— Да, Костя, да! — улыбаюсь. — Я тоже тебя люблю.

На его лице растягивается широкая улыбка. Он встает, аккуратно надевает кольцо на мой дрожащий палец, целует его и притягивает меня к себе.

Наши губы встречаются в нежном, долгом поцелуе. Мир вокруг исчезает. Есть только мы одни, наши обещания и звезды над головой.

Когда мы возвращаемся в дом, я застываю у кроватки нашей дочери.

Да, малышка, теперь мы все будем счастливы.

Костя обнимает меня сзади за талию, прижимается твердой грудью к моей спине.

Я откидываю голову ему на плечо и шепчу:

— Спасибо, Костя. За то, что ты у нас есть.

А в ответ над моим ухом раздается:

— Это тебе спасибо, любимая.

Вика, год спустя

Снежинки кружатся в воздухе, оседая на ветвях елей и деревьев. Загородный частный поселок погружен в предпраздничное оживление: гирлянды переливаются на соседних заборах и крышах, слышатся детские голоса, где-то неподалеку играет новогодняя музыка.

Я стою на крыльце нашего дома и смотрю, как Костя возится во дворе с Аленой. Она с восторгом носится по снегу, смешно переваливаясь с ноги на ногу.

Костя строит для нее снежную крепость. Его шапка съехала на бок, шарф болтается, но он абсолютно счастлив, подбрасывая снег и вызывая смех нашей дочери.

Теперь уже официально «нашей». Титова Алёна Константиновна.

Я поглаживаю свой заметно округлившийся живот. Маленький пинок внутри заставляет меня улыбнуться. Наш сын. Трудно поверить, что совсем скоро он появится на свет. Еще год назад я бы и представить не могла, что все это станет нашей жизнью. Нашим счастьем.

Костя замечает, как я наблюдаю за ними, и его взгляд становится нежным, теплым, каким он смотрит только на меня.

Он быстро стряхивает снег с перчаток и поднимает Алёну на руки, чтобы подойти ко мне.

— Ты что тут одна стоишь? Холодно ведь, — улыбается мой муж.

— Мама! — дочка жмется к любимому папе, показывает на меня пальчиком.

Костя ставит ее на землю и, обхватив меня за талию (или за то место, где она была до беременности), притягивает ближе. Его руки, как всегда, надежные, крепкие. Алена прижимается ко мне, лепечет что-то про крепость и снеговика.

— А ты вообще не должна тут мерзнуть, — он кивает на живот. — Наш чемпион опять пинается?

Я смеюсь и прикладываю ладонь к животу.

— Чемпион определенно против, чтобы я долго стояла на морозе.

Мы все вместе заходим в дом, раздевшись, топаем в просторную гостиную. Тут пахнет хвойными ветками, мандаринами и шоколадным печеньем. Костя с Алёнушкой с утра затеяли выпечку и, конечно, вся кухня теперь в муке, но я даже не против. За последний год я научилась не беспокоиться о мелочах. Главное — наша семья. Это все, что имеет значение.

Наблюдаю, как Костя помогает Алёне повесить последний шарик на елку. Она пытается дотянуться до ветки, и он бережно поднимает ее, чтобы она смогла достать. Картина идеальная. Они идеальны. И я снова чувствую, как глаза наполняются слезами.

Год назад все было другим. Я боялась, что Алена никогда не узнает, что такое настоящая семья. Боялась, что больше никогда не смогу быть счастливой.

Но Костя…

Костя изменил все.

Он не только дал нам дом. Он дал мне уверенность, что я могу быть любимой, что я заслуживаю счастья.

Вспоминаю, как он уверенно расписывался в бумагах на удочерение Алёны, а потом тихо сказал: «Теперь она официально моя девочка».

Забеременеть мне удалось только при помощи ЭКО. Вспоминаю, как мы прошли через все вместе, как мы держали друг друга за руки, когда врачи говорили о шансах. Как Костя чуть ли не прыгал от радости, узнав, что у нас будет мальчик.

Костя продолжает следить за своим здоровьем, он в ремиссии, поводов для беспокойства нет.

Об Илье я больше ничего не слышала, знаю только то, что его официально объявили без вести пропавшим.

Смотрю, как Костя опускает Алёну на пол и идет ко мне, притягивает меня в свои объятия. Его ладонь ложится на мой живот, и я чувствую, как все внутри замирает от счастья.

— А ведь это будет наш первый Новый год, когда мы – семья Титовых.

Я встречаюсь с его бездонными глазами. Таю от его взгляда.

— Первый из множества, — улыбаюсь и поглаживаю ладонью его по заросшей щеке.

Мы целуемся, и в этот момент Алёна радостно хлопает в ладоши. Я смеюсь сквозь слезы, а Костя шепчет мне на ухо:

— Кажется, у нас тут зрители.

Алёна подбегает к нам, крепко обнимая нас двоих. Она еще не совсем понимает, что скоро будет обнимать и своего братика. А я знаю только одно: впереди нас ждет жизнь, полная смеха, любви и счастья.

Снег все идет за окном, превращая мир в настоящую сказку. И я знаю, что эта сказка теперь – наша.

Навсегда.

Конец