть руку и жалостливо попросить «скинуться, кто сколько может»? И то, с тысячи человек придётся собрать по миллиону. На одного маунта. У Гига таких проблем нет. Под ним целое королевство. Уверен, что этот путь прошёл, а значит, у этого выхода будет ждать своя охрана.

Снова повисло молчание. Вилл вспомнил механические коридоры. Найденный ими путь был предпочтительнее других. Мало того, что они нашли его, так ещё и сломали кровавую печать, и всё сложилось как нельзя удачнее. Не встреть они Арлейн, не доставь они Сигила к лекарю, печать осталась бы нетронутой, и пришлось бы по всему миру искать того, кто сможет её сломать.

Той преграды больше не было. Но оставалась последняя, куда более сложная и опасная.

— В любом случае, вариантов негусто, — медленно проговорил Вилл, принимая решение. — Ищем любые подсказки по моему квесту. Параллельно пытаемся найти что-то ещё. Возможно…

Дверь с грохотом распахнулась, ударившись о стену. В комнату ворвался Намтик. Дыхание его было сбитым, тёмные волосы растрепались от быстрого бега, а в глазах застыла паника. Брэйв, лениво раскачивавшийся на стуле, едва не упал на пол.

— Малой, чёрт! — выкрикнул он. — Я чуть не…

— С Грати что-то случилось? — вскочил на ноги Вилл.

Встревоженное лицо Намтика призывало готовиться к худшему.

— Нет, — выдохнул он, мотая головой. — Или да… Там Невозвращенцы! Они пришли сюда! Они взяли Крепость в осаду!

— Что?.. — ошарашенно вымолвил Вилл.

Он метнул взгляд на друзей. В их глазах застыло отражение собственного шока. Не сговариваясь, они сорвались с мест. Вилл одним движением смёл со стола реликвию, Кромор схватил драгоценные книги. Брэйв опрокинул стул и едва не сбил Венжа, что бросился к проёму. Через мгновение комната опустела.

Просторный зал Совета гудел. Но гул этот рождала не сотня голосов, а сама тишина — тяжёлая и звенящая. В ней напряжение стало плотным, осязаемым, превратив воздух в туго натянутые струны. Высокие каменные своды тонули во мраке, и лишь тусклый свет кристаллических стен выхватывал из полутьмы тяжёлые знамёна гильдий.

За длинным столом, изогнутым в форме хищной усмешки, восседали двадцать четыре главы гильдий Альянса. Напротив них, ярусами уходя в тень, поднимались трибуны. Огромные, они казались почти пустыми — лишь три десятка фигур занимали места в первых рядах. Заместители, офицеры, лидеры гильдий, не входивших в Альянс, но расположившихся на территории Крепости, — они казались единым организмом, замершим и обращённым в слух.

Вилл держался в стороне, за одной из самых дальних трибун. Кровавые целители не входили в Альянс, но исключительный статус — и чрезвычайность ситуации — даровали право присутствовать на совете. Альянс пережил немало тёмных времён, но в этот раз на кону стояло нечто большее, чем обсуждение крафтовых налогов и планировка новой ДКП-системы.

Единственным звуком в этой напряжённой тишине был ровный, веский голос:

— … и по последним данным нашей разведки, Невозвращенцы стянули к Крепости примерно три с половиной тысячи человек.

Внимание всего зала было приковано к мужчине в потёртом сете разбойника, что замер у стены, почти целиком скрытой под полотном огромной карты. Острие его указки скользнуло по пергаменту, обводя тревожную красную зону, расползшуюся у границ Альянса.

— И это число постоянно растёт: к ним продолжают прибывать отдельные рейды, слаженные боевые группы и даже целые гильдии.

Он сделал паузу, давая цифрам осесть в сознании присутствующих. Указка переместилась к северным территориям, откуда к Крепости тянулись десятки алых нитей, похожих на кровоточащие сосуды.

— Чтобы собрать такую армию, Гига задействовал все рычаги, — продолжил разбойник. — Кого-то он покупает, кого-то запугивает, кому-то обещает дома или ранги. Его машина работает на полную, но самого Гига у Крепости нет, и, предположительно, не будет.

— Ещё бы у этого труса хватило наглости явиться сюда самому! — пророкотал Игнис, и его гневный рокот завершился глухим ударом. Обожжённая до самого плеча правая рука тяжело опустилась на стол.

Короткая волна одобрительного гула тут же разбилась о стену неодобрительных взглядов других глав гильдий. Под их тяжестью Игнис на мгновение замер, широкая грудь под ярко-рыжей волшебной мантией судорожно вздыбилась, и из неё вырвался резкий кашель.

— Прости, Шатт, — отчеканил он, возвращая голосу спокойствие. — Продолжай.

— Есть ещё кое-что, — безэмоционально продолжил Шатт, касаясь указкой жирно выделенной точки на карте. — Наши наблюдатели сообщают о транспортировке крупногабаритного груза от Острова к Крепости.

— Что именно они везут? — поинтересовался Эрайз.

Глава «Багрового очага» всё больше напоминал Брэйва — по каким-то странным причинам седины в его волосах всё прибавлялось. И хотя демоническая усталость залегла глубокими тенями под его глазами, осанка его хранила прежнюю, несгибаемую мощь лидера.

Разведчик покачал головой.

— Этого мы не знаем. Объект перевозят в гигантском запечатанном контейнере. Попытки подобраться ближе провалились. Там может быть что угодно, и не исключено, что внушительные размеры — это лишь обманка.

Новость о таинственном грузе заставила нескольких глав гильдий податься вперёд. Они обменялись быстрыми, встревоженными взглядами, и по столу зазмеился сдержанный шёпот.

— Это всё? — спросил Эрайз, обрывая перешёптывания.

— На данный момент — да. Больше новой информации нет.

— Хорошо. Спасибо.

Разведчик коротко кивнул. Его отход от карты был таким же точным, как и доклад: выверенный шаг назад, чёткий разворот на каблуках, и вот он уже размеренно шагает к своей трибуне, не издав ни единого лишнего звука.

Альянс и Невозвращенцев связывала история сложных компромиссов. Их отношения балансировали на грани между враждой и нейтралитетом, не склоняясь до конца ни к одной из сторон. Сугубо деловому партнёрству мешало фундаментальное противоречие: одни стремились покинуть игру, другие — остаться в ней на десятки лет. Когда энтузиазм Альянса в поисках выхода поугас, хрупкое равновесие на время укрепилось. Однако то, что налаживалось месяцами, обратилось в прах за один день.

Вилл обвёл зал взглядом. Общему собранию предшествовала закрытая встреча глав Альянса с делегацией Невозвращенцев. Как и следовало ожидать, Гига выдвинул три условия: вернуть Грати, принести извинения и изгнать Кровавого целителя с его подельниками. Формулировки, которые он использовал, не оставляли пространства для манёвра: Грати — законная жена правителя, насильственное удержание равносильно нападению, а Альянс, предоставляя ей убежище, превращается из нейтральной стороны в пособника врага.

Эрайз не вставал. Он лишь медленно обвёл взглядом лица за столом. Наконец, он сцепил пальцы в замок на столешнице и заговорил. Несмотря на хрипоту, каждое его слово падало в тишину зала с тяжестью камня.

— Мы выслушали доклад разведки. Мы знаем ультиматум, который передали переговорщики. У каждого было достаточно времени, чтобы обдумать это наедине с собой. — Эрайз замолчал, медленно переводя взгляд с одного главы гильдии на другого, — Прежде чем мы начнём, я хочу напомнить всем, на чём стоит наш Альянс. На одном простом принципе, который мы выработали ещё во времена первого Совета игроков: мы принимаем решения сообща, ради блага всех. Это наша основа. Наша философия.

Он чуть подался вперёд, и его серые, как пепел, глаза, казалось заглянули в душу каждому сидящему за столом.

— И сейчас, в самый тёмный час для Альянса, — в его голосе не было пафоса, лишь спокойная уверенность, — нам предстоит принять, возможно, самое трудное решение. И что важнее — принять его не простым большинством голосов. Мы должны прийти к согласию. Чтобы его поддержали все главы, без исключений. Итак, кто считает, что мы должны выдать Грати? Уважаемые главы, поднимите руки.