— Рад, — просто произнес Советник и тут же замолчал, следуя за принцессой на расстоянии шага. До самых дверей никто из них не произнес ни слова.
Когда все, кто должен был отправиться в эту поездку, наконец-то собрались, Император дал команду к отправлению. Малика, не дожидаясь помощи, взлетела на лошадь одной из первых, Лиалин же, с молчаливого разрешения друга, подсадил в седло Советник.
Едва вся эта сравнительно небольшая процессия тронулась, Тайншар направил своего огромного угольно-черного жеребца в сторону Малики и, приблизившись к ней на достаточное, чтобы его было хорошо слышно, расстояние, прошипел сквозь зубы:
— Нарэ Малика, если вы хоть чем-то испортите наш план, я клянусь, что все самое плохое, что происходило в вашей жизни до этого момента, будет казаться вам раем. Я об этом позабочусь.
— О, ну что вы, нар Рагшесс, не стоит так нервничать, — усмехнулась Малика, совсем не удивленная словами супруга, — я не сделаю ни одного лишнего движения без вашего одобрения.
— Очень на это надеюсь, — раздраженно фыркнул Советник и направил коня вдогонку за Императором.
Младшая принцесса проводила его задумчивым взглядом, пожала плечами и тронула бока лошади каблуками, заставляя ее ускорить шаг. Раз уж Тайншар поехал вслед за Ксайштаром, Малика решила догнать сестру.
Девушек очень удивило расположение Императорского дворца, который, в отличие от Королевской резиденции Нердии, находился за пределами столицы. Чтобы добраться до города, нужно было сначала проехать по мосту через реку, окружающую дворец, потом преодолеть небольшую рощицу и еще несколько минут скакать по дороге, пролегающей сквозь цветущие луга.
Природа Темной Империи поражала неискушенное воображение девушек. Здесь росло большое количество растений, практически не встречавшихся на территории Нердии, так что обе принцессы с удовольствием любовались открывающимися им видами, пользуясь тем, что процессия двигалась довольно медленно.
Но куда большее впечатление на сестер произвели городские улицы. Разительно отличаясь от того, что принцессы видели у себя на родине, они были совершенно чистыми, демонстрируя нехарактерный для больших городов порядок. Выстраивались в идеально прямые линии аккуратные, построенные словно под копирку ухоженные дома. Рядом со многими из них были разбиты цветники, удивляющие разнообразием ярких красок. Чуть дальше, в стороне от жилых кварталов виднелись верхушки деревьев. Там, по всей видимости, располагались фруктовые сады, которые, как позже девушки выяснили, принадлежали всем горожанам.
Процессия во главе с Императором должна была проехать по центральным улицам города и только потом остановиться на главной площади. По крайней мере, именно так проходили все предыдущие выезды Его Величества.
Малику, правда, несколько насторожило то, что всех их заставили поменять свое положение в процессии. Согласно сложившейся традиции, Император возглавлял ее, рядом с ним двигался Советник, следом за ними — несколько министров. Лиалин же, что и показалось странным, поместили ближе к середине колонны всадников. Младшая принцесса хотела было высказаться по этому поводу, но, увидев спокойное, но сосредоточенное лицо Тайншара, быстро успокоилась. Ей не хотелось ничего испортить своим неосторожным замечанием.
Лиалин с самого утра страшно волновалась. Одно дело — выглядеть уверенной в себе перед несколькими десятками не очень любящих тебя придворных, совершенно другое — предстать перед намного большим количеством точно так же к тебе относящихся обычных подданных Империи. Поэтому, когда ей предложили переместиться в середину процессии, она даже не подумала возражать, обрадовавшись возможности хоть некоторое время побыть подальше от изучающих взглядов разной степени враждебности.
Советник, заметив осуществляющуюся в движущейся колонне перестановку, довольно усмехнулся. Пока все шло по просчитанному им плану, что не могло не радовать. Оставалось только выждать немного, чтоб и последующие события двигались по нужному ему пути.
Император двигался вперед, не обращая внимания на то, что происходит позади него. Во–первых, потому что Тай запретил ему вмешиваться в происходящее, ну а, во-вторых, потому что, сидя на лошади, оглядываться, мягко говоря, было довольно неудобно.
А девушек постепенно и практически незаметно для тех, кто не следил за этим специально, оттесняли все ближе к концу процессии. И, если Лиалин не обращала на происходящее особого внимания, морально готовясь к предстоящей встрече с городскими жителями, то Малика прекрасно всё заметила, но предпринимать ничего не стала, помня обещание, данное собственному супругу.
Тот же, хоть и представлял, что будет происходить, да и подчиненным дал довольно строгие инструкции, в стороне оставаться не собирался. Эта черта характера — желание все контролировать и самому решать все проблемы — досталась ему вместе со шрамами во время дворцового переворота, в результате подавления которого Императором пришлось стать Ксайштару. К слову сказать тогда же погибли и родители Тайншара, всецело поддерживающие политику императорской семьи.
Именно тогда и укрепилась окончательно эта немного странная дружба между двумя мужчинами. В момент, когда ворвавшийся в подземелья дворца в сопровождении личной стражи тогда еще — будущий, Император собственноручно снимал со стены закованного в кандалы и разодравшего о них все руки Тайншара, который не отрывал невидящего взгляда от лежащих перед ним мертвых родителей.
Непрошенные воспоминания были сейчас лишними и только мешали сосредоточиться, поэтому, Советник, отмахнувшись от них, как от назойливого насекомого, подобрался и постарался переместиться еще ближе к девушкам, подав незаметный знак своим людям, успешно рассредоточившимся по процессии.
Всадники тем временем постепенно приближались к перекрестку, где им следовало повернуть направо. Первые из наездников уже скрылись с глаз за стенами домов, расположенных прямо возле поворота, на углу. Именно поэтому, когда раздался громкий женский крик, Император уже не смог увидеть, что же происходит. А вот Советник, успевший переместиться на достаточное от начала колонны расстояние, прекрасно видел, как лошадь Лиалин взвилась на дыбы и, не разбирая дороги, рванула вдоль улицы, унося с собой испуганную новоиспеченную Императрицу. Сделав два быстрых взмаха рукой, Тайншар отдал команду подчиненным, и резким рывком поводьев направил своего коня вслед за удаляющейся лошадью.
— Император, — указывая на друга, успел крикнуть Малике, на полном скаку промчавшись мимо неё. Та понятливо кивнула и бросилась вдогонку за Ксайштаром. А Советник, не обращая внимания на то, что помощники уже скрутили нескольких темных, яростно пришпорил коня, подгоняя его.
Быстро настигая Лиалин, Тайншар радовался своей предусмотрительности, благодаря которой он приказал подать принцессам не самых быстрых животных. Поравнявшись с несущейся без разбору лошадью, Советник наклонился всем корпусом вперед и, благо ему это позволяла физическая сила, схватил девушку за талию, одним рывком выдергивая ее из седла. Лиа не успела даже понять, как оказалась прижатой к сильному мужскому телу.
— Благодарю, — дрожащими губами едва слышно прошептала она, как только смогла хотя бы частично взять себя в руки. Очень хотелось плакать, но позволить себе этого принцесса не могла. Мужчина, к счастью, промолчал, продолжая крепко прижимать ее к себе, и только, усадив девушку удобнее, развернул коня, отправляя его в обратный путь.
Возвращались они гораздо медленнее. Стоило хоть немного увеличить скорость, как девушка начинала дрожать, что прекрасно чувствовал Тайншар. Эту слабость тёмный принцессе простил довольно легко, прекрасно понимая, что не многие, после подобного испуга, вообще решились бы продолжить поездку.
Процессию они догнали, когда та практически подъехала к центральной площади города. Конь Советника, все так же медленно продвигаясь, вез всадников к Императору, уже спешившемуся у помоста, сооруженного на этой самой площади, и расположившейся в шаге за его левым плечом, заметно нервничающей Малике. На последних метрах пути их провожали недоуменные взгляды удивленных таким поступком Тайншара придворных.
