— Лектор, — повторял он, бледнея и трясясь. — Мне нужно учить. Других. Мне нужно учить других как... как откладывать все на потом?
— Не «как откладывать», — поправила его Серафина, чей мозг уже лихорадочно работал, составляя планы, списки и прикидывая, какие именно пункты составят основу методички. — «Как импровизировать в условиях цейтнота». Это совершенно другая дисциплина! Нужно составить учебный план, определить ключевые модули, подготовить раздаточные материалы...
— Сера, — простонал Игнис, остановился и посмотрел на нее с настоящим ужасом. — У меня завтра лекция. ЗАВТРА. Это... это же кошмарный дедлайн! Я не могу читать лекцию на такую тему с дедлайном «завтра»! Это противоречит всей ее сути!
В его глазах читалась паника дикого зверя, загнанного в угол собственной философией.
Серафина посмотрела на Игниса, и вдруг ее черты смягчились. Уголки ее губ дрогнули.
— Понимаешь, — сказала она. — В этом и есть твой первый педагогический опыт. Ты должен будешь продемонстрировать это на себе. Прямо здесь и сейчас. Импровизация в условиях экстремального цейтнота. Начинайте, профессор, — добавила она почтительно, и без всякой иронии!
Игнис уставился на нее. Потом на стены коридора. Потом снова на Серафину. Паника в его глазах медленно начала сменяться озарением. Сложным, многослойным озарением, в котором ужас смешивался с вызовом, а вызов — с искоркой того самого хаотичного творчества.
— Хорошо, — прошептал он. — Хорошо... Пункт первый... Э-э-э... Нужно придумать, о чем говорить.
— Превосходно, — одобрила Серафина, доставая свой блокнот. — Начинаем с чистого листа. Как и положено в импровизации.
***
Аудитория №42, известная также как «Зал Потерянных Надежд» из-за своего угрюмого вида и скверной акустики, была забита до отказа. Слух о новом курсе и его уникальном лекторе разнесся по академии со скоростью лесного пожара. Здесь были и закоренелые прокрастинаторы, с надеждой взиравшие на своего нового мессию, и ярые отличники, пришедшие посмотреть на это цирковое представление исключительно из научного любопытства, и просто любители зрелищ.
Ровно в десять утра дверь распахнулась, и внутрь вошла Серафина. Она была безупречна: деловой пробковый планшет в руках, очки в строгой роговой оправе и выражение лица, обещавшее, что какой бы хаос здесь ни творился, он будет должным образом задокументирован и подвергнут структуризации.
— Добро пожаловать на вводную лекцию курса «Основы импровизации в условиях экстремального цейтнота», — объявила она голосом, не допускающим возражений. — Ваш лектор, дракон Игнис, присоединится к нам... в процессе.
Из-за ее спины донесся смущенный кашель. Игнис нерешительно прошел к кафедре. Он выглядел так, будто его только что разбудили и сообщили, что он проспал собственное возведение на престол. На нем была накинута мантия, которую он, судя по всему, нашел в самом дальнем углу собственной гардеробной. Мантия была ему мала и украшена загадочными вышитыми рунами, одна из которых отдаленно напоминала смайлик.
— Э-э-э... Приветствую, — начал он, и его голос прозвучал хрипло.
Игнис осторожно прочистил горло, параллельно с этим высек пару искр, и попробовал снова: — Итак... цейтнот. Импровизация. Кто-нибудь знает, что это такое?
Из задних рядов раздался голос:
— Это когда ты должен был сделать доклад за месяц, а начинаешь за ночь, и в итоге все равно получаешь «удовлетворительно», потому что преподавателю жалко смотреть на твое вымученное лицо?
По аудитории пронесся сдержанный смешок. Игнис ухмыльнулся.
— Близко. Но «удовлетворительно» — это слабая позиция. Настоящая импровизация должна заканчиваться если не оценкой «отлично», то как минимум административным взысканием за несанкционированное использование магии пятого уровня. Но это уже продвинутый курс.
Серафина бросила на него предупредительный взгляд, но Игнис, воодушевленный, уже вошел в роль.
— Смотрите, — он обогнул кафедру и уселся прямо на стол перед замершими студентами. — Все вы думаете, что прокрастинация — это враг. Лень. Неорганизованность. А я вам скажу: это — инкубационный период гениальности! Ваш мозг... он в это время не бездельничает! Он... — Игнис замолчал, подыскивая нужное слово.
— ...откладывает все на потом? — подсказал тот же голос с задних рядов.
Серафина закрыла глаза, молясь всем известным богам, чтобы пол под ней разверзся и поглотил, перенес куда-нибудь…
— НЕТ! — воскликнул Игнис с неподдельным энтузиазмом. — Он проводит фоновые вычисления! Он интегрирует и собирает ресурсы! Он ждет звездного часа, когда дедлайн подожжет ему хвост, и тогда — БА-БАХ! — Игнис хлопнул в ладони, и из них вырвался сноп искр, заставивший студентов из первых рядов отпрянуть и вздрогнуть. — Все эти разрозненные кусочки складываются в идеальную картину! Вы просто... пропускаете весь скучный процесс и сразу получаете результат!
— То есть, не нужно готовиться? — робко спросила какая-то дракониха-отличница с огромной книгой в руках, в очках и с почти безупречной прической.
— Конечно, нужно! — тут же вступила Серафина, но Игнис обнял ее и отодвинул за кафедру.
— Конечно, нет! Подготовка убивает сам дух импровизации! Вы должны... довериться хаосу. Но! — он поднял палец вверх, — есть важное правило. Ваш хаос должен быть... качественным. Нельзя просто сидеть и смотреть в потолок. Нужно создавать видимость бурной деятельности. Ходить по комнате. Переставлять книги. Чинить перо... Лучше сломать его и потом чинить. Это очень важно. Это создает необходимое психологическое давление на всех тех, кто пытается подавить в вас дух импровизации.
Аудитория слушала, завороженная (и Серафина тоже). Никто никогда не подходил к вопросу прокрастинации с такой научной... и одновременно такой абсурдной точки зрения!
— А как же план? — не унималась отличница. — Без плана же ничего не получится!
— План? — Игнис сделал паузу, придавая своим словам нужный вес и достаточную уверенность. — План — это костыли для тех, кто боится упасть. А мы с вами... мы летаем! План — это то, что вы составляете ПОСЛЕ того, как все уже сделали, чтобы отчитаться перед начальством. Или перед вот такими прекрасными ассистентками, — он кивнул на Серафину, и та от неожиданности покраснела, несмотря на всю свою выдержку.
В этот момент дверь в аудиторию с грохотом распахнулась. На пороге стояли Глог, Зилла и Фризз, облаченные в белые лабораторные халаты и весьма напряженные лица.
— Ни с места! — скомандовал Глог. — Идет плановая проверка содержания учебного процесса на соответствие нормам безопасности!
— Мы здесь, чтобы зафиксировать все отклонения! — добавила Зилла, сверкая своим блокнотом.
— И по возможности... принять в них участие, — прошептал Фризз, с восторгом глядя на искры, все еще тлевшие в воздухе.
Игнис посмотрел на них, потом на студентов, и на его лице расплылась довольная широкая ухмылка. Это был подарок судьбы. Живой учебный материал.
— А вот и наглядное пособие! — провозгласил он. — Коллеги, наблюдайте! Классическая ситуация цейтнота: незапланированное вмешательство внешних факторов. Прерывание творческого процесса. Что мы делаем?
Аудитория замерла в ожидании.
— Мы... импровизируем! — Игнис повернулся к трио. — Глог, Зилла, Фризз! Ваше появление как нельзя кстати. Мы как раз переходим к практической части — «Импровизированная защита проекта от надзорных органов». Студенты, делитесь на группы! Ваша задача — убедить наших уважаемых проверяющих, что тот беспорядок, который вы сейчас устроите за пять минут, является тщательно спланированным педагогическим экспериментом!
В зале началось движение. Кто-то сгреб в кучу все пергаменты, кто-то начал что-то чертить на доске, один студент-земляной дракон в панике начал лепить из пола миниатюрную крепость.
— Что? Нет! Это не регламентировано! — завопила Зилла, но ее голос утонул в нарастающем хаосе.
— Обратите внимание, — комментировал Игнис, с удовольствием наблюдая за происходящим, — как давление дедлайна — в данном случае, в лице наших проверяющих — стимулирует креативность! Пять минут назад эти студенты не знали, что такое импровизация. А сейчас... посмотрите на эту крепость! Это же шедевр фортификационного искусства!
