На секунду зависаю на строгом взгляде Кости.

- Если ты спешишь, я сделаю все сама.

Только я хочу развернуться к дочери, как чувствую теплые руки на талии, которые осторожно меня отводят в сторону.

Костя расстегивает ремни кресла, аккуратно высовывает из-под них детские ручки и берет малышку на руки.

О, Боже! Я таю, как мороженое на солнце от такого зрелища.

Высокий и красивый папа с широкими плечами держит на руках крохотную дочку.

Я слышала, что для девочки важно, чтобы в ее жизни был отец. Раньше я была уверена, что Илья достойно справится с этой ролью, но как же сильно я ошиблась. Теперь появление Кости в нашей жизни не кажется уже столь безумным.

Я поправляю задравшийся сарафан, почти не дышу, как сапер, обезвреживающий бомбу.

— Какая она хорошенькая, — Ольга Николаевна складывает ладони у груди, не отводя взгляда от нашей дочери.

Внимательно наблюдая за Алёнушкой, я быстро иду рядом с Костей, стараясь не отставать. Мужчина уверенно входит в дом, я пытаюсь не отвлекаться на интерьер, у меня будет еще время осмотреть дом.

Костя поднимается на второй этаж, плечом открывает белую дверь, и мы попадаем в светлую просторную детскую. Возле окна с легкими занавесками радужного цвета стоит кроватка, бортики пошиты из розовой ткани.

Вообще вся комната в нежных девичьих расцветках. А вот мебель белого цвета меня немного настораживает. Как бы Алёна не внесла в нее свою лепту… ярким карандашом… или фломастером. Я даже не могу представить как дорого здесь все стоит.

А еще я не вижу здесь спального места для себя. Я озадаченно буравлю спину Кости, пока он осторожно кладет малышку в кроватку.

— А где моя кровать? — спрашиваю шепотом.

— В соседней комнате, — спокойно отвечает мужчина, разворачиваясь ко мне.

Что??? Это как же…

— Почему? Я хочу спать здесь.

Костя берет мена под локоть и выводит из детской, прикрывая за собой дверь.

— Ты будешь спать в соседней комнате, — четко произносит он, глядя мне в глаза.

А я блуждаю по нему растерянным взглядом.

Это его хитрый ход?

— А ты где будешь спать? — я ставлю руки на пояс.

В глазах Кости мерцают загадочные молнии, губы приподнимаются в довольной усмешке.

— Не волнуйся, у нас с тобой разные комнаты.

Он берет меня за руку и заводит в следующую дверь.

Эта комната такая же светлая, только выполнена в теплых бежевых тонах. Мое внимание тут же привлекает широкая кровать. А тело уже представляет как же удобно мне будет здесь спаться.

Но я на его уловки не поведусь. С прищуренным взглядом я смотрю на Костю, его веселит моя реакция, он тихонько посмеивается.

— Что ты переживаешь? Алёна за стенкой, она рядом с тобой.

Костя медленно приближается ко мне, а я отступаю назад. Но делаю только три шага, как упираюсь поясницей в подоконник. А мужчина продолжает вторгаться в мое личное пространство. Упираюсь ладошками в его стальную грудь, чтобы остановить его.

Смотреть ему в глаза я боюсь. С трудом сглатываю. Пальцы зудят от энергии его мощного тела.

— Вика, — шепчет он, а его теплое дыхание скользит по моему лицу.

Аромат его парфюма залетает в нос, проникает в кровь, разносится по мелким капиллярам.

— Посмотри на меня.

Я отрицательно мотаю головой.

— Ты боишься меня?

— Да.

— Я не причиню вам вреда.

Вот про Алёну мне охотно верится, а про себя… в голову лезут только отвратительные мысли. Я не хочу быть его куклой для плотских утех.

Вибрация мобильного немного ослабевает напряжение, летающее в воздухе.

— Да чтоб вас, — бурчит Костя и смотрит на экран своего телефона. — Слушаю.

Я ожидала услышать мужской голос, но в трубке вдруг защебетал женский голосок.

— Я же сказал, что скоро подъеду, жди.

Костя отключается и тяжело вздыхает.

— Тебе пора. На встречу.

Не глядя на него, я юрко выскальзываю между подоконником и телом мужчины, и спешно направляюсь к дочке.

Вика

Смотрю на свое спящее солнышко, не могу отвести взгляда. Уже сейчас я понимаю, что Алёнушка похожа на своего отца, против генов не попрешь.

Спиной чувствую, как сзади ко мне кто-то подкрадывается. Но его быстро выдает парфюм.

— Если что надо купить для Алёны или для тебя, не стесняйся, говори.

— Мг, — тихо произношу я, не оборачиваясь.

И резко закрываю глаза, когда к моей спине прислоняется мужское тело. Мне в пору дернуться и отойти, но ноги налились свинцом.

— Ольга Николаевна поможет тебе подобрать няню, — шепот пролетает мимо уха, а дыхание шевелит короткие волоски.

— Няню? — хмурюсь и отскакиваю от мужчины, как от огня. — Зачем няню? Я сама справляюсь с дочкой.

— Алёна беспокойная девочка, тебе самой станет легче. И у тебя появится свободное время для себя.

Я не поняла? Это он меня сейчас так обидел? Что во мне не так?

Я быстро осматриваю себя, выгляжу я хорошо, опрятно, чисто. Это что еще за слова?

— Вика, я всего лишь хочу тебе помочь.

— Мне не нужна помощь, — недовольно шиплю я, а охота кричать на всю комнату, вы посмотрите на него, крестная фея, блин! — Я сказала, что моей дочери не нужна няня. Если вдруг мне понадобится чья-то помощь, я попрошу Ольгу Николаевну. Она не откажет.

— Забота о ребенке не входит в ее обязанности, — резко осекает меня Костя.

В этом доме аура плохая? Что с ним происходит? А что со мной? Я готова взорваться от недовольства.

— Ты боишься, что твоя домработница ужин не успеет приготовить? Или носки твои постирать?

Прикрываю рот ладошкой. Вот так ляпнула я на свою голову.

Алёна начинает крутиться, куксится, нос трет. Костя поворачивает тумблер на кроватке и та начинает медленно покачиваться. Малышка переворачивается на другой бок, тяжело вздыхает и снова проваливается в сон.

— Хорошо, — твердо произноси Костя, выдержав долгую паузу.

Уступив мне, он разворачивается и уходит. А я облегченно вздыхаю.

В углу стоит мягкое кресло, я сажусь в него, задрав ноги и обхватив их руками. Смотрю в окно, закинув голову назад. Слышу звук мотора, он постепенно стихает. Константин уехал. Вот и хорошо. Не спокойно мне рядом с ним, а сейчас прям взбесил.

В дверях появляется Ольга Николаевна. Она с любопытством пытается заглянуть в кроватку, но с ее места дочку не видно, женщина не высокого роста.

— Вика, вы бы пообедали, я борщ приготовила, — шепчет она и делает шаг вперед, входя в комнату.

— Спасибо, но я дождусь, когда Алёна проснется.

— Можно посмотреть на вашу дочку? — в ожидании моего ответа женщина замирает.

— Конечно.

Она тихо подходит к кроватке и заглядывает в нее.

— Ну, ангелочек! Тьфу, тьфу, чтоб не сглазить. Хотя я не глазливая.

Я усмехаюсь.

— Константин Анатольевич сказал, что вы отказались от услуг няни.

— Да, отказалась.

— Не поймите меня не правильно, но Костя хороший мужчина, просто ему не понять каково это, когда твоего ребенка воспитывает чужая женщина.

— А вы давно работаете на Костю?

— Пять лет.

Мне хочется выведать у нее много чего интересного, но я вовремя себя торможу. Мы только приехали, надо втереться в доверие домработнице, тогда вероятность в душевных разговорах будет выше.

— Вам помочь разобрать вещи? — Ольга Николаевна бросает взгляд на сумки.

— Нет, спасибо, я сама все сделаю.

— Ладно, тогда я пойду, а то у меня там уже духовка разогрелась. А как Алёна проснется, вы спускайтесь ко мне, я вас покормлю.

— Спасибо, — улыбаюсь.

Пока дочка спит, я раскладываю ее вещи в комод, вешаю несколько платьиц в шкаф, разбираю пакеты с игрушками, которые нагребли в магазине.

Алёна тут как принцесса. Любой каприз Костя исполнит.

Разглядывая плюшевого зайца, я сижу на полу и думаю о том, что ждет нас дальше? Как мы будем все жить под одной крышей? У меня в голове все не укладывается.