— Я ведь мог подцепить замужнюю девушку в клубе, провести с ней незабываемую ночь, а она бац и залетела.

— Ээээ, ну уж нет, — лицо Серёги вмиг становится серьезным, он быстро распознал посыл моих мыслей. — Я итак крупно рискую, раскрыв тебе все карты. Меня могут посадить.

Давит на жалость, хитрюга.

— Серёга, у тебя целый штат грамотных адвокатов, акул юриспруденции. Они даже покруче моих будут.

Друг бросает на меня настороженный взгляд.

— Все, не нуди. Итак, настроения нет, — ставлю пустой стакан на стол, беру свой мобильный.

На экране нет никаких оповещений.

— А что так? — с издевкой произносит Сергей.

— Забелина меня в блок отправила.

Он начинает смеяться, а я все сильнее ощущаю, как злость овладевает телом.

Какая-то выскочка будет мне еще препятствовать.

— А что ты хотел? Думал заявишься к ним на порог и скажешь: «Здрасьте, я - папа девочки!». И все тебя сразу примут, и все тебя сразу полюбят?

— Мне не нужна их любовь, мне нужна моя дочь, — произношу строго.

В свой дом приезжаю уже за полночь. Еще неделю назад я нанял бригаду, которая переделывает ремонт во всех комнатах. Сегодня они закончили детскую.

Вхожу в темную комнату, щелкаю выключателем.

Да, дизайнерша не обманула, обстановка здесь получилась уютная. Осталось докупить кое-какую мебель, и спальня будет полностью готова к встрече с маленькой хозяйкой.

Оцениваю другие комнаты, надо работников поторопить.

А то сегодня Виктория кинула меня в блок, а завтра свинтит куда-нибудь.

Но девушка и не подозревает, что бегать от меня она долго не сможет. Ей придется смириться с тем, что у Алёны появится ее настоящий отец. А не этот кусок фекалий, который сейчас ошивается рядом с ней.

Тишина в доме угнетает. Хочется волком выть, поддаваясь плохим воспоминаниям.

Принимаю решение переночевать в квартире. До жилого комплекса доезжаю быстро, дороги пустые. Загоняю тачку на поздемную парковку, иду к лифтам.

— Зай, стой, — раздается тоненький голосок.

Ожидаемо. Но я надеялся, что она приползет не так быстро.

Оборачиваюсь и вижу Марину, стоящую возле своей машины.

Она сразу же направляется ко мне, рассекая тишину подземки цокотом каблуков.

— Прости, — она ластится ко мне, как кошка, приглаживает лацканы пиджака. — Я вспылила.

Створки лифта раскрываются, и я вхожу в кабину, девушка только хочет сделать шаг вперед, но я выставляю руку, останавливая ее.

— Марина, я еду домой, а ты проваливаешь на все четыре стороны.

Девушка озадаченно распахивает свои лисьи глаза, поправляет рыжие волосы.

— Зай, — возмущается она.

— Еще раз меня так назовешь, проблем не оберешься, — смотрю на нее строго. — Ключи от гаражных ворот оставь на охране.

Я убираю руку, и стальные двери лифта закрываются.

Утром меня будит звонок телефона.

— Слушаю, — отвечаю на автомате, даже не открывая глаз.

— Шеф, у нас проблема. Забелина покинула город.

Я резко сажусь в кровати и пытаюсь сфокусироваться спросонья.

— Куда уехала? — я слезаю с кровати и направляюсь в ванную.

— За город. Взяла билет на автобус.

— Одна?

— С ребенком.

— Срочно сбрасывай мне все данные, — чеканю строго. — И восстановите слежку.

— Есть!

Вика

Обожаю здешний воздух. Городок не перенаселен, по дороге не летают машины, детвора может спокойно играть за двором.

Сижу у родительского дома, пока сестра хлопочет на кухне, и осматриваю цветущий палисадник.

Алёна сидит недалеко на пледе, расстеленном на солнечной лужайке, играет кубиками, увлеченно рассматривает животных, нарисованных на них.

— Му-у-у, — тянет дочка, смешно вытянув губки в трубочку.

В руке она крутит кубик с коровой.

— Правильно, корова говорит «му», — улыбаюсь, глядя на белую панамку, в которой сидит моя модница.

Так, красного тряпичного цветка уже нет. Видимо, Алёна решила, что ему там не место. Теперь бедный бутончик валяется среди остальных игрушек.

Скольжу подушечками пальцев по рыбацкому креслу, в котором сижу я. Прочная ткань немного истрепалась на углах. Папа был любителем ездить на рыбалку, не помню, чтобы его улов украшала огромная рыбина, ему был интересен сам процесс.

— Не заскучала?

Из дома выходит Алла с подносом в руках. На нем дымятся две кружки ароматного кофе. Она ставит их на плетенный уличный столик, а сама садится рядом в такое же рыбацкое кресло, как и у меня.

— Обожаю твой кофе, — тянусь к кружке, но меня останавливает сообщение, пришедшее на мой телефон.

Смотрю на экран.

+ 7 (909) 895-…: «Решила спрятаться? Виктория, ты не сможешь бегать от меня вечно».

— Кто там? Илья пишет? — сестра немного вытягивает шею и смотрит на мой мобильный.

— Нет, — отвечаю растеряно и убираю прядь волос за ухо. — Спам.

Пытаюсь унять зарождающуюся дрожь. Я уже подумываю о том, чтобы обратиться в полицию, хотя я не уверена, что все сообщения полицейские примут всерьез.

— Ви-и-ик, — загадочно тянет сестра, и я переключаю внимание на нее, — некрасиво будет с моей стороны, если я на неделю уеду в Сочи?

— А что в этом некрасивого? — делаю глоток горячего кофе.

— Я пригласила тебя, обещала помочь с Алёнушкой, а сама сматываюсь на море.

— Ну, ты же едешь по работе? — бросаю на дочку быстрый взгляд, за ней глаз да глаз.

— Вообще-то нет, — смущенно произносит Алла, и мои брови взлетают на лоб от удивления.

Я давно не видела ее такой застенчивой и загадочной. В последний раз – лет пятнадцать назад, когда она влюбилась в своего уже бывшего мужа.

А я всегда была зубрилкой, школа – с золотой медалью, институт – с красным дипломом. Парни меня вообще не интересовали, только Илье удалось пробиться через броню, которую я себе выстроила в юности. В школе были девчонки, которые пользовались популярностью у мальчишек, я от таких держалась подальше. Естественно, меня дразнили ботаншей. А когда в седьмом классе мне поставили брекеты, то фантазия у моих одноклассников разыгралась не на шутку.

Зато сейчас у меня идеальная улыбка, за что огромное спасибо моим родителям.

— Так ты расскажешь зачем едешь в Сочи? — игриво произношу я и внимательно слежу за улыбающейся сестрой.

— Я общаюсь с одним очень привлекательным и интересным мужчиной, — гордо произносит она.

— А подробнее можно? Мне надо знать все! Я же не могу отпустить родную сестру неизвестно с кем.

— Да ну тебя, — усмехается Алла и машет на меня рукой. — Мне сорок лет, Вика.

— Это ничего не меняет, — дразню я ее.

— Его зовут Борис. Ему сорок пять, разведен, двое взрослых детей.

— И где ты его нашла?

— Это он меня нашел, — с губ сестры не сходит довольная улыбка, а я радуюсь вместе с ней. — Познакомились на работе. Он прилетел к нам с проверкой, сам живет в Сочи.

— Так он пригласил тебя в гости? — я игриво приподнимаю брови.

— Да. Так что ты мне скажешь?

— Поезжай конечно.

— А ты не обидишься? — она смотрит на меня щенячьими глазами.

— Алла, что за глупости? Я не обижусь. Я справлялась с Алёной в Москве, а уж в родительском доме и подавно справлюсь. Будем тут вдвоем хозяйничать с моей красоткой.

Мы обе поворачиваем головы к Алёне, она смотрит на нас и показывает кубик с изображением свиньи. Малышка смешно вдыхает воздух через нос, пытаясь выдать нам «хрю».

— Спасибо, сестренка, — тихо произносит Алла, не отводя взгляда от племянницы.

*****

Стоя у окна, я сжимаю в руке телефон, который не перестает вибрировать.

Сумасшедший весь вечер атакует меня звонками. Я только отправляю новый номер в черный список, так он начинает трезвонить с другого.

У него что, свой завод по изготовлению сим-карт?

Алёна накупалась в теплой баньке, наплескалась в металлическом тазике со своей вереницей резиновых уточек, хорошо покушала и теперь смирно сопит на разложенном диване у стены. Дочка обложена подушками, поэтому я расслабленно стою у окна и смотрю на улицу.