— Невиноватая я, вы же сами подумали! — вопил я, пытаясь уворачиваться от палки. Но тщетно! Этот проклятый бамбук был с абсолютным самонаведением!

— Вот в этом и обман! Ещё пять палок тебе!

Блин, какое-то начало тренировки не очень получилось… Но я же не виноват! Он сам подумал, сам сказал, а я, видите ли, его обманул! Блин, больно-то как!

— Для начала — двадцать кругов. Давай-давай, это для тебя только размяться. — старейшина вдруг посмотрел на смеющихся парней, что скучковались у парочки макивар. — А вы чего отлыниваете? Само собой мастерство к вам не придёт! По пять палок каждому!

Нарезая свой первый круг, я радостно улыбался, слушая болезненные вопли учеников. Даже бежать легче стало, я не бежал, а почти летел!

В этот день старейшина Мо меня ничему особому не учил. Я думал, он станет меня чему-то обучать, не зря же технику меча дал и сюда я теперь каждый день ходить буду. Но нет, просто физподготовка. Похоже, пока я не буду достаточно сильным, он решил меня не нагружать техниками. Ну, ему виднее.

Дней через пять я проснулся от некомфортного ощущения в животе и паху. Живот крутило, будто я чело несвежего съел, хотя в туалет сходить не очень хотелось. Неужели аппендицит какой⁈ Ужас! А здешние пилюли на него подействуют? Так же можно и от перитонита кони двинуть! Но почему в паху такие странные ощущения? Будто мне туда липкого чего налили, типа мёда.

Распахнув одеяло, я увидел свои… нет, даже трусов не увидел, проклятое пузо! Из-за него лёжа только колени выглядывают! Кое как скрутившись, потрогал себя там рукой, нащупав нечто липкое. Вернул руку — а пальцы в крови!

— Ах! — не удержался я от крика.

Неужели тренировки пошли не по плану и у меня что-то внутри лопнуло⁈ Проклятый старейшина Мо!

— Ты чего орёшь с утра? — буркнула Юэлянь со своей кровати.

— У меня… кровь! Мне нужна целебная пилюля!

— Кровь? — не слишком поверила соседка. — Какая кровь?

— Изнутри течёт! Все трусы… все трусы в ней!

— Фуууу! — Юэлянь подскочила на кровати с выражением омерзения на лице. — Какая ещё пилюля⁈ У тебя месячные! Ты что, не знаешь, что это такое⁈

— Какие, к херам… — и замолчал.

Точно. У меня же теперь не нормальное тело, не моё, любимое и родное, а женское! А у женских тел бывает это самое… Фу! Теперь так каждый месяц будет? Что за мерзость! Я ничуть не возражал против месячных у женщин, но совсем не у себя! Мне-то они зачем⁈

— И что теперь делать? — растерянно спросил я, снова посмотрел на свои пальцы. Понюхал их, скривился.

— Блин, что делать, мыться идти! А одежду сожги к чёрту! И всё испачканное тоже! — командовала Юэлянь, не сходя со своей постели. — В вашем мирке что — не было печатей?

— Каких ещё печатей⁈

— Вот же дырища у вас был, а не нормальное место! Печать на женское естество, чтоб зря не тратилось! У вас что — такое не делали?

— Нет!

— Так что ты сразу не сказала-то⁈ Тьфу, гадость какая! — Юэлянь снова скривилась, глядя на меня. — Иди мойся уже! А я твои шмотки сожгу!

— Мне ж новые только за духовные камни выдадут.

— Не моя проблема! Быстро давай!

Я поплёлся в душ, благо, он был тут же, за стенкой. Вымылся хорошо, насадив мочалку на палку, иначе не достал бы. Даже как-то легче стало. Но до сих пор передёргивало от мысли, что у меня… месячные. Я не ханжа какой и не брезгливый тип, однажды даже трахался с девушкой, у которой они были, месячные в смысле, ну, обоим припёрло, вот и не удержались. Но чтоб они у меня были! От этого становилось как-то брезгливо, а своё тело казалось ещё хуже, чем всё время до сих пор.

— Возьми мешочек на кровати. — Юэлянь, уже одевшись, ткнула пальцем на мою кровать, лишившуюся и матраса, и подушки, и одеяла. Похоже, она всё сожгла!

— Духовные камни? — высыпал на ладонь осколки камней.

— Да. Сходи на третий ярус, к старейшине Цинсюэ, она поставит тебе печать, чтоб больше такого… не было.

— А эта печать потом… не помешает? — я нахмурился.

Да, месячные мне не нравились, пугали и вообще, но мало ли, вдруг лекарство будет хуже болезни?

— Чем, блин⁈ Бери давай и иди! Чтоб этой гадости в моём доме больше не было!

— А духовные камни зачем?

— А ты думаешь, старейшина Цинсюэ тебе за красивые глаза печать поставит? Это плата! Ты её, кстати, отработаешь потом по полной! Поняла⁈

Ну ещё бы, я и не сомневался, что так и будет! Все хотят на мне поездить, не спрашивая моего согласия!

Одевшись, но без трусов, взял мешочек с Духовными камнями и пошел искать ту старейшину. Через часик, изрядно поплутав, я старейшину не нашел, но отметил, что мне гораздо легче передвигаться стало. Тренировки старейшины Мо работают⁈ Ха! А может, у меня не только нечистоты со всех шестерых, но и мышцы⁈ Вот снаружи я толстый, а внутри Мистер Вселенная! Надо было просто их в кондицию привести и всё!

Так я себя подбадривал, готовясь к тягостному разговору. Но он, к удивлению, не состоялся. Ещё через полчаса я нашел эту самую старейшину, просто подумав и решив поискать самый роскошный дом. Это сработало! Вряд ли старейшины Цинсюэ тут жила, они все в пещерах обитают, на той стороне горы. А тут, наверное, преподаёт или ещё что, но не в шалаше же ей это делать? Короче говоря, я её быстро нашел.

— Ты чего хочешь? — недружелюбно посмотрела на меня девушка, когда я заколотил в дверь в заборе.

— Мне нужна старейшина Цинсюэ.

— Зачем?

— По личному делу! У меня и плата есть.

— Это ещё по какому?

— По личному!

Вот же! Она нанялась тут выспрашивать, что ли? Не очень мне нравится каждому такие интимные вещи рассказывать!

— Жди. — дверь захлопнулась, чтоб открыться через минуту.

— Заходи. Иди за мной, я тебя проведу.

Во дворе была приятная атмосфера — садик с духовными травами, я их опознал по алхимическим садам, небольшой прудик, метра три всего, лавочки из полированного дерева с подушками вдоль забора. На этих лавочках сидело с десяток девушек с закрытыми глазами. Видимо, медитировали. А может, тут какая-то местная секта. Не зря же старейшина оказывает такие услуги… Да и вообще, она точно психованная, как и все старейшины тут!

Меня даже стала бить дрожь. Всё это слегка пугало — сад за высоким забором, молчаливые девушки на скамейках, даже глаза не открывшие при моём появлении, дом с тёмным входом, куда меня вели. Всё это выглядело как какая-то ловушка, особенно после знакомства с методами старейшины Сюаня. Но ведь Юэлянь не послала бы меня в ловушку? Правда ведь?

Девушка вела меня по извилистым коридорам дома куда-то в его глубину, пока не остановилась у глухой двери. Постучала, потом молча её открыла и жестом показала мне, чтоб я заходил.

Я и зашел.

Внутри сильно пахло благовониями, которые дымили в курильнице, окна были тщательно зашторены, и свет давал лишь небольшой камин.

— Здравствуй, ученица. С чем ты ко мне пришла? — из тьмы раздался бархатный, обволакивающий голос.

Присмотревшись, я увидел довольно красивую женщину лет тридцати с большим ртом и огромными глазами, у которых, казалось, нет белков, одни чёрные радужки во все глаза.

— Здравствуйте, старейшина Цинсюэ! — я поклонился, помня уроки старейшины Мо. — У меня начались… эти дни. Мне сказали, что тут могут помочь с этим.

— И кто тебе это сказал?

— Я живу со старшей сестрой Юн Юэлянь. Она мне и рассказала.

— Малышка Юэлянь. — женщина улыбнулась, голос её стал мягче. — Хорошо, я помогу тебе. Мы, женщины, должны поддерживать друг другу.

— А… ага. — согласился я, чувствуя, что от меня этого ждут.

— Ложись. — взмахом руки старейшина указала на кушетку у стены.

Я и лёг. Женщина подошла, встала рядом. Кушетка была низкой, и старейшина виделась мне огромным пугалом или даже демоном, протягивающим ко мне когтистые лапы. Она склонилась надо мной, задрала одежду до самого подбородка, провела рукой по животу туда-сюда.

— Какая ты уютная, девочка моя. Как булочка. Как твоё имя?