— Сейчас объясню, — кивнул Император, — мы с Тайншаром и еще одним нашим другом как раз заканчивали обучение в Военной Академии, куда так рвется Малика. Я, хоть и был наследником престола, знал, что до момента, когда власть перейдет ко мне, еще довольно много времени, поэтому в политику особо не вникал, изучая ее в пределах общеобразовательного курса. Надеялся, что успею влезть во все это после того, как получу диплом… Мы приехали во дворец после выпускного, нашего друга, его звали Ритаенар, родители забрали домой — у него намечалась свадьба с хорошей девушкой.

— Таен? — удивленный возглас Лии прервал размышления Ксайштара, — но почему?

— Я решил поехать в летнюю резиденцию. Забрал с собой отряд личной гвардии, а Тайншар остался во дворце — его попросила об этом моя сестра. По дороге нас догнали Ритаенар и Ирриниррен — его девушка. Оказывается, друга посадили под домашний арест, когда поняли, что он не собирается поддерживать стремление родителей к смене власти. Надеялись, что он передумает. Ири же, напротив, сделала вид, что согласилась со своими родственниками и, под предлогом того, что сможет переубедить жениха, навестив его, помогла Таену сбежать, — Император потер ладонями лицо, — они предупредили меня, я бросился обратно во дворец, но опоздал…

Лиа шагнула ближе, в молчаливой поддержке прикасаясь к плечу мужчины. Она видела, как трудно ему вспоминать все произошедшее, но прервать его не решилась. Ксайштару явно просто необходимо было выговориться.

— Что было дальше, знают все… Разве что, мало кто был в курсе, что Тайншара я лично вытащил из кандалов в его любимом подвале. Они заставили его смотреть на трупы родителей. Знаешь, он тогда почти обезумел… А уж когда мы нашли Саиррен убитой в собственной постели, я совсем перестал узнавать друга. Он до сих пор чувствует вину, — Ксай тряхнул головой, — после этого Таен и Ири отреклись от собственных семей, сменили имена, и оба предпочли стать слугами во дворце, пытаясь хотя бы таким образом остаться рядом с нами. Жаль только — до сих пор не поженились…

— Мне жаль, — тихий голос Лии отчетливо был слышен в просторном зале.

— А мне пришлось стать Императором, — Ксайштар благодарным жестом накрыл руку супруги своей ладонью, — мне нужен был кто-то, хорошо разбирающийся во внешней политике — ты уже поняла, что у нас с Таем есть в этом определенные проблемы. Собственным придворным я, по понятной причине, не доверял, и доверять не собираюсь. Тут и пригодилась разведка. Информация о вас была неожиданной и, что скрывать, своевременной.

— Я прекрасно подошла для этого, так? — Лиа не была расстроена, она прекрасно знала, что ничего романтичного в ее браке не было, — а Малика достаточно хорошо справилась с ролью лекарства для Советника. Он ведь стал более спокойным?

— Вот видишь, я в тебе не ошибся, — Император поднес тонкую девичью руку к губам, — впрочем, я позвал тебя сюда не для этого разговора. Ты позволишь?

Он, не отпуская руку Лиалин, подошел к алтарю и взял ритуальный кинжал, лежащий на нем. Сделал надрезы на их ладонях и, соединив их над украшенным какими-то символами камнем, начал говорить:

— В твоих глазах — мой дом, в твоей душе — я нашел вторую половину, с тобой я — единое целое. Делюсь с тобой своим дыханием, стуком своего сердца. Так есть, и так должно быть всегда. Пусть Боги Четырех стихий станут свидетелями моего слова. Принимаю и отдаю.

Тяжелые капли крови, падая на алтарь, не растекались алой кляксой, а впитывались в темный камень, заставляя загораться таинственные символы. Когда последнее слово отзвучало, и вспыхнул последний символ, над алтарем возник сгусток тени, который, покружив над головами пары, ударил девушку в грудь, буквально растворившись с ней.

— Зачем? — Лиа была удивлена поступком супруга. Для проведения ритуала «Разделения жизни» — а это был именно он, девушка хорошо в свое время изучила его описание, — требовалась более веская причина, чем польза в решении политических вопросов.

— Просто я не хочу тебя потерять, — Император пожал плечами, — не в этом столетии точно.

— Тебя можно поздравить? — Советник, зашедший в кабинет друга, следующим утром на удивление добродушно улыбался, — нарэ Лиалин — действительно хороший выбор.

— Я тоже так думаю, — Император неосознанно потер порезанную накануне ладонь. От царапины не осталось и следа, только на ее месте появился символ бесконечности — знак правильно проведенного ритуала, — я поражен отсутствием возражений с твоей стороны.

— Она довольно мила, умна, не задает лишних вопросов, — пожал плечами Тайншар, — да и вообще, вполне подходит на роль Императрицы. Так почему я должен возражать?

— Я рад, — искренне улыбнулся Ксай, — ты сегодня на удивление добродушен.

— У меня нет причин для злости, — Советник пожал плечами, — сегодня пройдет последнее испытание, и все недоразумения наконец-то разрешатся.

— Ты уже решил, как поступишь? — Императору действительно было интересно. Предугадывать действия друга в последнее время стало весьма проблематично, — не хотелось бы никаких сюрпризов.

— Есть у меня пара вариантов, — протянул Тайншар, плавными движениями разминая кисти рук, — ничего такого, что могло бы тебе не понравиться.

— Спрашивать о подробностях, я так понимаю, бессмысленно? — ухмыльнулся Император, — тогда мне остается лишь надеяться, что очень скоро я и сам все узнаю.

— Точно, — кивнул Тай, — все решится совсем скоро.

Оба мужчины замолчали, размышляя каждый о своем.

Только когда лучи восходящего солнца добрались до окон кабинета, расположенного с южной стороны дворца, Тайншар поднялся из кресла:

— Увидимся позже. Мне нужно успеть кое-что решить до обеда.

Император только покачал головой, провожая уходящего друга взглядом. Что ж, ему определенно будет интересен результат последнего испытания.

Когда Лиалин проснулась утром, супруга в спальне уже не было. Девушка усмехнулась, удивляясь такой работоспособности мужчины — спать Ксайштар всегда ложился после полуночи, а просыпался задолго до рассвета.

Довольно зажмурившись, девушка села на кровати и энергично потянулась. День обещал быть долгим, поэтому нужно было подниматься. Тем более, что самым первым пунктом в планах на сегодня была встреча с сестрой. Лии хотелось поговорить с Маликой до завтрака, пока младшая сестренка не успела испортить себе настроение.

Она как раз заканчивала укладывать волосы в высокую прическу, когда раздался негромкий стук в дверь:

— Войдите, — Лиа отвернулась от зеркала, чтобы видеть вошедшего.

— Нарэ Лиалин, — вошедшая в комнату Ирида, как и всегда, внимательно разглядывая супругу Императора, вдруг побледнела, — простите… Ваше Величество.

— Меня вполне устраивало предыдущее обращение, — нахмурилась Лиа, — что-то изменилось?

— Да, — служанка кивнула, подходя ближе, — знак появился.

— Какой знак? — Лиалин совершенно не понимала, о чем говорит ей служанка, — где появился?

— Символ бесконечности, — терпеливо объяснила Ирида, которая уже оправилась от удивления и теперь явственно распространяла вокруг себя флюиды искренней радости, и кивнула на зеркало, — да Вы сами посмотрите!

Лиа послушалась и изумленно выдохнула, не понимая, как она не заметила этого раньше. На правом виске причудливым узором переплетались две перевернутые восьмерки. Знак бессмертия, вечности и мудрости. Знак равенства и единства.

— Почему он появился? — осторожно коснувшись кончиками пальцев тонкого рисунка, задала вопрос.

— Ну, это довольно просто, — улыбнулась Ирида, — Император выбрал Вас своей парой и подтвердил это ритуалом, принимая вас полноправной Императрицей. Поэтому и появился рисунок. У него такой тоже есть. Только на ладони, которую он резал во время ритуала.

— И с чего вдруг такая несправедливость? — усмехнулась Лиа.

— В этом ритуале мужчина является отдающим. Для него практически ничего не меняется, поэтому и знак незаметен, — рассказывая все это, служанка успела достать платье из гардероба, подала его новоявленной Императрице и теперь помогала завязывать замысловатую шнуровку, — женщина же принимает силы, способности, увеличивается ее продолжительность жизни. Изменяется статус. Поэтому знак становится виден всем, как бы подтверждая это.