- И… и что?

- И ничего. Глухая стена. Везде. Всех искали. Кто документы делал. Кто мог хоть что-то вспомнить, сказать – тишина. Я ведь даже был в том институте, куда ты перевелась. Не было информации о переводе. Ничего не было. Все студенты с первого курса обучались. И фото наверняка в личном деле твоё заменили.

Меня в который раз потрясает масштаб этой… диверсии, другого слова нет.

Сколько было сил вложено.

И зачем? Для чего?

Просто разлучить двух любящих людей?

Для чего?

- Что мне делать, Ром?

- Любить…

Вот так просто?

Он произносит это слово серьёзно, уверенно. А я…

Я просто не представляю, как?

Как я приду и скажу, что я была жива? Что всё это время я жила?

Не просто жила.

Я замуж вышла.

Я с нелюбимым мужем в постель легла в первую брачную ночь. Потому что благодарна была ему за всё.

За то, что взял меня такую.

За то, что в какой-то степени тоже помог мне исчезнуть.

В очередной раз исчезла одна Светлана и появилась другая.

Господи, как же это всё… чудовищно.

- Роман, мне помощь нужна. Только… я не знаю, как ему сказать.

- Соболю? Он сейчас мало чем может помочь, наверное, а в чём дело?

- Бывший муж. Его семья. Они… они отняли у меня всё. Чуть в психушку не определили, вернее, определили, но мне удалось вырваться. Лишили врачебной лицензии, поэтому я тут сестра и санитарка. А теперь… Теперь они прессуют детей. Сыну грозит отчисление и армия. Поймите, я не против армии, но…

- Понимаю, всё понимаю. Где они? Какой ВУЗ?

Я только собираюсь ответить ему как приходит сообщение от дочери.

«Мама, Вовка пропал!»

***

Наши любимые! Приглашаем вас в нашу соавторскую новинку, которая пишется в рамках ЛИТМОБА

В годовщину развода

ГОДОВЩИНА РАЗВОДА. РАСТОПИТЬ ЛЁД

— Снежана…

Бывший муж звонит в годовщину развода. В первый день рождения сына, которого он так просил.

Только вот ни сын, ни я, ни средняя дочь оказались ему не нужны.

Он изменил мне с тренером нашей дочери Василисы.

Я подала на развод, а потом узнала о том, что жду сына.

Муж хотел вернуться, только вот я предателей не прощаю.

Он увез дочь в столицу, где она продолжила заниматься фигурным катанием в известном тренерском штабе.

Прошел год после нашего развода.

Год исполнился моему сыну, и вот бывший снова тревожит меня.

— У нас ЧП.

— Неужели? А у нас день рождения Игоря, представляешь? Ему год! Твоему сыну, которого ты так хотел! И мы вас ждали, между прочим, а вы…

— Василиса в больнице, в тяжелом состоянии, ты можешь приехать?

ЧИТАЕМ ТУТ

Глава 21

Зверев сразу замечает, что меня трясёт. Молча забирает телефон из рук, читает.

- Так, началось в колхозе утро. Давай, Лан, быстро, коротко, где, что, как.

Называю город, универ, в котором учатся дети.

Обхватываю себя руками.

В голове каша.

Усольцевы… Что же вы за люди такие, господи? Я же всё отдала, я же смирилась и просто исчезла!

Алиса пишет мне о том, что мой бывший благоверный вовсю разгуливает по городу со своей юной невестой. Развод был оформлен так мгновенно, что я даже испугаться не успела. Меня просто никто ни о чём не спрашивал, а моему адвокату дали понять – хочешь работать в области, будешь делать всё как скажем мы.

Нет, я не собиралась всё просто так спускать!

Мне просто нужно было немного накопить сил.

Соболь… я ведь и его планировала разыскать, особенно после того, как по телевизору увидела.

Разыскала…

Только вот чем он поможет? Сам – пока ничем, увы, и даже беспокоить его сейчас страшно.

Но как же хорошо, что у него есть друзья!

Настоящее армейское, офицерское братство.

Зверев тут же начинает куда-то звонить. Говорит быстро, чётко по делу.

Ищет связи в городе.

А меня потряхивает.

Дочь, Сашка, как там она? Как мне оградить своего ребёнка от всего этого? Что делать?

- Лана, напиши дочери, пусть собирает вещи и будет готова, утром её заберут.

- Куда? – растерянно хлопаю глазами.

- Пока сюда, к тебе, разместитесь? Ты же тут снимаешь?

- Да.

Оглядываюсь.

Квартирка однокомнатная, крохотная, какая-то переделанная коммуналка, сдаёт мне коллега, тоже медсестра, дёшево сдаёт, ну и жильё, конечно, аховое.

Я как могла попыталась создать уют, но как его создашь, когда стены мокрые и в плесени, всё разваливается?

Но я была и такому рада, потому что реально плачу за него копейки и все что могу откладываю.

Мне надо детей поднимать. Мне надо всё-таки как-то справиться с Усольцевыми.

Поэтому сейчас я живу, увы, вот так.

Стыдно мне сейчас перед Зверевым?

Мне перед собой стыдно.

Да. Именно.

Что я вот так вот позволила с собой поступить. Что жила не задумываясь. О себе, о детях.

Слишком верила бывшему мужу, даже зная о том, что его семья меня так и не приняла.

Мне казалось, что Андрей давно объяснил всё своей матери и отцу.

Объяснил, что мы семья и точка.

Выходит – не объяснил.

А его отец…

Вспоминаю его потные тяжелые руки, то, как он пытался меня зажать, тискал, губы слюнявые… Мерзость. Это было, да. Я отпор дала. Объяснила, что со мной эти штуки не пройдут. Приложила тогда его знатно. Пообещала ничего не говорить Андрею, если подобное не повторится… Свёкор отстал. Но я постоянно следила за его поведением. Видела взгляды сальные. Страшно было – не дай бог на дочь мою взглянет. Слава богу у него мозгов хватило. Но ко мне еще пару раз подкатывал.

- Ну что ты, Светик, цветочек, никто не узнает. А нам хорошо будет. Я не обижу, хочешь, главврачом будешь в своей клинике? Или… шубу, курорт? Скажи что, всё сделаю.

- В покое меня оставьте просто. Стыда у вас нет. Я вашего сына жена!

- Угу… именно это и заводит.

Заводит!

Господи, ну что я за дура!

Надо было тогда еще…

Собирать вещи и бежать, бежать не оглядываясь…

Мне было страшно.

Я уже один раз потеряла всё.

А тут…

Хоть какая-то стабильность. У меня, у детей.

И Андрей… Он ведь на самом деле меня любил, и ценил.

Это было! Это ведь не я сама себе придумала?

Поэтому и доверие у меня к нему, доверяла, да.

Не совсем же я голубая дурочка…

Поэтому и получился такой страшный крах всего. Потому что была вера в человека, который помог однажды, который доказывал свою любовь, который не предаст – я так думала.

- Лана, я поговорю с Богдановым, мы подыщем тебе с детьми нормальное жильё, пока Соболь… пока он не может сам.

- Спасибо, но не нужно, я справлюсь…

- Справишься, конечно. А мы поможем. Не волнуйся, у нас есть ресурсы. Я бы… я бы всех отправил сразу к Саше в дом, но он далековато отсюда.

- Нет, нет… не нужно, я…

- Лана, давай договоримся, сразу. Сашка он мне… он мне больше чем друг, больше чем брат. Он меня… он меня тоже вытаскивал и не раз. Поэтому… Это моя прямая обязанность помогать тебе и детям.

- Я понимаю, только…

- Что?

- Я… мы… если мы ему не нужны? Он ведь… он считает, что я погибла тогда, да? А я… выходит, я обманула?

- Нет, не выходит. И прекрати так думать. В том, что произошло уж точно виновата не ты.

- Я ведь могла найти его. Потом. Объяснить…

- Уверен, не могла бы.

- Почему? – я снова удивленно глазами хлопаю. – Годы прошли, я… я спокойно могла приехать в Москву и…

- Думаю, за тобой всё это время так или иначе наблюдали. Сделай ты хоть шаг в сторону… И родственнички твои скорее всего тоже были в курсе. Вопрос – почему им позволили вот так с тобой обойтись этим твоим, Усольцевым. Видимо что-то вышло из-под контроля.