— Не бойся, дитя, мы тебя не тронем. — Он сделал в её сторону шаг, а затем остановился, так как девушка начала трепетаться, не желая его приближения. — Кьярт, сними с неё путы.

Крысюк поднял с земли чей-то нож и осторожно подошёл к заложнице. Девушка смотрела на крысолюда с опаской, учащённо дыша.

— Я только разрежу верёвки, — пообещал крыс.

Кьярт присел у её ног, перерезал сначала верёвку на запястьях, потом на лодыжках, и наконец ту, которой хрупкое тело было притянуто к дереву. Он улыбнулся, стараясь выглядеть как можно милее, и произнёс весёлым голосом:

— Видишь, ничего плохого не произошло.

Девушка внезапно толкнула его обеими руками в грудь и со всех ног помчалась в темень. Крысюк, звонко пискнув, распластался на земле.

— Куда же ты, глупая! — кричал ей вслед Грум. — Заблудишься!

— Вот так и помогай этим людишкам, — сдавленным голосом причитал Кьярт. — Кажется, я спину повредил.

— Хватит ныть, — слегка расстроенным тоном молвил огр. — Собираем всё полезное и уходим отсюда.

Грум вытряхнул в одну кучу заплечные мешки разбойников и принялся копаться в барахле. Крыс тем временем снял с одного из трупов чехол под понравившийся ему нож, затем напялил на голову горшковидный шлем, принадлежавший мёртвому бугаю в кирасе — головной убор был явно крысюку не по размеру, упёршись нижним ободком в плечи.

— Не дурачься, — хмуро произнёс огр. — Лучше забери у них кошельки.

Кьярт отбросил шлем, приступив к мародёрству остывающих тел и не только.

Особо годных вещей Грум не обнаружил. Решил взять только красивую небольшую флягу для крысолюда — металлическая, блестящая, с кожаным ремешком, круглой формы и приплюснутая с боков. Ещё запас продовольствия: хлеб, сыр, сушёная рыба. Приметил бурдюк, из которого так смачно пили разбойники. Из четырёх кошелей удалось разжиться парой серебрушек и двумя десятками медяков. Конечно, возьми с собой остальные вещи, можно было бы продать их и выручить ещё немного деньжат, но таскать на себе лишний груз не хотелось.

Кьярт надыбал лёгкий арбалет, возжелав им владеть, но огр, оценив качество старенького самострела, выбросил его в костёр, за что наслушался от крысолюда много ругательных слов. Короткие мечи также были забракованы и полетели в кусты — Груму они были вовсе не нужны, а для крыса тяжеловаты. Затем здоровяк примерялся к алебарде, лихо срезав острым лезвием несколько веток с ближайшего дерева. Но и это грозное оружие оказалось ему не по нраву — засадил лезвием глубоко в древесный ствол, так и оставив. Зато обрадовался остаткам самогона в бурдюке, бережно закупорив тару пробкой.

— И долго ты там будешь стоять? — молвил огр в темноту. — Выходи уже, не стесняйся.

Крысюк недоумённо посмотрел на напарника, думая, что тот обращается к нему, но взгляд здоровяка был направлен в сторону. Чуть погодя, на свет костра вышла девушка, робко прижав руки к телу.

— Явилась, — обиженно ворчал Кьярт. — Чуть не убила.

— Перестань, — сказал ему Грум.

— Зачем ты её защищаешь? Она дикарка!

— Кьярт… — огр воззрился на крыса тяжёлым взглядом.

— Прости меня, пожалуйста, — приятным голосом произнесла незнакомка. — Мне было страшно.

Крысюк недоверчиво хмыкнул в ответ.

— Проходи к костру, погрейся, — мягко предложил Грум.

Босая девушка послушалась, приблизившись к кострищу.

Видя, что она чувствует себя неуютно рядом с мертвецами, огр оттащил трупы за пределы стоянки, а находящегося в беспамятстве разбойника надёжно привязал к дереву. Выдав бывшей заложнице немного снеди, нелюди уселись напротив, с интересом рассматривая, как та застенчиво пережёвывает крохотный кусочек сыра.

Девушка была очень юной, с тонкой фигурой. Голубые глаза старались не смотреть на спасителей, предпочитая рассматривать землю под ногами. Средней длины светлые волосы были взъерошены и напичканы мелким сором — видимо, приходилось падать при бегстве, не разбирая в темноте пути. Льняное серое платье, подолом до пят и с длинным рукавом, украшенное вышивкой на манжетах и кружевной отделкой у шеи, выдавали в ней не обычную крестьянку, а скорее зажиточную горожанку.

Грум протянул ей бурдюк, сказав:

— На-ка, хлебни. Тебе это нужно.

Сделав маленький глоток, девушка поперхнулась, начав хватать ртом воздух.

— Закусывай! — посоветовал огр.

Она запихала в рот кусок сыра, быстро заработав челюстями.

— Ну вот и хорошо, — похвалил её здоровяк, принимая бурдюк обратно. — А то больно смотреть, как ты ешь.

Девушка приободрилась и взяла себе ещё сыра с хлебом. Взгляд её стал смелее, а осанка ровнее.

— Меня зовут Грум, — молвил огр. — А этого сердитого коротышку — Кьярт.

— А я Хлоя, — поспешила представиться девица.

— Что же ты Хлоя сразу рванула в лес? — полюбопытствовал огр. — Я же сказал, что не трону.

Девушка виновато потупилась:

— Ходят слухи, что в баронстве завёлся тролль.

— И ты подумала, что это я?

— Говорят, что он большой…

— А разве раньше ты не видела нелюдов?

— Гномов в основном. Огра только в детстве, когда бродячий цирк мимо проезжал. Поэтому и вернулась к вам — вспомнила. А крысолюдов даже мой батенька никогда не встречал, хотя объездил весь Виренделл.

— Значит, ты знаешь кто я? — с интересом спросил крысюк.

— Кто же не знает, — охотно ответила Хлоя. — По внешности крысолюдов сложно с кем-то перепутать. Правда, все представляют вас кровожадными, грязными и злыми, а ты милый, даже симпатичный.

Лесть пришлась крысу по нраву — он смущённо улыбнулся, зашевелив длинными усиками.

— Теперь расскажи нам, как ты попала в руки к этим разбойникам? — продолжил расспрашивать Грум.

— Сегодня утром я вышла к реке за деревней, чтобы побыть в одиночестве и вдохновиться природой, так как увлекаюсь сочинением стихотворений. Неожиданно ко мне подошёл тот большой человек, в латах с символикой герцогского войска. Он был дружелюбен и сказал, что отбился от своего отряда. Спрашивал, кто я и как меня зовут, а затем внезапно набросился. Из-за деревьев выскочили ещё трое, меня связали, надели на голову мешок и куда-то потащили. Вот и всё — дальше вы знаете.

— Один из них говорил, что тебя схватили по приказу какого-то Гребора, — вспомнил огр.

— Грегора, — поправила девушка. — Да, я тоже слышала. Под таким именем знаю только одного человека, и он принадлежит к свите нашего барона. Этот рыцарь оказывал мне знаки внимания в Брушвитце, когда я гостила зимой у тётушки. Узнав об этом, отец забрал меня обратно в деревню.

— Тогда пусть твой отец побеседует с этим похитителем, — Грум кивнул на привязанного к дереву мужчину. — Оставим его здесь, а ты утром ступай домой — расскажешь родным всё как было.

— Так и сделаю, — неуверенно отвечала Хлоя, — вот только не знаю, в какую сторону идти.

Подумав, Грум сказал:

— Ты упоминала про реку. Мы с Кьяртом пересекали её, она здесь поблизости. Отведём тебя к ней по следам, а там уже выяснится, в какой стороне деревня. А теперь обустраивайся, тут и переночуем. — Огр перевёл взгляд на крыса: — Оберегай Хлою, а я пока схожу за вещами.

— Не волнуйся, — крысюк выпятил грудь, — ты же меня знаешь — любой твари глотку перегрызу!

— Ага, — с сомнением произнёс огр, направившись к прежнему месту ночлега.

Возвращаясь с мешком за плечами, Грум издали слышал весёлый девичий смех, вызванный удивительным рассказом крысолюда о том, как он недавно помогал огру одолеть великанскую жабу. Складывалось такое впечатление, будто это крысюк спасал Грума, а не наоборот.

— Кьярт, — угрюмо молвил огр, — сколько тебе раз напоминать, что в лесу шуметь нельзя?

— Да брось причитать! — возразил крыс. — Когда мне ещё выпадет случай пообщаться с умным существом?!

— Можешь вместе с ней уйти в ту деревню и общаться сколько влезет, — парировал здоровяк. — Наконец-то избавлюсь от тебя.

— Ну уж нет! — воспротивился Кьярт. — Кто за тобой присматривать-то будет?