— Мне нужно было написать доклад, — честно признался Игнис, разглядывая кончик своего хвоста. — Но он был такой скучный. А тут… ну, видишь ли, свободное место было.

Он махнул лапой в сторону неба.

Серафина вдруг резко повернулась к нему. В её глазах снова вспыхнул зелёный огонь, но на сей раз это был не гнев, а нечто иное — острая, почти научная любознательность.

— Как ты это сделал? — спросила она, и её голос снова приобрёл привычные командные нотки, но теперь в них слышалось любопытство. — У тебя же нет ни плана! Ни эскиза! Ни расчёта теплового воздействия на атмосферу!

Игнис пожал крыльями.

— А зачем? Оно же… само идёт. Изнутри. Просто смотрю и понимаю, где нужно провести линию, а где сделать точку. Как будто оно всегда там было, просто невидимое.

— Это антинаучно, — тут же отрезала Серафина. — Творческий процесс тоже можно и нужно структурировать! Разбить на этапы! Оптимизировать!

— Ну, попробуй, — предложил Игнис с лёгкой ухмылкой.

Она фыркнула, но взгляд её снова устремился к небу. Мерцающий узор начинал потихоньку рассеиваться, уступая место обычным звёздам.

— Он исчезает, — сказала она, и в её голосе прозвучала едва уловимая нотка сожаления.

— Временное искусство, — философски заметил Игнис. — Как и всё в этом мире. Кроме, возможно, бюрократии.

Он ожидал, что дракониха возразит. Но Серафина молчала. Она стояла рядом с ним, высокая, идеальная, пропорциональная, вся спланированная… и с сожалением смотрела, как исчезает созданный им, Игнисом, хаос. Её собственное, выверенное до секунды расписание, вероятно, предписывало ей уже давно быть в кровати. Но она не двигалась с места.

— Ладно, — наконец выдохнула она, ломая затянувшееся молчание. — Этот… перформанс… не отменяет необходимости сдать доклад. Завтра. К началу занятий.

— Обязательно, — кивнул Игнис с таким видом, будто он и не думал отлынивать.

— И… — она запнулась, словно слова давались ей с трудом. — …узор. Он был… достаточно доблестным.

С этими словами она резко развернулась и, не прощаясь, улетела в сторону своего общежития, оставив Игниса на башне одного со его тающим шедевром и тихо тлеющим от изумления Спарком.

— Она… она не стала тебя ругать, — прошептал саламандр, выползая из-за гривы. — Она даже… чуть-чуть… похвалила? Мы что, все умрём не сегодня?

Игнис смотрел в ту сторону, где исчез медно-розовый силуэт. На его морду медленно наползала задумчивая улыбка.

— Знаешь, Спарк, — сказал он тихо. — Кажется, у неё внутри тоже есть… свободное место… если ты понял, о чем я. Просто она давно не смотрела вверх, на звезды.

Он ещё раз взглянул на своё почти исчезнувшее творение, вздохнул и направился в свою комнату. Доклад, конечно же, написан не был. Но впервые за долгое время Игнис чувствовал, что создал что-то действительно важное. И дело было вовсе не в узоре в небе.

Глава 9. Теория малых чихов

Если бы существовал учебник по тому, как не следует вовлекать прокрастинатора чудовищной силы в политические интриги, первая его глава начиналась бы так: «Никогда не делайте этого сразу после того, как он увидел проблеск понимания в глазах своего злейшего врага, превращающегося в нечто большее». К сожалению, для Зиллы такого учебника не нашлось.

Она подкараулила Игниса на следующий день после его ночного манёвра, когда тот брел в столовую с блаженно-отсутствующим видом, в очередной раз мысленно переживая тот момент, когда Серафина сказала «достаточно доблестным».

— Игнис! — её голос, достаточно нежный, но в то же время резкий и пронзительный, вонзился в его уши, как шило. — Срочное дело. Государственной важности.

Игнис медленно повернул голову. Тёмная, гибкая дракониха с глазами-буравчиками подошла так близко, что он вплотную ощутил исходящий от неё холодок амбиций.

— Мне бы поесть, — честно сказал Игнис. — А там, глядишь, и поспать.

— Еда и сон подождут, когда на кону стоит судьба целого королевства! — отрезала Зилла, беря его под руку и уверенно увлекая за собой прочь от столовой. — Речь идёт о Плюшевых Холмах.

— О чьих? — переспросил Игнис, позволив себя вести. — Каких холмах, Зилла?

— Маленькое, но стратегически важное королевство на юге от нашей Академии, — зашептала Зилла, озираясь по сторонам. — Там назревает… кризис престолонаследия. Нашему… то есть, твоему вмешательству нужен некий вес. Дипломатический визит. Один вид такого могущественного дракона, как ты, склонит чашу весов в пользу законного наследника. Перевоплощайся!

— Я не очень… дипломатичный, — заметил Игнис, на ходу пытаясь придумать, как бы ему улизнуть. Воспоминания о дипломатическом провале героических лавандовых переговоров все еще были достаточно ярки. — Я больше по… невыразимым жестам.

— Именно! — воскликнула Зилла. — Твоя харизма, твоя… аура силы! Ты просто появишься, немного посидишь на троне, покажешь мощь — и всё! Миссия будет выполнена. А Академия зачтёт тебе это как продвинутый семинар по межвидовым коммуникациям. Я всё устроила.

Спарк, сидевший на плече Игниса, проснулся и затрепетал крыльями.

— Не надо! Это ловушка! Она хочет использовать тёплое место, где твой мозг, чтобы поджарить свои амбиции! Мы все умрём!

Но Игнис был всё ещё под впечатлением от вчерашней ночи. И ему вдруг показалось, что он действительно может быть не таким уж бесполезным. Может, он и впрямь сможет помочь какому-то королевству? И принцу. И это будет вполне доблестно! По крайней мере, доблестнее, чем жареные рыцари в панцирях. Кроме того, предложение Зиллы звучало куда продуктивнее, чем писать доклад по магическому праву.

— Ну… ладно, — нерешительно произнёс он. — Только ненадолго.

«Ненадолго» обернулось самым скучным и долгим полётом в его жизни. Зилла без остановки зачитывала ему сводки о политической ситуации в Плюшевых Холмах, имена претендентов и династические древа, от которых у Игниса слипались глаза.

Королевский дворец Плюшевых Холмов оказался невысоким, приземистым зданием из розового мрамора, больше напоминавшим гигантский пирожной. На входе их встретила делегация во главе с усатым королём, который был так толст, что напоминал спелую грушу в короне.

— О, Великий Дракон! — возликовал король, его усы трепетали от волнения. — Ваш визит — честь для нашего скромного королевства!

— Э-э-э… привет, — буркнул Игнис, озираясь в поисках еды. Он уже успел проголодаться.

Церемония восседания на троне оказалась до невозможного скучной. Трон был каменным и неудобным. Игнис, следуя указаниям Зиллы, сидел, пытаясь придать своей морде выражение мудрой мощи, но получалось лишь выражение дракона, который хочет спать и очень сожалеет о своём решении. Он сполз с трона и немного послонялся по дворцу, к ужасу придворных, случайно задевая хвостом вазы и зевая так, что маленькие витражи в окнах звенели от колебаний воздуха.

Кульминация наступила во время официального приёма. Игнис, изнывая от скуки и запахов сгоревшего на кухне соуса (что ещё больше напомнило ему о голоде), уставился в окно. В этот момент мимо пролетело пушистое семечко одуванчика, подхваченное ветерком.

Щекотно.

Нос Игниса задёргался. Он попытался сдержаться, сжать ноздри, но это было бесполезно. Это был не тот чих катастрофы, что рождался в панике перед дедлайном. Нет. Это был маленький, сонный, совершенно бытовой чих прокрастинатора, который устал, проголодался и которого затащили некую в политическую авантюру.

Апчхи!

Это не было извержением вулкана. Это был точечный, сфокусированный выброс усталой магии. Золотистая вспышка пламени размером с тарелку вырвалась из его ноздрей и, просвистев через весь тронный зал, аккуратно испарила… корону с головы законного короля.

Корона исчезла с тихим пшиком, оставив после себя лишь облачко золотой пыли и лысеющую, застывшую в недоумении голову монарха.

В зале воцарилась мёртвая тишина. Даже Зилла онемела, её челюсть отвисла.