— Ты к нему и на шаг не приблизишься, — отрезал Демид, одним махом разрушив всю мою гениальную стратегию на корню.

— Это ещё почему? — перевела взгляд с Лихо на Демида.

— Потому что не сможешь, — как всегда, кратко отрезал отшельник.

— И откуда такая железобетонная уверенность?

Его непоколебимая убеждённость в нашем неминуемом поражении перед сонным доходягой озадачивала.

— Оглянись вокруг, — Демид широким жестом очертил чёрную пустошь, словно это зрелище должно было открыть мне глаза.

— Там, что, минное поле? — не поняла я пространственного намёка. — Да оно там стоит, словно каменный истукан, и видит десятый сон. Это идеальный момент, чтобы прихлопнуть гада.

— Тебе просто так кажется, — безучастно обронил Демид, равнодушно пожимая плечами.

— Ах, вот как? Ты у нас, оказывается, знаток здешних сомнамбул, — фыркнула я, закатив глаза.

Демид устало вздохнул, на мгновение прикрыв глаза.

— Ты не понимаешь, — в его голосе отчётливо проскользнуло раздражение. — Это не просто спящий истукан. Это его территория. Он чувствует каждое изменение, каждую вибрацию. У тебя есть хоть отдалённое представление о скорости реакции существа, которое веками оттачивало инстинкты выживания в этом гиблом месте?

— Ну допустим, оно супер-пупер быстрое. И что? — я поудобнее перехватила эфес меча, выжидающе смотря на главного скептика в нашей компании. — Мы не призраки, конечно, но двигаемся довольно сносно. Главное — действовать тихо.

— Если уж так не терпится умереть, то вперёд, — бесстрастно произнёс Демид, небрежно махнув рукой в сторону спящего Лихо. — Только потом не говори, что я не предупреждал. Впрочем, ты и не сможешь. Ведь будешь мертва!

— Да не ори ты так, — шикнула я на парня.

За его напускным безразличием чувствовалось смутное волнение и тень дурного предчувствия. Его предостережения звучали не как пустые угрозы, скорее, как отчаянная попытка уберечь от неминуемой гибели.

— Ладно, заинтриговал, — неохотно признала я, чуть ослабляя хватку на мече. Пренебрежительное отношение к опасности, конечно, моя фирменная черта, но интуиция шептала, что сейчас лучше прислушаться. — Что предлагаешь? Стоять и ждать, пока этот кадавр проснётся и решит нами пообедать? Или у тебя есть гениальный план, как его тихонько нейтрализовать, пока он видит цветные сны?

Демид медленно обвёл тяжёлым взглядом выжженную, словно после ядерного взрыва, пустошь. Ни тени эмоции не дрогнуло на его каменном лице.

— Лучше поищи себе другое зло, — наконец произнёс он свой неутешительный вердикт.

Я застыла, не веря своим ушам. Мне, с циничным равнодушием, срывали головокружительный шанс вернуться домой. К тому же парень демонстративно развернулся и пошёл прочь, в сторону леса, откуда мы пришли.

— Ты куда? — выпалила вслед Демиду, теряя остатки самообладания. — У нас же контракт!

— Контракт исполнен, — он остановился, но не обернулся. — К Лихо я тебя привёл. Но смотреть на твою глупую смерть в мои обязательства не входило.

— Да ну и пожалуйста! — огрызнулась я ему в спину. — Очень мне нужно было твоё царское присутствие! Что бы ты сделал? Зашептал бы его до смерти? Или своим фирменным презрением сразил бы его наповал?

Но Демид, не удостоив меня ответом, продолжил удаляться, равнодушно игнорируя мои возмущённые вопли.

— Да пёс с ним! Сами справимся, — заверил меня меч, звякнув в предвкушении.

— Думаешь, получится?

Как только Демид скрылся из виду, я с сомнением обернулась к Лихо. Оно всё ещё пребывало в подобии зачарованного сна. Высокое, иссохшее, всеми забытое и, на первый взгляд, совершенно безобидное.

— Да проще простого! — пылко воскликнул меч. — Сейчас как свистну, как тресну! И от этой сонной тряпицы мокрого места не останется!

— Ты уверен? — переспросила я, и меч аж задрожал от нетерпения. — Ладно, — неохотно согласилась я. — Назовём операцию «мышь в засаде». И чтоб никаких геройских воплей я от тебя не слышала.

Медленно и осторожно я начала приближаться к Лихо. Каждый шаг давался с непомерным трудом. Воздух вокруг сгустился, словно перед грозой. Сердце стучало так громко, что мне казалось, существо услышит его.

Наконец, роковой рубеж был достигнут. Лихо оставалось неподвижным, но я нутром чувствовала, что оно не спит по-настоящему. Что-то изменилось в атмосфере, появилась неестественная, давящая тишина, словно нечто невидимое, но почти осязаемое приглушало все звуки. Тело отяжелело, как будто мышцы налилась свинцом. Невольно казалось, что вокруг Лихо гравитация обладала своими собственными, непостижимыми свойствами.

Но несмотря на всколыхнувшийся в груди отчаянный страх, я приготовилась к броску. «Мышь в засаде», — пронеслось в моей голове, и меч, словно живой, перехватил инициативу, заставив моё тело молниеносно броситься вперёд.

Прежде чем сталь успела коснуться иссохшей плоти, Лихо распахнуло свой единственный глаз. И мир вокруг поглотила кромешная тьма. Что-то во мне надломилось. Меч, с жалобным звоном, выскользнул из ослабевших пальцев, уткнувшись в безжизненную землю. А я рухнула на колени, парализованная обжигающим взглядом древнего чудовища.

Невыносимая тоска обрушилась лавиной, погребая под спудом вселенской апатии и сокрушительной бессмысленности. Всё, что я когда-то любила, казалось теперь пустым и никчёмным.

Лихо смотрело на меня своим единственным глазом, вытягивая не просто жизнь, а саму суть — волю, надежду, искру. Под этим гипнотическим взором я съёжилась, ощущая себя маленькой, ничтожной и совершенно потерянной в этом огромном, холодном и чужом мире.

Словно из-под толщи мутной воды, я едва различала зов меча, взывающий ко мне из далёкой реальности.

— Вставай! Ты же герой! — надрывался ржавый клинок.

— Знаешь, — вяло откликнулась я, погружаясь всё глубже в трясину апатии, — мне бы сейчас и самой не помешал герой.

— Ядовитая метка поглощает тебя, — меч продолжал надрывно взывать ко мне. — Скоро ты превратишься в безвольный, жалкий уголёк!

— Кажется, это называется выгоранием, — пробормотала я, зачаровано уставившись в немигающий глаз Лихо. Оно не двигалось, лишь только смотрело на меня. — Профессиональный недуг. Не волнуйся, со мной такое случается регулярно. Просто нужно отлежаться, почитать книжку, посмотреть сериал… И уволиться.

— Нет времени отлёживаться! — взревел меч, пронзая тишину отчаянным ультразвуком. — Вспомни, зачем ты здесь!

— Зачем? — переспросила я, утопая в безразличии. — Ах да, отпуск… Какая нелепость. Как, впрочем, и всё остальное.

— Домой! Ты хотела домой! — вопил меч.

На мгновение в сознании мелькнул далёкий отблеск. Лица друзей и коллег, шум родного города, запах свежесваренного кофе по утрам, мягкий диван, тёплый плед. И счёт за коммунальные услуги, который нужно срочно оплатить. Но желание раствориться в небытии, провалиться в безликую пустоту, стало почти осязаемым.

Меч продолжал надрывно взывать ко мне, но его слов я уже не разбирала. Всё, что меня окружало, вдруг стало таким далёким и совершенно ненужным.

Чья-то отчаянная хватка вцепилась за ворот моей куртки, силясь вырвать из власти чудовища.

— Не смотри ему в глаз! — словно из бездны донёсся гневный рык Демида.

В слепой суматохе, пытаясь меня спасти, он сам скользнул взглядом по Лихо. Лишь мельком, краем глаза, но этого оказалось достаточно, чтобы и он рухнул перед чудовищем на колени.

— Ну и дурак же ты, Демид, — прошептала я с бессильной тоской, едва чувствуя, как тает тепло его прижатого плеча. Внутри меня разрасталась ледяная, всепоглощающая пустота, и лишь одно, кристально ясное ощущение — мы вот-вот развеемся в ничто.

— Ну, вот и всё, — опечаленно вздохнул меч, словно ставя точку в нашей трагической истории. — Ржаветь мне тут до скончания веков.

Давящую тишину внезапно разорвал свист, над головой пронеслась стрела, выпущенная с немыслимой скоростью, и вонзилась точно в глаз чудовищу. Лихо взревело, оглушая визгом агонии. На моё лицо брызнули горячие капли крови, и на это я лишь отреагировала вялым, брезгливым «фу».