Не замечая повышенного к себе внимания, мужчина спокойно доехал до Ксайштара, бросил поводья супруге, и осторожно передал другу успевшую задремать от нервного перенапряжения под мерное покачивание девушку. После чего легко спешился и, кивком поблагодарив Малику за помощь, отошел в сторону.

Император так же осторожно, словно драгоценную статуэтку, принял Лию на руки и, не отпуская ее, развернулся к горожанам, собравшимся на площади. Когда он заговорил, голос его был холоднее зимних ветров северных стран:

— Отправляясь сюда, я всего лишь хотел поделиться с вами радостной новостью. Однако был весьма разочарован в своих лучших побуждениях, ведь прямо во время движения нашей процессии было совершено покушение на мою супругу. — Он осторожно поставил перед собой проснувшуюся от резкого голоса Лиалин, и, положив руки ей на талию, притянул ближе к себе, укрывая в теплых объятиях, — виновные уже пойманы, их приговор будет озвучен завтра, тогда же и приведут в исполнение. Я очень надеюсь, что подобное больше не повторится.

Мужчина ненадолго замолчал, обводя тяжелым, не предвещающим ничего хорошего взглядом площадь. Темные, стоявшие перед ним, выглядели ошарашенными. Шутка ли — покушение на Императрицу, в давние времена за такое правитель был волен вырезать всё население города, где подобный инцидент произошел.

— Несмотря на произошедшее, — довольный произведенным эффектом, Ксайштар продолжил говорить, — ваши прошения будут рассматриваться в обычном порядке. Нам же пора возвращаться в резиденцию. Продлять своё присутствие здесь я не считаю возможным.

Резким свистом мужчина подозвал к себе лошадь, которую держал под уздцы один из его охранников, посадил на спину животного Лиалин, следом взлетел в седло сам и направил лошадь прочь от площади, сопровождаемый поспешно направляющимися за ним придворными.

Через пару часов после возвращения из города, оставив супругу под присмотром её сестры, Император сидел в своем кабинете в ожидании отчета от дознавателей, периодически нервно постукивая пальцами по столешнице массивного деревянного стола.

Когда терпение венценосного практически иссякло, дверь, тихо скрипнув, отворилась, впуская Советника. Тот выглядел, мягко говоря, не очень — растрепанная прическа, почти безумный блеск в глазах и помятая одежда. Ксайштар даже в удивлении приподнял бровь, увидев друга таким. Тай позволял себе подобную небрежность только когда был раздражен чем-то настолько, что просыпалась его вторая сущность — сущность Палача.

Мужчина резкими рваными движениями пересек кабинет и уселся в кресло, напряженно вглядываясь в лицо Императора. Увидев что-то, понятное только ему одному, Тайншар жизнерадостно оскалился, являя миру достаточно большие клыки, и заговорил:

— Это просто нечто, — недовольно фыркнул он, — маленькая кучка темных Лордов решили исправить сложившуюся не так, как им того бы хотелось, ситуацию в стране. И это с минимумом способностей к интригам и катастрофической нехваткой возможностей.

— Неужели, всё настолько плохо? — задав дежурный вопрос, Император замолчал в ожидании продолжения рассказа.

— Я даже начал сомневаться, кто из нас более безумен — я или они, — раздраженно повел плечами Советник, — у меня даже развлечься, как следует, не получилось, своими планами они, как оказалось, готовы были делиться добровольно.

— То есть, ты хочешь сказать, что круг заговорщиков ограничился теми лордами, которых поймали твои подчиненные? — Ксайштар был искренне удивлен таким положением вещей. Честно говоря, он вообще перестал что–либо понимать.

— Можно сказать и так, — уклонился от прямого ответа Тайншар, — с остальным я сегодня разберусь.

— Если ты думаешь, что это позволит тебе проигнорировать объявление о браке, то, спешу огорчить, попросту заблуждаешься — совсем не подходящий повод, — Император испытующе посмотрел на друга, — надеюсь, ты все же явишься на ужин…

— Слушаюсь и повинуюсь, Ваше Величество, — поднимаясь из кресла, шутливо кивнул Советник, — все дела еще до ужина будут на вашем столе для вынесения по ним приговора. Позвольте откланяться.

Вышел мужчина так же, как и вошел — едва слышно открыв дверь. Ксайштар проводил его долгим взглядом и вернулся к бумагам, продолжив методично рассортировывать их по разным стопкам.

Возвращение во дворец прошло для обеих девушек как в тумане. Вроде бы — вот только они покидают городскую площадь, а через некоторое время с удивлением обнаруживают себя в комнате Лиалин во дворце. Хотя Малика дорогу во дворец еще помнила, правда весьма смутно — беспокойство за сестру не давало мыслить ясно.

Лиа же была сонной, заторможено реагировала на происходящее вокруг нее и, оказавшись в своей комнате, тут же легла спать. Мали не стала пытаться ее растормошить, а просто устроилась в кресле в ожидании момента, когда сестра проснется.

Когда старшая принцесса проснулась, сквозь довольно большое окно было заметно, что приближается время ужина — на землю опускались сумерки. Переведя взгляд с открывающегося ей пейзажа на комнату, девушка заметила задремавшую в кресле сестру. Осторожно, стараясь не шуметь, девушка поднялась и подошла поближе к Малике:

— Мали, Мали, проснись, — позвала шепотом и только после этого легонько тронула её за плечо. По-другому будить младшую сестренку было попросту опасно, она легко могла ударить, не успев разобраться в происходящем.

Услышав голос сестры, младшая из принцесс практически моментально распахнула глаза.

— Лиа… — не сразу среагировав на то, что сестра стоит прямо перед ней, так же тихо зашептала она, — проснулась? Ты в порядке?

— Проснулась, — кивнула Лиалин, искренне улыбаясь заботе, прозвучавшей в голосе Малики, — и ты тоже просыпайся. Нам нужно будет появиться на ужине.

— А, может, не пойдем? — жалобно протянула младшая, умоляюще посмотрев на старшую.

— Даже не думай, — Лиа скорчила угрожающую гримасу, — на ужине должны объявить о вашей с Советником свадьбе. Так что отвертеться у тебя не получится!

— Ну, Ли, — умоляющих ноток в голосе стало на порядок больше. Малика отчего-то вдруг занервничала в предчувствии приближающегося события, которое вызывало у нее только глухое раздражение.

— Прекрати, — хлестко брошенное сестрой слово моментально отрезвило. Мали собранно кивнула и, быстро поднявшись из кресла, под внимательным взглядом Лии направилась в ванную. Пробыла там недолго, и, радуясь тому, что платье выглядит прилично, и возвращаться в свою комнату не понадобится, вышла к Лиалин, которая тоже успела привести себя в порядок.

В обеденный зал обе девушки спускались неохотно. В глубине души они были недовольны такой необходимостью — Малике не хотелось повышенного внимания, а Лиа еще не совсем оправилась от дневного происшествия.

И Император, и Советник уже были в зале, когда сестры появились на пороге. Оба, судя по направленным на вход выжидающим взглядам, ждали своих супруг. Ксайштар волновался за Лиалин, поэтому хотел поскорее ее увидеть и убедиться, что всё в порядке.

Тайншар же был странно задумчив. Ему понравилась реакция Малики на происходящее днем. В особенности, то, что она выполнила все его указания, несмотря на заметное невооруженным глазом волнение за сестру. Открывающиеся в младшей из принцесс качества начинали интриговать Советника, а разгадывать такие загадки он любил.

Поприветствовав подошедшую к нему супругу сдержанным кивком, Император обернулся к собравшимся за столом придворным и едва заметным жестом пригласил присоединиться к себе Тайншара и Малику.

— Поскольку государственный переворот в очередной раз не состоялся, думаю, я вполне могу открыть вам некоторые факты… — Произнося это, Ксайштар обвел тяжелым взглядом всех присутствующих, заставляя особо чувствительных из них нервно сглотнуть, — позвольте представить вам младшую принцессу Нердии — Малику, приехавшую на территорию Империи инкогнито. Спешу также добавить, что уже несколько дней она является супругой Советника Империи, нара Рагшесса.