— Сожги, — возвращаю бумагу, пропитанную женскими духами Семену. — Она написала, что улетает, в письме данные по рейсу. Ты лично поедешь в аэропорт и проследишь, чтобы она села в самолет.

— Хорошо, — кивает парень.

Я направляюсь за дом, в поле зрения появляется Вика. Она стоит в тени деревьев и наблюдает за Алёной. Малышка строит пирамидки на зеленой траве. Ее маленькие ножки без обуви, крохотные пальчики смешно поджаты.

Надо будет поставить сюда хороший детский комплекс. С песочницей.

Бесшумно подкрадываюсь к Вике. Обнимаю ее сзади, нежно целую в щеку.

— Не испугалась? — шепчу в ее аккуратное ушко, прикусываю его.

— Нет. Я чувствовала тебя, — усмехается Вика и вжимает голову в плечи, закрывается от меня.

— Прям чувствовала? — прижимаюсь грудью к ее спине, вдыхаю ее соблазнительный аромат.

— Ага, — спокойно отвечает она, не сводя взгляда с нашей дочери.

Врушка. Никого она не чувствовала. Слышала, наверное, как машина заехала во двор.

Я раскрываю лист с результатом теста перед лицом девушки. Она заметно напрягается, берет его в руки и внимательно читает.

В этот момент Алёнушка оборачивается к нам и, заметив меня, резво поднимается с газона и бежит ко мне.

— Па-па! Па-па! — кричит на весь двор малышка.

Я подхватываю ее на руки, кружу, глядя на нее снизу вверх. Дочка заливисто хохочет.

И мое сердце наполняется любовью. И счастьем. Черт возьми, я - отец этой крохи. До сих пор не верится.

— Костя, я и не сомневалась, — улыбается Вика, подходит к нам.

Малышка обнимает маму, перебирается к ней на руки. Я приобнимаю своих девчонок.

— Мой друг Артур, к которому мы ездили на свадьбу, пригласил нас к себе в гости.

— Когда?

— Когда тебе будет удобно.

Вика кивает. Алёна щиплет маленькими пальцами мою бороду. Сосредоточенно пытается с ней справиться.

— Ам, — шуточно приоткрываю рот, пытаясь поймать ее шаловливые пальчики.

Вика вздрагивает, а Алёна начинает заразительно хохотать.

— Съем твой пальчик, — игриво рычу.

— Кость, — тихо зовет меня Вика, я перевожу довольный взгляд на нее, — я тут подумала…

Она опускает дочку на траву, малышка бежит к своим игрушкам.

Я обхватываю ее за талию, целую в румяную щеку.

— Что? Говори.

Вижу, как она то ли боится, то ли стесняется. Не могу понять ее чувств.

— Я тут подумала…, — она делает глубокий вдох. — Ты же уже не участвуешь в программе, как донор?

Она смотрит мне в глаза, я тону в ее красоте.

— Нет, — усмехаюсь, — только сегодня говорил об этом с другом из клиники.

Вика слегка кивает.

— Давай отдадим твой материал на хранение? — в ее глазах мелькает игривый блеск. — Чтобы я потом смогла родить тебе еще.

У меня глаза расширяются от удивления.

У меня ведь не слуховые галлюцинации?

— Ты сейчас серьезно? — замираю.

Вика широко улыбается, кладет ладошки мне на грудь, поглаживает ее.

— Да. Серьезно.

Вика

— Не могу поверить в то, что этот засранец не пришел! — недовольно бурчу я, слетая со ступенек адвокатской конторы.

Костя заморочился, нанял хорошего адвоката, чтобы тот уладил вопрос об обоюдном решении вопроса с Алёной, чтобы нам всем не пришлось тащиться в суд. Мужчина связался с Ильей, тот внимательно выслушал, они договорились встретиться, чтобы обсудить все детали. Но этот гад попросту не явился.

Своих отыскиваю быстро. В тени густых деревьев на лавочке сидит Алла с Алёной. Я попросила сестру побыть с малышкой, пока мы будем обсуждать важные дела.

А Илья как всегда заставил меня краснеть. И стыдится. До сих пор не могу отделаться от этого дурацкого чувства.

— А вот и мама, — довольно произносит Алла, указывая на меня.

Моя красоточка в разноцветной шляпке оборачивается и тут же улыбается во все свои немногочисленные зубки.

— Ма-ма!

Дочка топает ко мне, я спешу к ней навстречу, чтобы подстраховать.

А потом крепко обнимаю и поднимаю ее на руки.

— Ну что? — рядом встает сестра, поправляет сарафан Алёнушки.

— Илья не пришел, — снова возмущение берет верх надо мной.

— Вот же…, — осекает себя Алла, оставив скверное словцо при себе.

Я киваю. Сейчас я полностью с ней согласна.

— А Костя твой где?

«Твой».

Улыбка расползается по моему лицу.

Этот мужчина и правда мой. В груди разрастается трепет, как только я думаю о нем. И о нашем будущем.

— Остался поговорить с адвокатом.

Мы с сестрой одновременно тяжело вздыхаем.

— Ладно, я помчусь, а то мой Борис уже меня забросал сообщениями. Когда же я вернусь?

Алла смешно морщится, а я с радостью в душе наблюдаю за счастливой сестрой.

— Ни минуты без меня не может.

Я очень рада, что она прилетела. Хоть и ненадолго. Я теперь могу поделиться с ней своими переживаниями по поводу Кости. Все-таки папочка у нас известный миллиардер, мало ли, его переклинит.

Да, такие мысли все еще посещают меня.

Я уверена, что Алёнушку он никогда не бросит. А вот меня ему могут быстро заменить длинноногие вертихвостки. Я уже не раз ловила на себе завистливые взгляды.

В голове тут же всплывает нежный шепот Кости, его ночные комплименты и слова, что я прекрасна. И его поцелуи на каждом сантиметре моего неидеального тела согревают кожу.

За прошедший месяц он изучил меня всю. Как и я… я тоже времени зря не теряла. Знаю каждую родинку, каждый шрам. Пальцы так и хотят прикасаться к нему. Мы будто были созданы друг для друга, но разбросаны судьбой. Чтобы жизнь нам медом не казалась.

Ух, что-то меня понесло не туда.

Быстро моргаю и натыкаюсь на озадаченный взгляд Аллы.

— Что?

— Ты в каких облаках витаешь, Вика? — прыскает она со смеха.

Но по ее хитрым глазам видно, что она уже давно меня раскусила.

Вдруг сестра хватает меня за руку и хмуро смотрит поверх моего плеча.

Я оборачиваюсь.

Надо же, явился, не запылился.

Неторопливой походкой Забелин Илья (надеюсь, что скоро я избавлюсь от его фамилии!) приближается к адвокатской конторе.

— Алла, твой Борис подождет, — я вручаю дочку ей в руки. — Побудь еще немного с крестницей, выполняй свои обязанности.

Так и оставив сестру с приоткрытым ртом, я раздраженно топаю к Илье.

— О, какие люди, — нетрезвым голосом произносит он, раскидывает руки в стороны.

— Илья, — шикаю я на него, осматриваюсь, — ты почему опоздал? Мы прождали тебя полтора часа.

— Ничего страшного, — он вскидывает голову, нагло прищуривается. — А что, Викуль, как дела? Как тебе живется с миллдир….милбир…

Он шумно выдыхает, пытаясь совладать с собственным языком.

— С мил-ли-ар-де-ром, — с трудом выговаривает он.

Господи, стыд-то какой! Средь бела дня, а он уже лыко не вяжет!

В следующую секунду из здания выходит Костя, а за ним и адвокат.

Они сразу же обращают на нас внимание.

— О, а вот и твой ухажер, — с издевкой проговаривает Илья. — Как тебе моя жена? В постели все делает? А то я как-то попросил…

— Замолчи! – резко перебиваю я его.

Замечаю желваки на щеках Кости, его ладони мгновенно превращаются в кулаки.

Нет, только не здесь. И не сейчас.

Я подбегаю к Косте, вешаюсь ему на шею, целую в щеку.

Со мной же он не бросится в драку.

— Илья, мы вас заждались, — сдержанно произносит адвокат и смотрит на наручные часы. — Но ради Константина Анатольевича, я готов уделить вам еще час.

— О, как, — Илья делает кривой реверанс, — премного благодарен. Слушай, Костя, а перед тобой все на цырлах ходят? Деньги творят чудеса.

Чувствую, как тело моего мужчины превращается в камень.

— Кость, не слушай его, — я заглядываю в его гневное лицо.

На секунду мы встречаемся взглядами. Он готов рушить все на своем пути.

Мне становится страшно.

— Кость, — зову тихо.

Он смотрит на меня, а потом крепко обхватывает за талию.